Лихо - Кирилл Викторович Рябов

Глаза старика стали сонными.

— Ну вот, теперь придется лечь спать.

Выдрин спустился к себе. Проверил смартфон и небрежно отбросил. Лег и задумался, что будет, когда он умрет. Ничего не будет. Точнее, будет все, но без него. На похороны придут мама с отчимом и кто-нибудь из школы. Хотя отчим, может быть, и не пойдет. Да и черт с ним! О нем вообще думать не хотелось. Хотелось думать о Лене, но от этих мыслей у него выворачивало сердце. Он вспомнил Веронику. Удивительно, как она хорошо держалась. Может, напилась успокоительных. Захотелось написать ей, но Выдрин не знал ее номера. Да и что бы он ей написал? «Привет? Как вы себя чувствуете?» А она: «Спасибо. Все хорошо».

Он неожиданно уснул и сам этого не заметил. А проснувшись, не сразу понял, что спал. Будто минута прошла. Как в детстве.

Проверил сообщения. Тишина. Посидел пару минут почти в полной тишине, если не считать, что на улице ругались какие-то мужики, и пошел в ванную. Принял душ, побрился и даже ощутил обманчивую бодрость, которая быстро улетучилась, как только он включил ноутбук. Адвокатских контор было огромное множество. С ощущением тщетности Выдрин выписал номера телефонов и сел обзванивать. Везде было одно и то же. Разные неживые голоса просили описать проблему, оставить номер телефона и ждать, когда они ему перезвонят. Сначала Выдрин сразу отключался, но потом, решив, что ничего не теряет, кроме того, что его посчитают сумасшедшим, заново всюду перезвонил и рассказал про арест кота. Он выписал еще несколько номеров. И неожиданно ему ответил живой человек:

— Адвокат Савельев слушает. Что у вас случилось?

— Моего родственника задержали, — осторожно сказал Выдрин.

— В чем его обвиняют?

— Я не знаю. Мне не сказали.

— Обязаны были. Ладно. Приезжайте на прием. Обговорим все. Приготовьте пять тысяч рублей.

— За работу? — спросил Выдрин. — Так мало?

Савельев не стал смеяться.

— Нет, друг мой. Это за прием и консультацию. Гонорар за работу обсудим отдельно. Жду вас к двум часам.

Он продиктовал адрес и отключился. Выдрин посмотрел по карте. Адвокат принимал в каком-то ДК молотобойцев на окраине города. Это было неподалеку от управления «Ч». Выдрин решил, что это хороший знак. Настроение улучшилось. Он открыл мессенджер, подумав, что раз все складывается неплохо, значит, и там его ждут хорошие новости. Но там не было ничего. Лена заходила две минуты назад. И все.

«Все», — подумал Выдрин.

В ДК молотобойцев он приехал на такси. Водитель был молчалив. От него пахло чем-то кислым. Еще Выдрин обратил внимание на его густые сросшиеся брови, образующие одну большую, толстую бровь. И подумал, что это тоже, наверно, какой-то знак. Хороший или плохой? Он вылез из машины и зашел в двухэтажное кирпичное здание. По вестибюлю бродил охранник и чесал спину то правой, то левой рукой, пытаясь дотянуться между лопаток.

— Вы к кому? — спросил он.

— К Савельеву.

— Адвокат? Вы не могли бы мне спину почесать?

Выдрин пожал плечами и стал чесать ему спину.

— Левее, выше, еще выше. Ой, хорошо! Адвокат на втором этаже. Там табличка, увидите.

— Спасибо.

— И вам спасибо.

Кабинет Савельева нашелся в конце темного коридора. На двери висел лист А4: «Адвокат Савельев Анатолий Ефремович». Выдрин постучал.

— Входите! — ответил адвокат.

Кабинет оказался маленьким, как чулан. Стол, за которым с радостным видом сидел Савельев, был почти у двери. Выдрин подумал, что раньше тут, возможно, была кладовка.

— Как вас, напомните? — сказал Савельев, вставая и протягивая руку.

— Выдрин Александр Иванович.

Рукопожатие адвоката было крепким.

— К делу! — сказал он. — Я вас внимательно слушаю.

Выдрин сел и начал рассказывать. Он пытался выбирать нейтральные и обтекаемые формулировки, именуя Диего то дальним родственником, то соседом. Савельев слушал, высунув кончик языка.

— Все непонятно, — говорил Выдрин. — Встретиться мне с ним не дают. В чем обвиняют, не говорят. Вообще все выглядит ужасно нелепо. Я до сих пор думаю, это какое-то недоразумение или розыгрыш.

— Так кем он вам приходится? — спросил Савельев.

— Они его записали как моего сожителя.

— Ага?

— Он мой кот.

— В смысле ролевой игры?

— Обычный кот. То есть не совсем обычный, он лысый. Это такая порода. Что скажете?

— Управление «Ч», говорите?

— Да.

— И кот?

— И кот. Думаете, я сумасшедший?

Савельев улыбнулся так, будто боялся вызвать у Выдрина ярость.

— Ну конечно нет.

— Думаете, — сказал Выдрин. — Я вижу.

Адвокат продолжал улыбаться. И молчал. Вероятно, будь у него под столом тревожная кнопка, он бы ее уже нажал.

— Я могу вам доказать, что это правда.

Выдрин достал смартфон, отыскал в списке вызовов номер Черненко:

— Вот, позвоните ему и скажите, что вы адвокат.

Савельев сложил руки домиком.

— То есть вы хотите заключить со мной договор на работу, правильно?

— Да, наверное.

— Это стоит восемьдесят тысяч.

— За звонок?

— За участие в предварительном следствии.

— Хорошо. Но вы сначала позвоните, чтобы убедиться, что я не сумасшедший.

— Я составлю договор, после оплаты начну работу. Давайте сегодня вечером мы с вами свяжемся…

Выдрин нажал вызов и включил громкую связь:

— Сейчас сами убедитесь.

Савельев продолжал вежливо улыбаться, но, кажется, немножко уже устал.

Черненко ответил после восьмого гудка. И говорил он с трудом.

— Какого тебя хуя надо сейчас? — спросил капитан. — Я же сказал, звонить, если что-то важное. А лучше не звонить.

— Это важно, — сказал Выдрин. — Я у адвоката. Он не верит, что вы арестовали моего кота.

— И при чем тут я, ебать вас всех в глаза?

— Как при чем? Подтвердите ему, что я не сумасшедший.

— А может, ты и есть псих ебанутый.

— Скажите, что вы арестовали моего кота.

— Мы не занимаемся арестами, дурачок. Этим суд занимается. Мы задерживаем. — И вдруг заорал так, что у Выдрина зазвенело в ухе: — По-о-о-о-ня-я-я-ал? По-о-о-ня-я-ал, блядь? Ты понял, сука?

А потом принялся крушить все, что попадалось под руку там, где он находился. Слышались удары, что-то упало и разбилось. Черненко стонал, выл, вопил. И в конце концов отключился. Выдрин посмотрел на Савельева, который уже не улыбался, и снова нажал вызов. Капитан ответил.

— Я тебя убью, — ответил.

И отключился опять.

— Александр Иванович, — сказал Савельев. — Я не возьму с вас за прием и консультацию, но, пожалуйста, уходите.

— А кто мне поможет? — спросил Выдрин.

— Знаете, есть много специалистов. Обратитесь к ним.

Кажется, он имел в виду не адвокатов.

— Может, я правда с ума сошел?

— Не в моей компетенции ставить подобные диагнозы, — сказал Савельев. — Я ведь не медик.

— Моему коту грозит пожизненное. Они так сказали. А я ничего не