Мама!!! - Анастасия Миронова

– Фен – это чтобы волосы сушить! – сказала из-за стола Ксюша. – У моего Кена тоже есть фен.

– Полотенце, что ли? – спросила Анька удивленно и стала раздирать коробку.

– Нет! Фен – это жжжжж – и волосы сухие. В розетку надо включать.

Анька вытащила Кена из коробки – в одной руке у него была зеленая расческа, в другой – странная штука вроде кувшина. Она вырвала ее из пластмассовой кукольной ручки.

– Это фен? – расстроилась Анька и тут же потеряла к нему интерес.

Кена она бережно усадила рядом с Барби и стала с ними играть.

– Ну, это никуда не годится, – укоризненно сказал папа, – а как же гости? Давайте есть арбуз, а поиграешь потом.

Маленькая Женя, путаясь в длинном подоле нового платья, запрыгала: Анька не дала ей поиграть, а просто сидеть и смотреть Жене было скучно.

Дядя Валя позвал к столу. На тарелках уже лежали огромные куски арбуза. Его сахарная мякоть переливалась, будто от инея.

«Хрустящий», – подумала Саша и будто ощутила его сладость.

В этом году они с мамой и бабушкой еще не ели арбуз. Кажется, и в прошлом тоже. А что было до прошлого года, Саша не помнила. Мама не любила ранние арбузы, боялась отравиться, а в сентябре уже не успевала купить. Их продавали редко и только в городе, стоили они дорого, и мамы не всегда могли их дотащить на Лесобазу. В прошлый Анькин день рождения Саша очень ждала арбуз. Так и сказала маме: «Меня позвали арбуз есть». Но в тот раз дядя Валя привез из города дыню.

Саша взяла с тарелки свой кусок и попыталась откусить верхушку, а та не влезла за один раз в рот. Она приятно отметила, что кусок очень большой. Наконец ей удалось откусить с краю. Вместо того чтобы двигаться дальше, будто играя на губной гармошке, Саша впилась прямо в середину куска. По подбородку и шее потек сок. Руки тоже были в соке, который попал под рукава блузки и оставил липкие следы. Рукава-фонарики покрылись розовыми пятнами. Саше стало стыдно. Она положила арбуз, чтобы вытереть лицо и руки салфеткой. И увидела на своей тарелке ложечку. Все ели арбуз ложечками. Даже маленькая Женя старалась отделять огромной ложкой, зажатой в правой руке, кривые куски и отправляла их кое-как в рот. В левой у нее была Барби, которую Анька дала ей посмотреть. Анька держала Кена и тоже ела не торопясь одной рукой, от своего куска она успела отломить разве что пару маленьких кусочков. Ксюша лениво ковыряла ложкой в арбузе, а Жанна и Ксюшин брат вообще не стали его есть – они снова убежали на балкон смотреть собаку. Саша покраснела: на ее тарелке осталась только корочка.

– Давай-давай, нажимай, – подбодрила ее баба Тоня.

Дядя Валя положил Саше второй кусок. Этот она решила есть красиво – ложкой. И маленькими кусочками. Она зацепила арбуз сбоку, отделила от него совсем немного и медленно донесла до рта. Попалась косточка! Что делать в таких случаях, она не знала: руками вытаскивать нельзя, в тарелку плевать – тоже. Она аккуратно положила губами косточку в ложку и оставила ее у каймы тарелки. Раздался звонок.

– Мама! Мама! – закричал Ксюшин брат, выбегая с балкона. За ним вышла Ксюша. Тут же засобиралась домой и Жанна. Анька положила ложечку на край своей тарелки и повернулась к двери. Женя запрыгала на диване. Саша тоже положила ложку и стала тщательно вытирать руки, чтобы чем-то занять время и никак не показать, что она не расстроилась из-за недоеденного арбуза. В коридоре гулко затопали, зашуршали, открылась дверь, но кто пришел, из комнаты видно не было.

Ксюша нехотя вернулась за стол и сказала Саше:

– Это за тобой. Какая-то тетя.

Саша очень испугалась. Метелёвы знали ее маму и не могли ни с кем спутать. Вчера был чужой папа, сегодня – тетя? У Саши от страха пошли слезы. Она хотела спрятаться за Аньку и уже вскочила на диван, как в комнату вошла ее бабушка.

– Пойдем домой! Пообедаешь – и со мной на работу. Давай быстрее, мне некогда.

– Но я уже поела, – тихонько сказала расстроенная Саша.

– Тогда пойдем сразу на работу. Давай-давай.

Саша заплакала:

– Ну можно я еще немного останусь? Мы хотели поиграть с Кеном.

Бабушка была недовольна:

– У меня смена. Мать в магазин уехала, тебя некому будет забрать.

– Ну пожалуйста, – не унималась Саша.

– Да пусть посидит, – вмешался дядя Валя. – Мы потом ее проводим.

– Ну что вы. У нас дома никого не будет, я в гостинице сегодня на сутках. Мать поздно вернется. Да и неудобно. Засиделась уже. Саша, скажи всем «спасибо» и «до свидания».

– Но я… – Саша хотела сказать, что она не доела арбуз. Ей стало стыдно. И за арбуз, и за слезы. И за то, что ее забирают. Она успокоилась, вытерла слезы липкой рукой и пошла обуваться. Уже из прихожей увидела, что на кухне стоит еще половина арбуза. Она сделала вид, что хочет помахать Жанне и Ксюшиному братику, а на самом деле – еще раз взглянуть на свой кусок. Но на тарелке его уже не было.

– Держи! Из гостей нужно уходить с гостинцами, – сказала тетя Лена, протягивая ей два больших куска арбуза, завернутых в салфетку.

– Ой, ну что вы, что вы, она ведь уже наелась.

Саша испугалась, что бабушка не разрешит ей взять арбуз. Не глядя тете Лена в глаза, она еле слышно произнесла:

– Спасибо.

Уже в подъезде, когда за ними закрыли дверь, Саша накинулась на арбуз.

Бабушка проворчала сзади:

– Стыдобища!

Но Саша продолжала жадно впиваться в мякоть, вытирая сок с шеи.

Они шли мимо турника, мимо промтоварного магазина, мимо «Продуктов». Всё это время бабушка укоризненно качала головой.

Саша заметила, что стоявшие у магазина люди уставились на нее, а какой-то мальчишка даже забежал вперед, чтобы посмотреть, как она ест. Завидует? Или она перепачкалась? Блузка на груди мокрая, и рукава мокрые. Ну и пусть завидуют!

Они свернули на другую улицу.

– Стыдоба-то какая! Будто ты арбуза никогда не ела.

– Да, не ела! – не оборачиваясь, зло крикнула Саша.

– Как это не ела! Мать тебе не покупала, что ли?

– Я не помню, – заревела Саша. – Я тогда была маленькая.

– Хоть бы бабушке оставила. Бесстыжая! – уже не так зло сказала бабушка.

От арбуза остались только белоснежные корки с тонкой темной шкуркой. Саша стала очень быстро грызть корочки. Они оказались склизкие и мыльные.

– Бесстыжая! – выругалась бабушка совсем по-доброму и