Капель - Мари Галл

На пороге стояла девушка, в шубке, а шапку держала в руке. Профессиональный учительский взгляд сразу узнал в ней девицу, которая вешалась на Сергея на призывном пункте. Еще тогда Надежде Ивановне не понравилось бесцеремонное поведение девушки, особенно то, как она вешалась сыну на шею и при всех целовала его. Она ее знать не знала, и тем более странно звучали от нее слова, что она его дождется. «Да прям! – подумала она тогда. – Такие не дожидаются». И вот эта нахалка стояла у нее на пороге.

– Добрый вечер, – произнесла девица. – Вы меня помните? Я девушка Сергея. Можно войти?

Надежда Ивановна кивнула в ответ и посторонилась, пропуская гостью в квартиру. Ей было и любопытно и противно одновременно. Как директор школы, она насмотрелась на подобную развязанную молодежь и то, что она назвалась «девушкой» ее сына бесило и настораживало одновременно. Она чувствовала подвох, что девица пришла не просто так.

– Проходите на кухню, – кивнула Надежда Ивановна и достала гостевые тапки.

Девушка оказалась скромно одетой, почти без макияжа. Она присела на кухонный табурет, сложила руки на стол и улыбнулась хозяйке дома:

– Меня зовут Лена, вам Сергей обо мне, наверное, говорил.

– Нет, не говорил. А должен был?

– Да, я же его невеста, – она гордо вскинула подбородок и продолжила уверенным голосом.– Мы били с ним ..эээ.. близки. Он хотел жениться, но не успел до армии. А вот теперь… Словом, я беремена и это его ребенок.

– Хм… – Надежда Ивановна немного опешила, она не ожидала такого поворота событий.

То, что Сергей не собирался до армии ни на ком жениться в этом она не сомневалась, значит, есть сомнения и по поводу правдивости сказанного всего остального.

– Вы уверены, что это ребенок именно моего Сергея? – она не собиралась миндальничать с этой нахалкой. Если забеременела до свадьбы, то значит знает, как на нее посмотрят другие.

– Я понимаю ваше недоверие, но можете спросить у Сергея, мы с ним были близки на проводах, как раз прошло два месяца, у меня есть справка, – и она полезла в карман юбки.

– Не надо справки, – остановила ее Надежда Ивановна. – А у Сергея я спрошу, обязательно. Так что вы от меня хотите?

– Я…– она замялась, подбирая слова. – Я буду писать в часть и просить, чтоб нас с ним расписали. Я не хочу рожать незамужней.

– Как спать с мужиком, так штамп в паспорте не нужен, а как рожать- так куда ж без него! Мда…

– Мы любим друг друга и немного увлеклись, я хотела чтоб ему было что вспомнить в армии, – Лена явно произносила заготовленную фразу, нагло глядя в глаза будущей свекрови.

«Любит она, – фыркнула про себя Надежда Ивановна. – Раздвинула ноги по пьяни, вот и вся любовь! И мой хорош, сколько я ему талдычила, что надо сначала жизнь устроить, а уж потом все эти жены- дети. Бестолочь великовозрастная!» Но можно было ругаться долго, только вот проблемы этим не решить.

– Ладно, Лена, я все поняла. Иди домой, я завтра попробую выяснить как нам вас расписать. Ты оставь свой телефон, я тебе наберу, как что- то выясню.

– Конечно.

Девушка написала домашний номер на протянутой женщиной бумажке, быстро оделась и ушла.

На следующий день Надежда Ивановна развила бурную деятельность. Звонила и в военкомат и в загс и собес… И выяснила, что телефон воинской части ей никто не даст, вся связь с сыном и его начальником исключительно по средством писем или телеграмм. Телеграмму не решилась направлять – сына можно напугать, а начальнику в двух словах не напишешь, а больше- будет очень дорого.

И так она написала Сергею, описала ситуацию, просила как будет возможность позвонить. И написала непосредственно начальнику в часть, где служил сын. Теперь надо только ждать.

Где- то дней через десять позвонил Сергей. Увы, он ее не успокоил, а только подтвердил, что ребенок его и что он готов жениться на Лене. Последняя надежда на то, что это лишь бред глупой девчонки отпала. Она была зла на них обоих. Это ж надо так свою жизнь испоганить! Она так мечтала о том, что сын после армии одумается, пойдет учиться куда- нибудь, тем более что после армии есть льготы поступающим. Получит профессию и уже тогда присмотрит себе хорошую девушку и заведет семью. А теперь все коту под хвост! Про учебу можно забыть, придется содержать семью.

Надежда Ивановна горестно в очередной раз вздохнула, но ничего не поделаешь, надо хоть как- то выходить из создавшейся ситуации.

В конце декабря они с Леной сходили в местный районный загс, подали заявление: невеста со своей стороны написала, а от Сергея пришло по почте в произвольной форме, но заверенное руководством части. В ход пошла и справка о беременности и связи Надежды Ивановна. Так как им не нужна была торжественная роспись, и в связи с ситуацией, им не дали месяц на раздумье, а назначили день сразу после новогодних праздников.

Она телеграммой отбила в часть назначенную дату, и сыну к этому дню обещали дать отпуск.

Главные хлопоты были позади. За это время она лучше познакомилась с Леной. Та вела себя тихо и скромно, но особым умом не блистала. Если станет хорошей матерью и хозяйкой в доме, то уже будет не так плохо. Она снова вздохнула: «Это их жизнь, пусть сами разбираются».

На Новый год Лена принесла коробку конфет- подлизалась к будущей свекрови. Животик у нее уже был немного заметен, если не прятать под одеждой. Надежда Ивановна не больно хотела ее видеть, так что та долго не задерживалась в гостях.

1988- 1989, Надежда Ивановна

После свадьбы, Сергей уехал дослуживать, а Лена не захотела переезжать в его дом, а решила как и раньше жить с матерью. Надежда Ивановна была этому только рада. Новый чужой человек в ее доме – это ужасно! Она будет терпеть ее возле Сергея, но не рядом с собой!

Они изредка перезванивались, она больше интересовалась как протекает беременность, а Лена же чтоб не потерять связь со свекровью, тем более что у той было много знакомств и она доставала дефицитные товары и делилась ими с невесткой.

Трель телефона разбудила Надежду Ивановну до будильника.

– Сваха, доброе утро, – услышала она знакомый взволнованный голос. – Лену увезли на сокрой, началось. Сказали, что повезут во второй роддом. Я туда к обеду подъеду, сейчас