Аукцион - Макс Каменски

В пролете между вторым и третьим этажом стояло несколько молодых людей с девушками. Они активно курили и распивали спиртное. Среди смеха и бессвязных фраз, больше похожих на флирт, Алексей разобрал что-то о будущем Города и Главе. В общем и целом все представлялось в негативе. Когда Алексей протискивался между ними и перилами, разгоряченные алкоголем молодые мужчины одарили гостя не самыми дружелюбными взглядами. Дверь в квартиру была открыта.

В коридоре стояла девушка с парнем – последний прислонил ее к стене и активно целовал в губы. Интересно, это точно политическое собрание или оргия? Впрочем, еще не совсем понятно, что Костя вкладывал в каждое из этих понятий.

Пока Леша снимал обувь, мимо него из комнаты в комнату прошло несколько человек. Никто даже не обратил внимания на вновь пришедшего. Не вышел встретить и хозяин. Зато куда-то дальше по коридору пробежала девушка, звонко смеясь, а за ней парень с хищным взглядом и без брюк. Все интереснее и интереснее.

Алексей быстро нашел место сбора – вторая комната направо от входа. Оттуда несся основной звуковой фон разыгравшегося действа.

Стоило переступить порог, как в нос ударили запахи пота и алкоголя. Сидевшие кружком люди активно потребляли пиво, кто-то вино, и жарко спорили. Естественно, большинство из них взмокло от духоты и усердия. Более менее сохраняли вид только девушки, хотя некоторые вели себя весьма вызывающе, без тени такта расставив ноги и активно жестикулируя руками. Каждый пытался донести какую-то мысль.

На зашедшего в комнату Алексея никто не обратил внимания – уж слишком высокий градус был у дискуссии.

Костю Леша сразу не заметил – несмотря на права хозяина, он сидел в общей массе, почти не выделяясь, и молчал. А вот речь держало несколько неизвестных Алексею человек. При этом один из них очень смахивал на вышибалу из клуба. Одетый в спортивный костюм с банкой пива «Степан Пролетарий» в руке, он с яростью нападал на щуплого парнишку в коричневом костюме и большими очками с темной оправой. Естественно с модной стрижкой и выщипанными бровями.

– Я вот у тебя спрашиваю, интеллигенция, что стоит твоя Родина? – говорил здоровяк, махая огромной ручищей. Его визави постоянно следил за ее перемещениями, очевидно опасаясь ненароком попасть под тяжелый взмах. Тогда бы парнишку в пиджачке уже не собрали бы. – Почем фунт крови моей и моих близких? А? Ты можешь ответить, интеллигенция?!

В поддержку здоровяка раздались бессвязные крики.

– Не понимаю, причем здесь это. Какие ваши аргументы? – залепетал оппонент, но тут же был перебит:

– Да все ты понимаешь, интеллигенция. Просто не можешь сказать всю правду. О Родине говоришь тут, ни разу не примерив солдатского сапога, не отнюхав сортиры в казарме, ни холодной земли в окопах… Кто ты? Хотя бы что ты? Всю жизнь отсидев в теплой квартире, наблюдая жизнь по телевизору. Откуда ты знаешь, что такое Родина? О какой свободе ты говоришь, интеллигенция?

– Я здесь родился! И жил! И среди дворов гулял. И учился с утра до ночи! – вдруг взвился парниша в пидажчке. – И пускай не топтал окраины Города в сапогах, я работал со школы и зарабатывал себе на хлеб! И знаю, что такое труд, тяжелый труд, пускай и обделила меня природа природной статью. А что делал ты? Служил значит, а что потом? Пил пиво с дружками во дворе и не давал прохода студенткам?

– Так вот ты как заговорил? – вспыхнул здоровяк и вскочил на ноги. – Ты решил теперь на личности перейти? Так давай я сейчас по твоей личности… – громадный парень затряс кулаком, и у оппонента отхлынула кровь от лица.

– Тише, тише, Егор! – вступил все же в дело Костя. Он подошел к вышибале, покровительственно положил руку ему на плечо, попросил сесть. – Никто никого не хотел обидеть. Просто вы не хотите услышать друг друга. Каждый из нас живет в этом Городе и с разных сторон видит нашу действительность.

– Действительность, разные стороны, – забурчал здоровяк, усаживаясь обратно. – Интеллигенция! Жрете сидите, что народ растит и строит.

– А что ты растишь и строишь? – последовал вопрос из зала. Алексей не заметил того, кто сказал.

Вышибала было вскинулся, рыская взглядом среди окружающих, ища спросившего, но, не увидев цели, смутился.

– Я сейчас в отпуске, – пробормотал он.

Тут же послышалось несколько смешков. Здоровяк вскочил, швырнул банку (к счастью пустую) в ближайших слушателей и вылетел прочь из комнаты. От летевшего снаряда участники дискуссии ловко увернулись и жестянка хлопнулась о стенку, разбрызгав не самые дешевые обои остатками пива. Костя только недовольно поджал губы.

– А вот интересно, кстати, к вопросу о взаимопонимании слоев населения нашего Города… – завел неожиданно тему неизвестно как затесавшийся среди молодых старичок в льняном костюме с козьей бородкой и кустистыми седыми бровями.

– Давайте опустим эту тему, Антон Геннадьевич, – поморщился Костя. – Уж слишком необъятна и широка она, чересчур научная что ли. Вернемся лучше к вопросу о проблемах законодательства. Я вот вижу, подошел наш практикующий юрист, Алексей. Да, вот этот скромный молодой человек у входа. Думаю, он сможет поддержать наш разговор. Вот Абрам Ано ранее начал говорить о неконституционности большинства наших законов, явно работающих против Родины и ее интересов…

– Да, а именно в части государственного управления и регулирования экономики, – продолжил зачин Кости парниша в пиджачке. Видимо, его и звали Абрам. Ано.

– Так, а в чем суть то? – послышался вопрос из зала.

– Ну, например, взять тот же запрет бутылок! Разве это конституционно? – всплеснул руками Абрам.

– А что, в Конституции есть что-то о бутылках? – последовал смешок кого-то из зрителей.

– Знамо есть, – рассмеялся старичок. – Никто не отменял свободы собраний!

Комната громыхнула смехом, и в воздух поднялись кружки с банками со звонкими тостами «за нас», «за встречу»! Хохотали молодые люди. Девушки кокетливо смеялись, в воздух чепчики… Нет, полетела только шляпа. Кажется, ее подбросил удачно пошутивший старик с козьей бородкой.

– Нет, если шутки в сторону, – продолжил Абрам. В отличие от других, он не смеялся, – то такие меры идут в разрез с принципами рынка и свободной торговли, защитой права собственности и правом беспрепятственного использования своих способностей к предпринимательству и труду. Ну, где это видано, чтобы в цивилизованных странах запрещали бутылки, борясь с алкоголизмом?

– Действительно, с ним бороться надо потреблением! – снова пошутил старичок, сорвав очередную порцию смеха.

– Ну отчего же потреблением! Можно обложить алкогольное