Речные заводи. Том 2 - Ши Найань

– И я пойду! – не утерпел Ли Куй.

– На этот раз тебе нет надобности идти! – возразил Сун Цзян. – В поход назначены достойные полководцы.

– Когда я сижу без дела, – сказал Ли Куй, – то могу заболеть. Не хотите отправлять меня с ними, я пойду один.

– Если ты не будешь выполнять моих приказов, – сердито закричал Сун Цзян, – то я снесу тебе голову!

Расстроенный и опечаленный, Ли Куй покинул зал.

Мы не станем рассказывать сейчас, как Линь Чун и Ян Чжи со своими бойцами отправились вслед за Гуань Шэном. Расскажем лучше о том, что на следующий день явился один из бойцов и доложил, что Черный вихрь Ли Куй вчера во вторую ночную стражу взял свои топоры и куда-то исчез. Услышав это, Сун Цзян от горя даже застонал и воскликнул:

– Это я вчера вечером обидел его! И теперь он, конечно, ушел куда-нибудь в другое место!

– Не беспокойтесь, уважаемый брат, – возразил на это У Юн. – Человек он хоть невежественный, но зато честный и преданный, и в другое место уйти не мог. Нет сомнений в том, что дня через два он вернется. И об этом, уважаемый брат, вы можете не волноваться.

Однако Сун Цзян никак не мог успокоиться и послал на поиски Ли Куя вначале Дай Цзуна, а затем еще Ши Цяня, Ли Юна, Яо Хэ и Ван Дин-лю, приказав им идти в разных направлениях.

Следует сказать, что, когда ночью Ли Куй, захватив свои топоры, ушел из лагеря, он кратчайшим путем отправился прямо на Линчжоу. По дороге он размышлял:

«Подумаешь! Против двух каких-то сволочных полководцев посылать огромное войско! Только бы удалось мне проникнуть в город. Одного удара моего топора будет достаточно, чтобы покончить с ними. Правда, я заставлю поволноваться нашего уважаемого брата, но зато отведу душу на славу».

Так шел он полдня, пока, наконец, не почувствовал голода. Но когда полез за пояс, то обнаружил, что в спешке забыл захватить с собой денег на дорожные расходы. «Давненько я уже не занимался настоящим делом, – подумал он. – Надо поискать какого-нибудь дурака и сорвать на нем свою злобу!»

Так он шел и шел. Вдруг впереди у дороги показался деревенский кабачок. Ли Куй завернул в него, уселся за столик и заказал три меры вина и два цзиня мяса. Быстро уничтожив все это, он встал и собрался идти. Однако хозяин преградил ему дорогу и стал требовать деньги.

– Ты погоди, – сказал тогда Ли Куй. – Я пойду сейчас дальше, найду, чем поживиться, и на обратном пути расплачусь с тобой.

С этими словами он шагнул через порог. Но тут откуда ни возьмись появился огромный, как тигр, детина и сердито заорал:

– Очень уж ты, черномазый, расхрабрился! Да знаешь ли ты, в чьем кабачке решил поесть на даровщину?

– А это меня не касается, – вытаращив глаза, рявкнул Ли Куй. – Я везде ем бесплатно!

– Да если скажу я тебе, где ты находишься, так ты от страха в штаны наделаешь, – отвечал тот. – Я – добрый молодец из Ляншаньбо, и зовут меня Хань Бо-лун. Деньги, на которые я открыл этот кабачок, принадлежат нашему уважаемому брату Сун Цзяну.

«Что-то я тебя, сукина сына, в нашем лагере никогда не встречал!» – подумал Ли Куй, ехидно посмеиваясь про себя.

А надо вам сказать, что Хань Бо-лун был действительно из вольного люда и занимался разбоем и грабежами. Недавно он решил вступить в лагерь Ляншаньбо и попросил Чжу Гуя представить его Сун Цзяну. Однако в это время Сун Цзян лежал больной, а остальные главари были заняты переброской войск. Поэтому представить Хань Бо-луна начальнику так и не удалось. Временно Чжу Гуй поручил Хань Бо-луну содержать в деревне кабачок.

Ли Куй вытащил из-за пояса один из своих топоров и, глядя на Хань Бо-луна, сказал:

– Я оставлю вам в залог вот это.

Хань Бо-лун, ничего не подозревая, протянул руку за топором. В тот же момент Ли Куй с такой силой ударил Хань Бо-луна по голове, что череп его раскололся пополам. Так и не пришлось бедному Хань Бо-луну побывать в Ляншаньбо. Он погиб от руки Ли Куя.

Три работника в страхе бежали без оглядки в деревню, по дороге проклиная своих родителей за то, что они наделили их всего лишь одной парой ног.

А Ли Куй ограбил кабачок, взял все, что ему нужно было на дорожные расходы, поджег дом и пошел своей дорогой по направлению к Линчжоу.

Вечером того же дня он вдруг заметил на дороге какого-то здоровенного детину, который, остановившись, смерил Ли Куя взглядом с ног до головы.

– Ты что это глаза пялишь на меня? – спросил Ли Куй.

– А что ты за барин такой? – спросил в свою очередь детина.

Ли Куй ринулся было на незнакомца. Но незнакомец поднял кулак и так хватил Ли Куя, что тот так и шлепнулся задом на землю.

«Ну и кулак у этого парня», – одобрительно подумал Ли Куй. Не поднимаясь с земли и глядя на незнакомца снизу вверх, он спросил:

– А тебя как зовут, приятель?

– Нет у меня имени, – отвечал тот. – Если хочешь драться, так давай! Нечего болтать попусту!

Тут уж Ли Куй рассвирепел. Но только он вскочил на ноги, как незнакомец дал ему пинка под ребра, а затем пнул его еще раз.

– Нет, не справиться мне с тобой! – признался Ли Куй и, поднявшись с земли, пошел прочь.

Незнакомец остановил его.

– Послушай ты, чумазый! Как тебя зовут и откуда ты родом? – спросил он Ли Куя.

– Поскольку я потерпел поражение, мне даже стыдно называть себя, – сказал Ли Куй. – Но ничего не поделаешь, и человек-то ты уж очень хороший, и мне не хочется тебя обманывать. Так знай же, что я Черный вихрь Ли Куй из Ляншаньбо.

– Неужели это правда? – воскликнул незнакомец. – Смотри не обманывай меня!

– Если не веришь, посмотри на эти топоры, – отвечал Ли Куй.

– Но раз ты добрый молодец из Ляншаньбо, так куда же ты идешь один? – снова спросил незнакомец.

– Я повздорил с нашим старшим братом и сейчас иду в Линчжоу, чтобы убить там Шань Тин-гуя и Вэй Дин-го, – сказал Ли Куй.

– А я слышал, что из Ляншаньбо против них уже высланы войска. Ты не знаешь, кто отправился в поход?

– Впереди всех отправился с отрядом Большой меч Гуань Шэн, а за ним следуют Линь Чун Барсоголовый и Черномордый зверь Ян Чжи, – отвечал Ли Куй.

Услышав это, незнакомец