Все, что произошло в отеле - Маша Трауб

– Мне двойной эспрессо, – продолжила мама.

– А мне чай травяной, Леше – капучино.

– И как я все это донесу? – поинтересовалась я.

– Галя, ты как раз вовремя, помоги Тасе с завтраком, – велела Светлана Петровна.

Бедная Галя только вошла. В руках у нее была «просрочка» из номеров. Несла она немного – пару шоколадок, пакет орешков, так что ее появление было встречено без энтузиазма.

Следующие полчаса мы с Галей бегали, выполняя заказы: еще кофе, еще чай, еще фрукты и сыр. Кашу унесите, принесите десерт. Круассаны не берите, они позавчерашние. Сосиски тоже не надо – их варили в понедельник, а уже четверг. Просто переваривают несвежие и перемешивают со свежими.

– У вас тут, между прочим, человек пропал! А во дворе есть камеры видеонаблюдения. Может, для начала посмотреть записи? – уточнила вежливо я, устав бегать за кофе-чаем.

– Камеры уже три недели не работают. Ждем специалистов, по гарантии. Дело-то дорогое, – отмахнулась старшая горничная, щедро намазывая на булку сливочное масло.

– Народ! У нас гости! Заходите! – На пороге номера появился Леша. – Вот, все в сборе, как я вам и говорил. Полный террариум змей. Хоть гремучие, хоть удавы.

– Мася! А я тебе омлет и колбасную нарезку взяла. Вот еще капучино, – ласково заворковала Настя.

– Вообще-то это я принесла, – буркнула Галя.

– Разве это не входит в ваши обязанности? – тут же встала в позу разгневанного клиента Настя и принялась за мужа: – Так, подожди, это ты меня змеей сейчас назвал? Ты что, пьяный, что ли? Утро вообще-то!

– Вы и сами не очень-то трезвая, – заметила Галя. Ей очень понравился Леша. И она никак не могла понять, как такой хороший и красивый парень мог жениться на этой дурище? Если бы еще внешность была какая-то выдающаяся. А так уже вся переколотая. Пошлая блондиночка. И ладно бы добрая. Есть ведь дуры, но добрые. Так нет же. Эта еще злобная, противная, дорвавшаяся до хорошей жизни. Хамка. Сама небось из деревни Кукуево, а ведет себя так, будто с серебряной ложкой во рту родилась.

– У вас тут как вообще с клиентами разговаривают? – завопила возмущенно Настя.

– Обычно так не разговаривают, но ситуация… сами понимаете, неоднозначная, – ответила вежливо Светлана Петровна. Если бы она умела читать Галины мысли, то полностью с ней согласилась бы. Настя – та еще штучка. Последняя жена Сережи тоже была такой – никаких мозгов, зато запросы о-го-го. Ни спасибо, ни до свидания. И все им должны.

– Так, давайте сейчас все замолчим и сосредоточимся. – Иван говорил строго. Все тут же замолчали. – Меня зовут Иван Сергеевич Отрадный. Я следователь по этому делу. Пострадавшая приходила в отделение полиции и предупреждала, что ей поступают угрозы. Подробностей не сообщила, но достаточно ясно дала понять, что угроза исходит от постояльцев и сотрудников этого отеля. У меня есть ее показания. – Иван похлопал по папке с делом.

– Как от сотрудников? Такого не может быть, – ахнула Светлана Петровна.

– От постояльцев? Она что, звезда какая-то, чтобы мы ее хотели убить? Это она нам всем угрожала! – хмыкнула Настя.

– То есть нет тела, нет дела, получается? Человек к вам пришел, сообщил об угрозах, а вы и пальцем не пошевелили? Теперь же обвиняете всех нас в убийстве! – возмутилась мама.

– Я пока никого ни в чем не обвиняю, – терпеливо ответил Иван. – И попрошу вас воздержаться от голословных обвинений в адрес полиции. Пальцем, как вы выражаетесь, мы пошевелили. Именно поэтому я здесь.

– Ванечка, я сама собиралась тебе звонить! Но трое суток еще не прошло. Она позавчера пропала. Ведь в розыск не подают, пока трое суток не прошло, да? – Светлана Петровна подошла к старшему следователю, хотела его обнять, но тот отстранился.

– Так она пропала? А это что на ковре? Кровь? – Иван аккуратно переступил пятно, осматривая номер.

– Там еще телефон ее, но он запаролен, мы его не трогали. Только Настя и Светлана Петровна, – доложилась Галя.

– А можно посмотреть, что она там написала? В этих показаниях? – вдруг заволновалась мама.

– Не положено, – отрезал Иван.

– То есть на ковре все-таки кровь? Убийство произошло в этом номере? Где мы сейчас сидим? – тихо прошептала Галя, после чего снова завопила. Она и в детстве умела кричать так, что сбегался не просто весь дом, а еще из соседних приходили. В те годы она танцевала в ансамбле народного танца и только ей доверяли вскрики «ииих» и «аааах». Хороводный шаг Галя толком не смогла освоить, но в «Калинке-малинке» и «Вот за что люблю Ивана» кричала так громко и пронзительно, что весь зал вздрагивал и те, кто решил вздремнуть, просыпались.

– Что? Что случилось? – В номер ворвались Наташа и Славик. Славик тут же наступил на вроде как кровавый след. Галя, тыча пальцем в Славика, завизжала еще сильнее. Славик замер на месте.

– Хватит! – отрезал Иван, перекрикивая визг горничной.

– Вызывали? – вежливо уточнила у Светланы Петровны администратор Наташа.

– Ага, пару часов назад, – ответила та, решив строго поговорить с Наташей после того, как все это закончится.

– Теперь, кажется, все в сборе. – Следователь Иван сверился с бумажками в своей папке.

– Толика нет, – заметила Галя.

– Толик. Официант, – кивнул Иван.

– Только его сейчас бесполезно искать. То есть искать известно где, но вызывать бесполезно, – сказала Наташа.

– И где же он? – уточнил Иван.

– Так в фургоне. Уложили мы его… Светлана Петровна, надо бы ему на несколько дней замену найти. Лицо у него… В общем, я бы не стала его выпускать в зал, – объяснила Наташа.

– Так и найди ему замену, – прикрикнула Светлана Петровна, – ты у нас администратор. И Толика ты, между прочим, привела.

– А что с ним? – уточнил Иван.

– Ну нос, кажется, сломан. Отоспится – отправим его в травмпункт. Получил красиво. Прям аккуратно, – ответил Славик. – Тот, кто бил, знал, что делает. А я чё, в крови стою? Бли-и-и-ин…

– Это не кровь, – успокоила его Светлана Петровна. – Пока экспертиза не подтвердила, это может быть что угодно. Да, Ваня?

– Да, – кивнул старший следователь.

– Не, это точно кровища, – заметил Славик, разглядывая собственные кроссовки. Что я, кровищу от кетчупа не отличу?

– Это может быть арбуз, – заметила Светлана Петровна. – Давайте не будем делать поспешных выводов.

– Ну да. Еще скажите – дыня, – хохотнул Славик. – Кровь это. Слушайте, можно я пойду отмоюсь, а?

Все это время я сидела в кресле и писала заметки в телефоне, снова став бессловесной тумбочкой. Я единственная знала, что произошло на самом деле, но мне было интересно, как поведут себя остальные. Считайте, что