Прощание с котом - Хиро Арикава

– Можно взобраться на крышу по пожарной лестнице, – сказал кто-то внизу, и через пару секунд стало слышно, как взбешенный отец Коскэ уже карабкается наверх.

– Все! Хватит! – крикнул Сатору.

Что имел в виду мальчик, котенок не понял, но это не сильно его волновало – главное, чтобы больше не трясли.

– Стойте! – еще громче воскликнул Сатору. – Если вы не остановитесь, то Коскэ спрыгнет вниз!

Взрослые внизу заволновались.

– Он сам так сказал!

– Что?!

Коскэ прыгать явно не планировал.

– Чего несешь?! – Ребята снова начали ругаться. – Ты сейчас серьезно?!

– Все под контролем… Он уже кроссовки снял![3]

Из толпы снизу послышались охи и ахи.

– Хватит дурить! – заорал отец Коскэ. – Прекращайте этот спектакль и отойдите от края!

– Слишком поздно! Не подходите ближе, иначе Коскэ совершит самоубийство вместе с котенком! Он все решил!

Что такое «самоубийство», котенок не знал, но, похоже, ему предстояло стать частью этого. Вообще звучало как что-то не слишком хорошее. Инстинкты подсказывали котенку бежать, но стены коробки были слишком высокими, чтобы он мог выпрыгнуть.

Ребята снова начали спорить:

– Я сам решу, как распоряжаться своей жизнью!

– Но ведь ты же хотел котенка?

– Да, хотел, но… – Коскэ настолько разозлился, что даже не сразу закончил фразу. – Послушай, Сатору… а давай попросим, чтобы тебе разрешили взять котенка…

– Что?! – Сатору оцепенел. – Я же с самого начала собирался это сделать!

– Послушай… ты же не предлагаешь серьезно, чтобы я умер вместе с котенком? Возьми его лучше себе.

– Ну… тебе нужно было раньше об этом сказать!

Вот так котенок и поселился у Сатору.

В тот вечер родители очень разозлились на Сатору. Пока его ругали, он молча ужинал. Котенку мальчик тоже положил много еды. Часть паштета забилась в угол миски, и малыш не мог ее достать, тогда мама собрала пальцем остатки корма и дала котенку слизнуть.

Пока он умывался, Сатору закончил с ужином, а родители закончили его отчитывать.

– Ему месяца два… – произнесла мама Сатору, почесывая котенка за ухом. Он вдруг вспомнил, как его мама делала так же языком, и инстинктивно заурчал.

– Ого, мурлычет… – Мальчик широко распахнул глаза.

– Значит, ему приятно.

– Понятно… – кивнул Сатору.

– Попробуй сам, – предложила мама и почесала котенку шейку.

Сатору попытался повторить за мамой, но получилось так себе.

– Хвост на крючок похож.

– В смысле?

– Загнут, как крючок. – Мама провела пальцем по хвосту котенка – ровно на середине он начинал закручиваться внутрь.

Из-за этой особенности девочки не забрали его себе, но здесь, похоже, это никого не смущало.

– Надо ему имя дать, – произнес отец.

– Точно-точно! – воодушевленно закивал Сатору и решительно вскинул кулак над головой. – Будет Ламборгини! Ламборгини!

– Слишком длинное и сложное.

– Тогда Макларен![4] Макларен!

– А можно не в честь машины?

– Но круто же звучит!

Отец разрешил их спор:

– Лучше японское имя, а не европейское, произносить и писать будет проще. У него окрас интересный – может, назовем Бути, «Пятнышко»?

– Нет, слишком уж просто, – мгновенно возразила мама, и папа поник.

Тогда Сатору пристально посмотрел на котенка.

– Хати?

Родители удивленно моргнули.

– У него на лбу пятна в виде иероглифа «восемь» – «хати», видите?

– Тоже просто звучит, от «Бути» почти не отличается… – задумчиво сказала мама. – Весь в отца… – Она взглянула на мужа – тот вздрогнул.

– Ну, может, имя и обыкновенное, но Сатору предложил его не просто так – в имени есть идея.

На том и остановились. Сатору взял малыша на руки и ткнулся своим носом в носик котенка.

– Хати! Тебя зовут Хати! Как тебе?

Котенок мяукнул, и лицо мальчика засияло.

– Он ответил! Понимает меня!

Сатору потерся о него щекой.

Так котенок по имени Хати стал питомцем семьи Сатору.

У Хати оставались смутные воспоминания о том, как раньше он жил с мамой, братьями и сестрами, а спустя три дня у Сатору они стерлись окончательно.

Коскэ почти каждый день приходил повидаться с котенком и однажды принес ему подарок – игрушку.

– Вчера уговорил маму купить. Продавец сказал, она из настоящей кроличьей шерсти. – С этими словами он помахал серой игрушкой перед носом у Хати.

Она быстро, но однообразно замоталась туда-сюда и восторга у котенка не вызвала.

– Не так надо. – Сатору забрал игрушку и спрятал ее под подушку, но не полностью, небольшая часть выглядывала наружу. Затем он, цокая, принялся едва заметно ей шевелить, снова и снова.

Хати рефлекторно напряг мышцы и всем телом чуть опустился вниз. Загнутый хвост заходил из стороны в сторону. Вдруг он всеми четырьмя лапами оттолкнулся от пола, и через секунду игрушка оказалась у него! Так показалось котенку, но он ошибся: клочок серого меха ускользнул прямо из-под его носа. Тогда Хати снова напрягся и прыгнул – в этот раз игрушка вовсе исчезла под подушкой. Он уже думал, что добыча сбежала насовсем, но заметил, как она проскользнула у него за спиной – Хати невольно отпрыгнул, а затем тут же снова бросился на игрушку. Та попалась в лапы, но котенок не смог ее удержать, и жертва вновь сбежала.

Коскэ наблюдал за игрой, затаив дыхание.

– А ты хорош, Сатору…

– Хе-хе…

Мальчик невероятно гордился собой. Так играть с котенком его научила мама. Она в этом деле была мастером – в детстве уже заботилась о котятах.

– Ладно, вроде понял… – Коскэ решил попробовать еще раз.

Мальчик повторял движения друга, но мотал игрушкой слишком быстро, и котенок за ней не поспевал.

– Попробуй медленнее…

– Может, это Хати долго соображает?

– Да нет, он просто спокойный.

«Спокойный» – так про Хати говорили родители Сатору. По смыслу почти то же, что «медлительный», но звучит намного приятнее.

Коскэ перестал дергать игрушку из стороны в сторону и просто спрятал ее под подушкой так, чтобы она чуть торчала наружу.

Добыча застыла на месте – так поймать ее было проще.

– Время полдника! – Мама Сатору принесла свежие булочки.

Коскэ отвлекся на ее голос и отпустил игрушку. Хати тут же схватил ее и принялся медленно жевать.

– С изюмом?

– Не всегда же его добавлять.

– Эх… – скривился Сатору.

– Жалобы не принимаются. – Мама легонько щелкнула его по лбу.

– А мне вот больше всего нравятся шоколадные, – заметил Коскэ. Мама Сатору частенько добавляла в булочки какао-порошок.

– Какао кончилось! Ну все, ешьте молча.

Коскэ тоже получил свой щелбан, но только сильнее развеселился.

Ребята взялись за еду и оставили игрушку. Хати сначала заскучал, но нашел новое занятие – хватать Сатору за ноги.

– Ай! Хватит!

Он уворачивался, но котенок был шустрее.

– Ладно-ладно… – Сатору встал и принялся рыться в небольшой