Представление в Старом Риме - Мариус Форн

— А что Вы предлагаете мне? — усмехнулся в ответ Рокки, поправляя зализанные волосы, — Сдаться и молить о пощаде? Или еще хуже, сбежать поджав хвост, как последний трус? — он наклонился к Лоренцо и произнес по слогам, — Ни-ког-да!

— Ты не трус, Матиа — взмолился мужчина, — Но не выходи с ним на дуэль, а позволь нам помочь.

— Я всю свою осознанную жизнь убивал: мужчин, женщин, стариков. Мне было все равно, я был инструментом, который идеально выполнял поставленную задачу без лишних вопросов. Наносил удар в спину, заставал жертву врасплох, сражался в дуэлях и да, — положив когтистую руку на плечо взволнованного собеседника, Матиа продолжил — Я всегда выходил победителем. И если мне суждено погибнуть от рук подобного мне профессионала, то я сочту это за честь и приму смерть, как старого друга.

— Матиа, мы так давно знакомы с тобой. — тихо произнес Лоренцо, в его голосе чувствовалась безмерная грусть и безысходность. Ему было крайне тяжело смириться с решением своего старого знакомого, — Если ты так хочешь Матиа, то я не буду более тебя уговаривать, но знай одно, все мы на твоей стороне, держи это в голове. — мужчина поправил темно-синий пиджак, поклонился и направился к выходу.

— Я прекрасно это знаю, и благодарен за это. — прошептал Рокки, не надеясь, что его услышит уходящий Лоренцо, — С нетерпением буду ждать встречи с «коллегой»…

Время клонилось к полуночи, улицы опустели, и ночь уже полностью захватила все уголки Старого и Нового Рима. Бульвар Карнаро стал напоминать заброшенную кладбищенскую тропу: множественные ветки низких деревьев в темноте будто превратились в костлявые руки, готовые поглотить любого, кто приблизиться к ним. Невысокие дома, расположенные по правую сторону бульвара, мрачно смотрели пустыми окнами в непроглядную темноту ночи, вызывая отвращение и желание поскорее убежать куда-то далеко-далеко отсюда. Заброшенное помещение старого цирка в темноте выглядит еще более устрашающе и мрачнее, нежели при дневном свете: большая дверь, служившая входом, выглядела как покореженная от гнева пасть чудовища, а круглые ручки служили ему очами.

На крыше одной из построек, которая ранее служила техническим помещением появилась темная фигура, которая плавно и легко перемещалась в сторону основного здания цирка. В тусклом свете луны можно было лишь различить две извивающиеся фигуры, идущие от головного убора, которые напоминали змей, танцующих в безумном экстазе. Подобно тени, фигура скользнула вниз с крыши и быстро скрылась за стеной бывшей гардеробной заброшенного цирка. «Тень» исчезла, будто ее никогда и не было: ни звука, ни шороха — абсолютная тишина.

Матиа Рокки спокойно сидел в своем кресле и читал небольшую книгу, его вдумчивый взгляд скользил по строкам. Холодные плитки отражали тусклый свет, который освещал лишь часть помещения — дальние углы комнаты и дверь были покрыты мраком. Перелистывая очередную страницу, Рокки широко улыбнулся и произнес, обращаясь в дальний угол комнаты, расположенный рядом с входом:

— Похвально, похвально, меня очень радует ваша подготовка и навыки, — положив книгу на колени, он потер руки и похлопал, раздавшиеся аплодисменты гулким эхом разнеслись по помещению.

Ответом послужила лишь гробовая тишина, которая будто навалилась на комнату. Матиа встал и положил книгу на стол, затем поклонился и проговорил уже громче:

— Что же вы так скромничаете, не переживайте — я не кусаюсь! — улыбнулся он, обнажая свои «прелестные зубы». — Буду рад, если вы выйдите на свет, и мы поговорим.

Раздались негромкие шаги и из темноты показались темно-фиолетовые туфли, затем показались рука, сжимающая короткий нож с длинной рукояткой, и наконец, на свет вышла девушка, в старом клоунском костюме — великолепный атлас, приталенный силуэт, насыщенный темно-фиолетовый цвет и черно-белые вставки. На шее красовались большие бусы, а белый воротник покрывал золотистый узор. Огненно-рыжие волосы, служившие, скорее всего, париком, а также головной убор — классическая шапка, но «украшенная» головами змей, которые шипели и смотрели прямо на свою жертву. Но апогеем образа служили ядовито-зеленые глаза, которые буквально прожигали того, кто попадал в их поле зрения.

— О, так у меня в гостях дама! — воскликнул с удивлением Матиа Рокки и сняв шляпу повторно поклонился, уже более низко и плавно, — Для меня будет честью принять столь очаровательную гостью в моей скромной обители. — он развел когтистые руки в сторону, затем поправил пиджак и надел шляпу на голову, — Вы же не против того, что я не снимаю маску?

— Я пришла сюда не говорить. — раздался зловещий голос девушки.

— Это очень грустно и обидно, мне хотелось бы задать вам так много вопросов, относительно гибели моих старых знакомых, но видя ваше плохое настроение оставлю вопросы на будущее.

— Никакого будущего у тебя не будет — выродок, — прошипела Бьянка.

— Как грубо с вашей стороны, видимо мама не учила вас манерам. — еще шире улыбнулся Матиа, обнажая полный ряд острейших зубов, подобно акуле, готовившейся разорвать жертву.

— Не смей говорить о моей матери ублюдок! — прорычала девушка и остановилась в нескольких шагах от мужчины, — Ты и твои дружки — вы с полна ответите за все, что сделали с моей семьей.

— Так вас никто не нанимал… — воскликнул Рокки, наклонив голову слегка набок, — Месть, за маму… Фантони. — протянул наемный убийца, в его голосе чувствовалось нотка удивления, судя по всему он никак не ожидал увидеть дочку Вивиан.

— Не смей произносить вслух мою фамилию — ты не имеешь на это никакого права! — разъяренно закричала клоунесса, а змеи на ее шапке яростно зашипели, начав раскачиваться в бешеном ритме.

— Тогда все действительно встает на свои места, — сказал Матиа таким тоном, будто нашел решение давней загадке, которая не давала ему покоя, — Бьянка Адзурра Фантони! Вообще я не думал, что когда-либо увижу вас снова — почти пятнадцать лет миновало с тех событий.

— Ты знаешь меня? — не скрывая удивления спросила Бьянка, ей на минуту стало любопытно, какие подробности о ее семье известны Матиа.

— Я прекрасно знаю всю твою семью, — Матиа начал