Лепестки Белладонны - Джулия Вольмут

– Здравствуйте. А вы кто? Ассистент? Или…

Франк засмеялся, поставив Джека в неловкое положение.

– Я крестный отец дьяволицы современного рок-н-ролла! – скромно представился менеджер. – Франк Штольц. А вот, кстати, и Белладонна.

Стало бесполезно прятаться, Мира сделала шаг вбок и вдоволь рассмотрела Льюиса. Одет официально, но непафосно. Серый пиджак и брюки, а прическа под стать образу аккуратно уложена: длинные пряди зачесаны назад, лишь одна выбилась.

Со смелостью Белладонны она взглянула Джеку в глаза: зеленые, они казались почти карими в тусклом освещении коридора. Улыбнулась – с трепетом девочки-Миры.

Джек перевел взгляд на Эльмиру, и все внутри нее свернулось в тугой узел. Горло пересохло. Воздух закончился. Он смотрел на нее.

– Хорошее выступление, – сдержанно, без приветствий.

Мира почувствовала на кончике языка привкус разочарования. Словно горькая пилюля, оно растеклось по горлу, спускаясь к сердцу. Холодком. «Хорошее выступление?! Это все, что он скажет?!» Джек не оценил ее необычный образ. Он не потерял голову, как Мира того ожидала.

На его загорелом лице она заметила тень насмешки. И не смогла не сострить. Слова сами соскользнули с языка ядовитыми каплями:

– На сольном концерте я выступила лучше.

Джек изменился в лице. Он явно понял, о каком моменте сольного концерта идет речь. Темные брови Льюиса соединились на переносице.

Мира забыла, что между ними стоял Франк. А тот вдруг подал голос:

– Надеюсь, вас проинформировали, как должно пройти интервью.

Франк смотрел на Джека с неприязнью. Наверняка не понимал: кто добровольно отказывается от популярности?! И также в маленьких глазках сверкнула угроза. Ох, Франк готов защищать свою малышку Белладонну! Даже представить не может, что от малышки нужно защищать окружающих.

– Да, я в курсе.

– Отлично, мистер Льюис! – с переизбытком энтузиазма ответил Франк. Он обратился к Мире: – Выход через пятнадцать минут, моя кошечка, – и зашагал по коридору в сторону кафетерия.

Мира нервно затеребила челку. «Вот идиот, какая я ему кошечка?» В обществе других людей поведение Франка ее не смущало, но рядом с Джеком неловкость и без того дошла до критической отметки. Мира и Джек остались в коридоре наедине. Раньше она мечтала хотя бы постоять с ним рядом, но теперь не знала, что делать. В итоге Мира отвернулась и толкнула ладонью дверь гримерки – та не поддалась. Попробовала еще раз. «Черт! Что такое?!»

За спиной послышался сдавленный кашель. Мира ощутила рядом тепло руки. Его руки. Мужские пальцы надавили на ручку, и дверь распахнулась. Секунду Мира стояла, наслаждаясь близостью.

– Вот так. – Голос Джека похож на шелест листьев. – Надо сначала опустить ручку, потом – толкнуть дверь. В Германии, наверное, все иначе.

Мира проигнорировала комментарий и зашла в гримерку. Хотелось рассмеяться: она мечтала о встрече с Джеком, а в ответственный момент повела себя как идиотка.

Хлопнула дверь. Пятнадцать минут передышки, и полчаса общения в студии. «Выдержу ли?..» Мира захотела упасть на диван и задрожать: в экстазе? в истерике? Размазать макияж, испортить прическу. Франк прав: она выглядит нелепо, как участница косплей-фестиваля. Глаза защипало. Она расплачется. И откажется выходить. К черту.

Застыв посреди комнаты, Мира до сих пор чувствовала мятный гель для душа и неповторимый запах Джека Льюиса, его собственный. И она вдыхала ненасытно, до головокружения…

– Без выходок, пожалуйста. – Голос с южным акцентом разрушил тишину и остатки рассудка Эльмиры Кассиль.

Джек не ушел?! Он в гримерке?!

Обернувшись, Мира вопросительно уставилась на него. Джек стоял на пороге, сложив руки на широкой груди, будто готовился к поединку. Взглядом говорил сдаться без боя. Привык выигрывать. «Самонадеянно».

– Мы договорились, – добавил Льюис.

И стоило огромных усилий из девочки-Миры стать привычной Белладонной. Она не растечется лужицей. Не позволит узнать, как ей ценны его холодные фразы, пронизывающие как кинжалы.

Белладонна улыбнулась и с издевкой спросила:

– Вам не кажется, что общаться наедине в гримерке похоже на выходку? – Только бы он не заметил, как дрожат ее пальцы.

Джек фыркнул, всем видом показывая: я сказал, что хотел, – и покинул гримерку. Плакать Мире больше не хотелось.

Джек долго сидел в машине, сжимая руль. Костяшки побелели, мышцы свело. Джек медленно разжал пальцы и провел рукой по лицу. На пустой парковке он слушал гудение мотора, а насмешливый голос Белладонны в его голове повторял: «Вам не кажется, что общаться наедине в гримерке похоже на выходку?» Надо же такое сказать! И к образу подростка он привык, а певица разоделась сегодня… утонченная, женственная, взрослая! Заготовленная фраза «Посмотрите, она же девчонка, между нами и быть ничего не может!» разбилась о новый образ Белладонны. Мужчина в костюме, женщина в красивом платье – идеально на первую полосу газет!

Льюис глянул на часы: до прямого эфира семь минут. Посмотрел в зеркало заднего вида. Покрасневшие и усталые глаза просили о честности.

Разве мог Джек вернуться к публичности только из-за шантажа? Хватит врать: он скучал по вниманию. Осторожно, по чуть-чуть пробуя давно забытое ощущение. Вот девушка-визажист попросила совместное фото, а оператор подошел, чтобы вспомнить бой Льюис – Гарнер. Жизнь затворника лишила Джека Льюиса заслуженного почитания, и он вспоминал о былых временах плохое. Но было и хорошее…

«Посмотрим, что из этого выйдет. Посмотрим!» – повторял он, поднимаясь по лестнице на нужный этаж.

– Эфир через пять… четыре… – Джек влетел за кулисы студии, чуть не врезавшись в ассистента. – …три… Стойте, вас позовут!

– Я не опоздал?

– Нет. – Парень продолжил отсчет: – …Два… один… начали!

Кортни Смит наигранно улыбнулась и обратилась к Белладонне:

– Приветствуем тебя в Америке и в нашей маленькой студии!

– А мне говорили, ваша студия – самая роскошная на американском ТВ, – со скукой в голосе усмехнулась певица, вызвав в зрительном зале взрыв хохота, а на лице Кортни плохо скрываемое удивление.

Джек хмыкнул: веселое начало, возможно, он не зря приехал.

– Что ж… В самом деле! – Кортни выпрямила спину. Наигранность телеведущей контрастировала с расслабленностью немецкой звезды: та утонула в мягком диване, положив ногу на ногу. Кортни поспрашивала Белладонну о музыке, о впечатлениях от Лос-Анджелеса, о других хобби и громко объявила: – Сейчас мы пригласим специального гостя! Он согласился дать эксклюзивное интервью нашему телешоу, а значит, эти двое расскажут, что произошло на концерте! Встречайте – Джек Льюис!

– Идите, – подсказал ассистент.

Едва передвигая ноги, Джек вышел на сцену и сел на край дивана, подальше от Белладонны. Он не видел, только слышал, как за его спиной на экране показывали снятый поклонниками танец под песню «Бандит», и это видео вызвало у Джека покалывание в затылке. Он улыбался, как полный идиот, изредка бросая взгляды на невозмутимую Белладонну.

Кортни кратко рассказала о произошедшем