Чтобы ахнули - Лариса Каневская

— Понятно. Маа-ам, но ты же все равно торт купишь, а я его вместе с бабушкой попробую, ты же разрешишь… после ужина, да? — Степа умильно заглянул маме в лицо.

— Посмотрим на твое поведение…

— Мам, мам, мам, ты же всем говоришь, что я — примерный. Купи тогда хотя бы чупа-чупс, он недорого стоит…

— При чем тут дорого-недорого? Степ, отстань, я уже забыла, что кроме торта надо купить…

Степа надулся, замолчал, крепко вцепившись в продуктовую тележку. Через пять минут ему стало скучно, и он стал толкать тележку быстрее, шпыняя носком ботинка колесо, так что оно постоянно разворачивалось и тележку кидало во все стороны.

— Сейчас по рукам получишь!

— А я руками ничего не делаю…

— Степа, кончай дурака валять, пойди займи лучше очередь в кассу, видишь, сколько народу набежало после работы? Ужас!

Степа, закосолапив к кассе, пристроился в очередь за высоким мужчиной в белоснежной спортивной куртке и фантастически чистых белых кроссовках, будто только что в магазине их надел. И как некоторым удается бродить по улицам, не пачкаясь? Степе вот ничего белого не покупали, потому что у него всё быстро оказывалось в грязных пятнах, и «на белом особенно заметно и неприлично». Настроение совсем испортилось. Мамы на горизонте не было. За скучающим Степой уже выстроился хвост из трех человек. Мужчина принялся аккуратно выкладывать возле кассы пакеты с фруктами и конфетами, бутылки, какие-то коробки. Степа перевел тоскливый взгляд на полку перед кассой. Там высилась целая гора разноцветных шоколадок и чупа-чупсов разных размеров.

— Дя-енька, а дя-енька. — Степа, не выдержав, пискнул как можно жалобней и потянул за край белой куртки.

Мужчина обернулся и посмотрел сверху вниз:

— Что такое? Что тебе, мальчик?

— Не могли бы вы купить мне хотя бы один чупа-чупс? Я в жизни не пробовал его, не знаю даже, что там внутри…

Степа так вошел в роль, так себя зажалел, что в носу по-настоящему защипало, и он почувствовал, как крошечная слезинка выкатилась из левого глаза и сползла по щеке. Мужчина недоверчиво оглядел прилично одетого мальчика с сиротливо протянутой рукой:

— Ты это… с кем ты тут, ребенок?

— С мамой, она продукты выбирает подешевле, а меня послала очередь занять… мама бедная, у нее денег нет, она ни за что мне чупа-чупс не купит, ей надо продукты для бабушки.

Мужчина чуть помедлил, задумчиво погладил коротко стриженную Степину макушку, затем достал кошелек и кивнул кассирше:

— Посчитайте мне еще пару чупа-чупсов… каких тебе, ну, выбирай.

Степа, не веря своему счастью, поднял чистые голубые глаза на кассиршу, та улыбнулась:

— Давай скорей, что тянешь?

Степа быстро взял два самых больших леденцовых шарика на палочке, потом повертел головой во все стороны — мамы нигде не было видно — и деловито добавил маленькую шоколадку. Мужчина засмеялся. Кассирша ободряюще подмигнула Степе, мол, не робей, бери-бери.

— Ты вроде только про чупа-чупсы говорил. А шоколадку, значит, тоже не пробовал… чего ж тогда такую маленькую взял?

— Дя-енька, я… только один раз в садике… меня девчонки угощали, а мамка никогда ничего сладкого не покупала и не купит…

— Ну ладно, бери тогда уж большую шоколадку — тоже угостишь девочек. Девушка, сколько с меня, посчитайте быстрей, я тороплюсь, а ты… как тебя зовут?

— Степа.

— Прелестно. Степа, ты только все сразу не ешь, а то живот заболит. Ну, где ж твоя мамка-то?

— Не знаюююю… продукты ищет… дешё-оо-о-выееее.

Степа заморгал глазами, пытаясь вытрясти еще одну слезинку, но заплакать больше не смог, внутри было сплошное ликование.

— Ладно, пацан, вот твой кулек со сладостями, стой возле кассы, никуда не отходи, а то потеряешься. Мне бежать надо, а вы последите за ним, чтобы он мамку дождался, — обратился мужчина к кассирше.

— Вот больше мне делать нечего, у меня, между прочим, деньги, расчеты, очередь, не морочьте мне голову…

— Не волнуйтесь, я за ним присмотрю, — засуетилась полная женщина с сумкой на колесиках. — Я никуда не тороплюсь, передо мной еще три человека.

— Степаааа, ты где? — издалека послышался мамин голос.

Степа испуганно присел и начал распихивать по карманам куртки свою добычу. Затем смял бумажный пакет в кулак и встал как вкопанный:

— Мам, маа-м, маа-маа, я здесь, у кассы…

— Ты занял очередь, я что-то не пойму?! Почему ты рядом стоишь…

— Очередь ваша давно прошла, но у вас такой симпатичный мальчишка… вставайте передо мной. — Женщина подвинула сумку назад.

— Не столько симпатичный, сколько шустрый, — ехидно добавила кассирша, — не пропадет…

— Что вы имеете в виду? — нахмурилась Ира.

Степа быстро повернулся к маме спиной, сделал невинное лицо и так заискивающе заулыбался и заморгал кассирше, что та засмеялась:

— Да ничего, просто шустрик. Выкладывайте ваши покупки…

Придя домой, Степа самостоятельно повесил курточку на крючок и, расшнуровав ботинки, быстро побежал в ванную мыть руки, потом крикнул:

— Мамочка, я тебе сейчас буду помогать!

Мама недоверчиво покачала головой:

— Что-то с тобой случилось? Сладкое отрабатываешь? Все равно торт вечером не получишь. Утром с чаем… после каши.

— Хорошо… — кротко согласился Степа.

Ему поручили мыть овощи в пластмассовом тазике. В это время мама быстренько сварила Степе парочку мелко нарезанных картофелин, размяла их с горячим молоком и накормила Степу пюре с зеленым горошком. Потом вернулся с работы папа.

— Папа, а где бабушка?

— Ир, представляешь, телеграфистка перепутала числа. Мама завтра приезжает, а не сегодня.

— Да? Миленько.

— Вот здорово, мам, мы еще лучше успеем подготовиться…

— Малыш, какой ты у нас помощник вырос, не устаю удивляться, все же мама твоя — классный специалист по воспитанию.

Ира довольно улыбнулась. Приезд свекрови отсрочен еще на день, будет время отмыть ванну и унитаз, а то та всегда принимается их чистить в качестве живого укора невестке.

— Хорошо, мама на работу дозвонилась, и мне не пришлось мотаться на Ярославский вокзал. Ира, у нас есть, что поесть? Я голодный как зверь!

— Прекрасно, у меня все готово, чтобы накормить зверя. А ты, сынок, иди к себе в комнату, немножко поиграй, потом ляжешь, и папа тебе поставит пластинку со «Стариком Хоттабычем». Бабушку завтра встретим, так и быть, торт получишь вечером вместе со всеми.

— Хорошо, мамочка, можно я просто спать пойду, не надо пластинку…

— Да, дорогой, конечно, спокойной ночи. Стой, ну-ка дай лобик поцелую… не горячий ли?..

Степа послушно кивнул, подставил маме лоб и пошел в комнату. Ира встревожилась: что-то парень на себя