Френдзона - Ася Лавринович

и сейчас цветет и пахнет. А со мной общается как-то странно. Вернее, совсем не общается. Подарки на Новый год и дни рождения он передает исключительно через маму. Возможно, все эти годы его грызет чувство вины. А взять и просто поговорить со мной по душам у него не хватает смелости. Наверное, неумение извиняться и принимать свои ошибки у меня от него. Ощущала ли я когда-нибудь отсутствие в своей жизни отца? Конечно, ощущала. Когда на День города другие папы брали своих дочерей, моих ровесниц, на плечи, и они смотрели салют. Мне же в таких случаях приходилось взбираться на дерево.

Я взяла трубку и набрала папин номер. После одного гудка сбросила и снова начала стучать по кнопкам.

– Ну, чего звонил?

– Инка, любовь моя, тебя здороваться не учили? Вам там в начальной школе не преподают этикет? – весело проговорил в трубку Сашка. Я закатила глаза. Саша меня порой чересчур выводит. Вообще он бегает за мной с детства. Хотя в то же время эти разговоры не мешают ему менять девчонок как перчатки.

– Зачем так орать?

– Хотел поздравить тебя с началом учебного года.

– Зашибись праздник.

– Во двор выйдешь вечером?

Да, мы всю нашу сознательную жизнь живем в одном дворе.

– А это обязательно? – на всякий случай спросила я.

– Обязательно. Я хочу посмотреть, какие ты там щечки у бабушки наела. Все лето тебя не видел.

– А я б тебя еще сто лет не видала, – заключила я и положила трубку. Если честно, мне льстит внимание Сашки. Он старше меня на два года, учится на втором курсе в университете. Про Сашку все говорят, что он красивый. А я не замечаю. Может, потому что видела его в ту пору, когда у него только-только зубы молочные на коренные поменялись, и меня это не слишком зацепило? За Сашкой еще со школы бегают девчонки, но мне он говорит, что любовь всей его жизни – это я. И мы в один прекрасный день поженимся. Мне кажется, Сашка меня не любит. Может, в детстве я ему, конечно, и нравилась. Но сейчас он просто привык так думать. Иначе почему этот парень часто встречается с новыми девчонками?

Разумеется, телефон зазвонил вновь. Друг терпеть не может, когда я бросаю трубку.

– Господи, – тяжело вздохнул Саша, – ну почему ты такая невежа?

Я хихикнула.

– Инна, а хочешь, я угадаю, чем ты сейчас занимаешься?

– Ну, попробуй! – ехидно ответила я, а сама в это время бросала фантики от конфет в цветочный горшок.

– Ты улыбаешься.

– А как ты угадал? – спросила я. И правда, улыбаюсь. Только улыбка у меня в эту минуту злобненькая такая.

– Никак не угадал. Только я так умею.

– Как?

– Слышать, как по телефону люди улыбаются.

– Ну-ну, не гони!

– Так ждать тебя во дворе?

– Давай я загадаю и покажу один из указательных пальцев, а ты теперь попробуй догадаться, на какой руке. На правой или на левой. Догадаешься – выйду во двор. Готов?

– Ага, – сосредоточенно ответил Сашка. Я опять злобно ухмыльнулась, как Гринч, который крадет Рождество. Подняла вверх указательный палец на правой руке. – Ты загадала правый палец?

Вот гад, угадал.

– Не-а, Сашенька, левый! – как можно беспечнее и равнодушнее ответила я, и сама обрадовалась непонятно чему.

– Ну, ты, Зырянцева, и вруша. Я опять слышу, как ты улыбаешься. Так что давай так: теперь моя очередь. Делаю то же самое, загадываю пальцы. Угадаешь – так и быть. Можешь сидеть дома как старая бабка и никуда не выходить.

– Хм, – сказала я, – ладно. Допустим, ты загадал левый палец?

– Я загадал и показываю тебе средний палец, так что не угадала, вечером жду! – ответил Сашка, и на сей раз первым бросил трубку.

Ну, вот не гадина ли? Я так развеселилась, что решила все-таки перезвонить отцу и поздравить его с днем рождения. Пожелания получились сухими и надиктованными на автоответчик.

* * *

Почему-то в детстве наш двор мне казался таким огромным и зеленым… Как говорится, когда деревья были высокими. Сейчас место, где я провела свое счастливое детство, представляло собой удручающую картину. Облезлая горка, пустая песочница, скрипучие качели… На последних я и расположилась, нервируя скрежетом уличного кота, который умывался неподалеку. На улице уже смеркалось. Несмотря на начало сентября, вечер казался летним. Так же стрекотали кузнечики в траве, и воздух был теплый и тяжелый. Я вышла во двор в рваных джинсах и вязаном свитере, помня, что в поздний час уже может быть прохладно. Ничего подобного. Духота раздражала так же, как скрип моих качелей.

– Ни фига ты негр! – раздался удивленный голос Сашки. – Я тебя в темноте и не разглядел. Твоя бабуля переехала на Галапагосские острова?

– Отвянь, – лениво отозвалась я. – Что хотел-то?

– Поздравить с началом учебного года.

– Гони тогда цветочек.

Саша с готовностью полез в клумбу, на которой уныло торчали несколько хризантем. Мне нравятся эти цветные пушистые бутоны. Бабушка говорила, что на языке цветов хризантема означает «Ты прекрасный друг». Это название мне почему-то запомнилось. Светлое и доброе. На ощупь лепестки сорванного цветка оказались гладкими и прохладными.

– Мы с ребятами на следующей неделе в выставочный центр Союза художников идем, хочешь с нами?

Тут надо сказать, что Саша учится на кафедре философии и культурологии. Та-дам! Немного неожиданно, правда? Притом что Саша увлекается спортом – играет в футбольной команде за свой университет, и играет хорошо, – он знает еще наизусть кучу стихов и прочитал тьму книг. Сашка разбирается в музыке, живописи и постоянно пытается «просветить» меня. А я не очень-то и даюсь просвещаться. Наоборот, чаще подсмеиваюсь над Сашей. Ну кому и для чего это нужно? Я, знаете, звезд с неба не хватаю и филологическую деву из себя не строю. В будущем, думаю, с легкостью справлюсь с работой среднестатистического менеджера.

– Что я там позабыла? – немного грубовато ответила я на Сашкино предложение.

Сашкины друзья те еще снобы. Строят из себя взрослых и чересчур начитанных. Всезнайки.

– Ты забыла там свою эрудированность, – сумничал Сашка.

– Ладно, тогда пойду.

– Ты только учти, там девчонка одна с нами будет, Лиза. Смотри про меня ничего не ляпни.

– А чего ляпать, – невинно похлопала я глазами, – время придет, сама обо всем догадается.

– О чем ты? – настороженно спросил Саша.

– О твоем занудстве.

Друг достал сигарету и закурил. Я поморщилась. Знаю, что поступает он так, когда взволнован. Что там за Лиза такая расчудесная?

Я смотрела, как в соседнем доме загорается свет в окнах. Некоторые из них совсем голые, без занавесок. Вот в одном из