История одной любви - Лана Невская

25 января 1949 года

– Счастье неуловимо. Никогда не знаешь,

есть оно или нет. Проверить, счастлив ли ты,

можно только на окружающих! –

Здравствуй, Инночка!

Уже третий день прошел, как я проводил тебя и больше не слышу тебя и не читаю твоих писем. Как твои дела, самочувствие, мысли? Каково твое мнение о нашей последней встрече и моем письме, которое я писал тебе в дорогу?

Мне хочется верить, что мы одинаково думаем о ней, и одинаково разъехались с мыслями, что мы еще больше, чем раньше, сейчас нужны друг другу.

Не знаю, может быть, это плохо, но я не умею сближаться ради минутного увлечения. Наши отношения для меня – событие, решающее жизнь. Взять твою жизнь и отдать взамен свою. Из двух маленьких жизней сделать одну большую – вот единственная возможность, которая может разрешить наши сегодняшние отношения друг с другом.

Вместе с тем мне хочется сказать тебе, что я знаю, что ты заслуживаешь большого и настоящего счастья. Ответь мне, уверена ли ты в том, что сумеешь найти его во мне? Человек вдвойне бывает счастливее, если он знает, что своей жизнью делает счастливым другого, если всегда чувствует, что он нужен не только себе, но и другим.

Именно поэтому я и спрашиваю тебя об этом. Я здоров, благополучен и, может быть, не пойму точно, – счастлив.

До свидания, моя хорошая кукла. Привет твоим родителям.

С искренним уважением.

Твой Борис.

* * *

26 января 1949 года

– Любовь свою в каждое слово

Сегодня вложил я любя,

Очень хочется снова

Крепко обнять тебя!

Хочется сжать твои плечи,

Имя твое повторить,

Молча мечтать о встрече,

Вместе повсюду быть! –

/ Б. Орехов/

Инночка! Здравствуй, родная!

Мне очень обидно, что ты болеешь, и поэтому моим самым большим желанием будет истинно товарищеское сочувствие тебе и желание видеть тебя как можно скорее совсем здоровой…

Мне всегда портит настроение мысль, что ты сидишь там одна со своим больным горлом и скучаешь… Сейчас немки убирались в комнате и нашли твою заколку с головы. Спрашивают меня, чья, мол, эта заколка, и смеются. Ну, чья же? Твоя, конечно! Можешь не беспокоиться, она не потеряется, я ее заколол в волосы своей маленькой кукле. А она у меня более спокойная и послушная, чем большая. Не смейся, ведь я же прав?

Послезавтра уже кончается первый месяц этого года, а вместе с ним и второй месяц зимы. Впереди весна, лето. Хочется думать, что они облегчат наши встречи, а вместе с этим – и мучения для обоих.

…Каждый новый наступающий день обычно с радостью встречаешь не только потому, что он принесет что-то новое, но прежде всего потому, что он приближает нашу новую встречу…

…Сейчас иду на «квадрат» и постараюсь дозвониться к тебе. Хочется, чтобы ты была уже совсем здорова. Но если еще нет, то я всей душой желаю тебе этого.

До свидания. Крепко обнимаю тебя. С искренним уважением.

Твой Борис.

* * *

29 января 1949 года

Если писем не будет отсюда,

не печалься, надежду храня.

Я тебя никогда не забуду,

Только ты не забудь про меня! –

Боренька, здравствуй!

Ты сейчас уже, наверное, танцуешь, а я пишу тебе это письмо. Вот ты обижаешься, что я вчера не написала тебе. Ну, о чем я напишу? О том, что сижу и скучаю? Ты это знаешь.

Вчера перечитывала твои письма, начиная с 25 июня 1948 года и кончая 20 января 1949 года. На это ушло у меня несколько часов, но за то какое удовольствие я получила! Передо мной проносились картины прошлого и строились планы на будущее. Долго ждала твоих звонков, хотела сначала поговорить, потом уж написать. Но, ты так и не позвонил. И я, огорченная, легла спать. Писать не захотела.

Мне показалось, что если тебе не интересно разговаривать с больной, то тебе так же не интересно получать мои письма…

Что тебя вовсе не интересует мое самочувствие, так как ты не позвонил и не справлялся о нем. Знаю, что все это преувеличено, но человеку с повышенной температурой это простительно!