Старшая по подъезду - Александр Бессонов

– Как это?

– Максима Косолапова – не существует. Я его всегда увольняю к чертовой матери. Понимаешь, у нас такое общество – всегда нужно найти виноватого и жестоко наказать. Я просто следую стереотипу.

– А Тамара Федоровна?

– У нас даже кадровика нет. Все на аутсорсинге.

– Забавно.

– Моя личная наработка. Я этого Косолапова пару раз в неделю увольняю. Работает схема. Давай заказывай. Тут солянка неплохая…

В IT-компании…

– Коллеги, прошу сдать телефоны. Это закрытая конференция по ЦОД. Информация, которая будет озвучена, – строго секретна.

Люди недовольно стали складывать телефоны в черный пакет.

Генеральный директор IT-компании в фиолетовой футболке с надписью «Follow your heart», джинсах и кроссовках New Balance продолжил:

– Начну. У нас на самом деле ничего не работает.

В зале недовольно загудели.

– Поднимите руки, кто не знает, что такое ЦОД.

Подняли почти все. Генеральный подошел к девушке в очках, которая не подняла руку.

– Объясни, пожалуйста, всем этим «коллегам», кто поднял, что это значит.

– Центр обработки данных, – ответила девушка в очках.

Генеральный стал записывать что-то себе в блокнот. Он продолжил:

– У нас было два жестких диска. Сейчас один. Думаем приобрести второй. – Генеральный снова подошел к девушке в очках и спросил: – А почему у вас не возникает вопроса, куда мы дели второй жесткий диск?

– Мне пофиг, – ответила она.

– Во-о-от! Всем пофиг!!! Как-то утром я прихожу на работу – а его нет! Какая на фиг кибербезопасность?! У нас винт украли!

– Дверь на ночь закрывать надо, – крикнул кто-то сзади.

– Сейчас мы быстренько найдем виноватого и пойдем работать! Потерпите немного… А кто у нас последним из офиса уходит?!

– Ты! – опять крикнул кто-то сзади.

– Следующий вопрос! Международная кибербезопасность. С Рутубом слышали что случилось?! Как нам этого избежать?!

– Не парьтесь, у нас же бэкап есть, – тихо сказала девушка в очках.

– Точно! У нас же есть бэкап! А что это, напомните? – строго спросил генеральный директор.

– Ну, резервная копия, – пояснила девушка в очках.

– Чего?!

– Три флешки я вам давала!

– Да, точно! Анонимус, нам на вас плевать! У нас есть три зеленые флешки! Совещание закончено!

Через пятнадцать минут всем сотрудникам на почту прилетело письмо о срочной внеочередной закрытой конференции, которая состоится за час до обеда. Тема конференции была такая: «Бэкап в ЦОД при условии наличия угроз внешних факторов». Все сотрудники понимали – генеральный директор потерял три зеленые флешки.

P. S. У меня много друзей-программистов. Когда они начинают громко говорить друг с другом, я начинаю тихонько записывать…

Я тащил тяжеленный чемодан на вокзал

Я тащил тяжеленный чемодан на вокзал. Жена с дочками шли впереди. Мы опаздывали на поезд. Чемодан был огромным. Я еле поспевал за женой. Навстречу двигалась толпа людей. Моим ориентиром была белая кофта жены.

«Ну как можно путешествовать с таким количеством вещей?!» – думал я.

В другой руке у меня был большой тяжелый пакет, где тоже были их вещи, которые не вошли в этот тяжеленный чемодан. А на спине висел легкий рюкзачок с моими пожитками.

Жена, видимо, решила пожалеть меня и остановилась у лавочки. Я начал отчитывать ее:

– Вы что в чемодан положили?! Куски гранита с набережных решили на память взять?! Ну как можно столько вещей с собой таскать?!

Жена молчала. Кажется, до нее начало доходить. А может быть, ей было стыдно. Я продолжал.

– Косметики сколько?! В салонах красоты меньше!!! Мне кажется, ты из всего этого пользуешься ну тремя процентами максимум!

Жена слушала. Она стояла спиной, но внимательно слушала! Наконец-то!!!

– А обуви сколько вы с собой возите?! «К каждому луку отдельная пара», – передразнил я. – ЖЕНЯ, НУ НЕЛЬЗЯ ЖЕ ТАК!!! МЫ ЖЕ НЕ НА БАЛ ЕДЕМ!

Это была моя окончательная победа. Казалось, до нее дошли все аргументы. Я представил, что, когда мы поедем в путешествие в следующий раз, у каждого из нас будет по маленькому рюкзачку за спиной.

Жена решила присесть на лавочку. Она развернулась ко мне лицом, и это было не лицо жены. Может быть, она и была чья-то жена, но не моя. От моей жены у нее был только белый свитер. Незнакомая женщина улыбнулась мне и сказала:

– Я согласна!

Уже в поезде жена спросила меня:

– Ты чуть не опоздал. Лика видела, что ты с какой-то женщиной говорил! Это что такое?

– Да женщину одну перевоспитывал.

– Ну и как?!

– Перевоспитал! – сказал я, пытаясь запихнуть огромный чемодан под сиденье.

Планшет

– Двести десять рублей. Что-то вы сегодня совсем прям мало взяли, – обеспокоенно заметила молодая миловидная женщина.

– Сейчас сдаем проект. Нервничаю. Когда нервничаю, аппетит плохой, – задумчиво ответил мужчина, доставая из кошелька банковскую карточку.

– Не надо нервничать. Я вот пустырник перед… – сказала она. Кто-то сзади из очереди стал возмущаться и цокать. – Так, там кто цокает? Проходите на вторую кассу! Цокает он! Дома поцокай!

Кто-то сзади ответил:

– Но за второй кассой нет никого!

– Ждите. А будете возмущаться, я вас на третью кассу отправлю.

– Так третьей кассы у вас вообще нет!

– Да что вы говорите?! Вот и подумай, а не цокай, как белка! – Она вернулась к разговору с мужчиной, который стоял напротив нее и с восхищением слушал. – Так вот, пару десятков капель пустырника, и спишь как младенец. Прикладывайте карту.

– Интересное сравнение, Маргарита, но у моего коллеги маленький сын, и его сон просто караул: подолгу не может уснуть, то колики, то зубки режутся… Вот. – Он поднес карту к терминалу.

– Так я вам не про крепость сна. Когда младенцы спят, на это невозможно налюбоваться, они похожи на маленьких ангелочков. Все, прошло!

– Большое спасибо, Маргарита!

– Приятного аппетита, Михаил!

Такие диалоги велись уже год. Казалось бы, два совершенно разных человека из совершенно разных миров… Она работала в столовой бизнес-центра, а он – программистом на двенадцатом этаже того же здания. Поначалу это были обычные дежурные фразы, но один раз у Маргариты не было сдачи с купюры в пятьсот рублей, и Михаил сказал:

– Ничего страшного. Сдачи не надо.

Этим он и покорил ее. Ему же нравилось в ней то, что она его видит и даже говорит с ним. Всю жизнь его не замечали: в школе, в университете, на работе. Он был как будто прозрачным. Тихий, маленький, неприметный человечек. А тут вся очередь стоит и смотрит на них. И, когда кто-то из очереди хоть что-то говорил, она с такой преданностью бросалась защищать их двух-, трех-,