Театр тающих теней. Конец эпохи - Елена Ивановна Афанасьева

Отставка правительства Сулькевича.

16 ноября

Писала. Два стихотворения. Не довольна. Дурно.

Были с мужем. Осторожно. Оказаться в положении теперь более чем не к месту. Но волнение остается. Придется считать дни до…

Правительство кадетов – С.С. Крым. Председатель как полуостров. Старший Набоков – министр юстиции. Другой кадет Н.Н. Богданов – министр внутренних дел. Задача – создание образцового демократического управления в Крыму. Мать и муж горячо поддерживают.

26 ноября 1918

Не беременна, что большое облегчение. И всё же нужно быть осторожнее с мужем, чтобы так не волноваться.

Эскадра из 22 судов – англ., фр., итал., греч. – в Севастопольской бухте. Мать, муж и старшие девочки уехали встречать на пристани. Краевое правительство принял на флагмане адмирал Колтроп.

Вечером у нас в имении прием! С.С. Крым. Набоковы. Константиниди без матери – у Аглаи Сергеевны простуда. Анна Ян-Рубан, племянница Петрункевича, певица, с мужем Владимиром Полем, пианистом и композитором. Еще из правительства, всех не упомнила.

Набокову-ст. и Богданову дали «государственные квартиры, в Симферополе, правительство заседает там. Но Елена Ивановна и дети переезжать не желают.

Савва и Володя Набоков-мл. снова о бабочках. Володя получил наследство от дяди, говорит о лепидоптерологической экспедиции в Среднюю Азию с Георгием Ефимовичем Грум-Гржимайло. Савва завидует – у него наследства и средств на экспедицию нет, а ДмДм и мать, зная его рассеянность, денег на столь опасное путешествие не дадут.

9 декабря 1918

Маше торт «Наполеон» от Бове к дню рождения. Спрашивает, зачем тортику коробка. Сама отвечает: «Чтобы тортик не замерз». Оля: «Если мы французов победили, почему торт “Наполеон”?!»

Пока ездили с ДмДм за тортом и подарками Маше в Ялту, видели корабли союзников – английский «Senator» и французский «Dehorter». Зимняя Ялта странна – поручни и трапы лодочной пристани в Александровском сквере все в наледи и сосули как челюсти акулы с картинок в энциклопедии. Или как гигантские пилы. ДмДм снова укоряет меня за слишком бурную фантазию: «Нет бы сказать, рождественские гирлянды, а ты “челюсти”, “пилы”!»

Оба судна в центре внимания публики, с интересом рассматривающей долгожданных союзников. Сами союзники английские и французские моряки, в свою очередь облепили перила или поручни, как там у них на кораблях называется, и с любопытством изучали нас, русских. Вечером все главные кафе забиты ялтинской публикой и иностранными матросами и офицерами. Их угощают как друзей и освободителей, так как уверены теперь, что скоро будет finish большевикам. Повсюду веселье. Радость необыкновенная.

Говорят, создана комиссия по исчислению убытков, причиненных в Крыму частным лицам и казне германскими властями во время оккупации.

ДмДм пригласили писать в «Ялтинский вестник». Воодушевлен.

28 января 1919

Первые крокусы. Желтые. Кажется, пришла весна, тогда как в Петрограде зима еще на много месяцев, а весну не стоит ждать раньше мая.

Оля – простуда. Отселили в отдельную комнату, чтобы не заразила младших.

Мать негодует, что союзники – французы и греки – от участия в боях с большевиками отклоняются. Опасаются покраснения своих войск. Большевизм считают внутренним делом России. Говорит, им мало, что Севастополь снова бурлит. Недовольны присутствием кораблей интервентов.

Мать в возмущении. «Нужно объединение всех сил. А союзники озабочены только собственным престижем. И ведут себя как победители на территории государства, заключившего сепаратный мир и проигравшей войну, следовательно, они де имеют право нам указывать, как поступать. Деникин так и не понимает истинной демократической физиономии нашего правительства, а значит, в борьбе с большевиками не понимает его не военного, а общественного значения!»

2 марта 1919

Мать ругает, что никак не могу отнять Ирочку от груди. Молока уже мало. Кормлю раз в день перед сном.

«Хлебная монополия» на полуострове. 3/4 фунта хлеба в день на человека. Рис и кофе при помощи американцев возят, представьте себе – из Владивостока! Мать волнуется, что изымут и ее запасы в верхних селах, и не хватит на посев. Говорит, часть урожая «зеленые банды» разграбили. Семён семена на посев смог укрыть, что отрадно.

Набоков-ст. рассказывает матери, что в Ялте убиты два еврея. Как министр юстиции он инициировал расследование против виновных офицеров, но тех перевели на Кавказ, куда не распространяется юрисдикция Крымского правительства.

4 февраля 1919

Гувернантка-англичанка попросила расчет. Уверяет, как любит девочек, как нас всех ценит, и обязательно вернется «как всё утихнет». А пока ей дают место на корабле, она устала и должна плыть домой в Британию, находится в «варварской России» больше не может.

В Ялте тиф. И не только в Ялте.

3 марта 1919

Занятия с Олей арифметикой взял на себя Савва. Объясняет путанно. Но Олюшка его как-то понимает. ДмДм с девочками из истории и географии. Я чтение и письмо. Языками – все вместе. Пока без гувернантки справляемся, новую теперь не найти.

В Ялте убит московский миллионер Титов. На требование офицеров о пожертвовании ответил: «Хулиганам я не подаю!», и был застрелен. Там же в Ялте на глазах семьи убили фабриканта Гужона. Набоков-ст. настаивал на следствии. Но дело замяли.

Кто теперь миллионеров и фабрикантов убивает, когда нет красных? Говорят, офицеры. Совсем непонятно. Приезжала Константиниди-мать, привезла слухи, что действует отряд полковника Гершельмана. Неужели офицер русской армии может делать такое?

16 марта 1919

У ДмДм не приняли статью в «Ялтинский вестник». Ссылались на введение цензуры. Что такое запрещенное цензурой он мог написать?!

Привез газету с постановлением: «В случае появления в органах периодической печати статей или сообщений, возбуждающих население против Правительства или призывающих к неповиновению распоряжениям законной власти, – приостанавливать период. издания, в коих помещены означенные статьи или сообщения, на срок до одного месяца с тем, чтобы соответствующие распоряжения немедленно предоставлялись на утверждение Совета Министров».

ДмДм в недоумении, говорит, что правительство превратилось в придаток при Добровольческой армии. Мать защищает правительство и Богданова с Набоковым.

28 марта 1919

Правительство запретило вывоз продовольствия из Крыма без особого разрешения. Мать звонит Богданову и Набокову, требуя ускорить выдачу ей разрешения на вывоз хлеба «в зерне и муке», она де зарабатывает на продаже хлеба, а здесь его покупать в таких объемах некому, «нет обеспечения денежной массы». Как мать может такими скучными вещами заниматься, да еще и так страстно?!

Деньги стали непонятными. ДмДм за последнюю статью в «Ялтинском вестнике» получил 6 тысяч рублей – невиданная сумма по прежним временам. Но теперь на нее даже ботинки девочкам не купить.

3 апреля 1919

Слухи, что красные прорвали оборону на Перекопе.