Правдивая история Лилли Стьюбек - Джеймс Олдридж

— Никакого, — согласилась мисс Дэлглиш. — Лилли не позволила мне сообщить о причине нашего торжества заранее, но я настояла, чтобы она объявила об этом здесь, за столом.

Мы пожелали имениннице много-много счастья, но Лилли не поблагодарила нас — она сидела молча, не отрывая глаз от тарелки.

— Лилли не хотела справлять день рождения, — добавила мисс Дэлглиш, и снова у меня возникла мысль, будто она защищается, а Лилли, не вымолвившая ни слова, нападает на нее.

Я словно услышал отголоски бесконечных, запутанных, тщательно скрываемых споров, и меня интересовало, касались ли они будущего Лилли. Думая об этом и наблюдая за пожилой леди и ее воспитанницей, я в конце концов решил, что Лилли мечтает поступить в университет, а мисс Дэлглиш ее туда не пускает. У меня уже не оставалось в этом сомнений, и я догадался, что имела в виду Дороти, когда говорила о секретах подруги и о своем желании поддержать ее. Конечно, она поддерживала стремление Лилли поступить в университет, в этом я вместе с Дороти был полностью на стороне младшей Стьюбек. Но, только прочтя записи Лилли в черной тетради, я обнаружил, что наоборот — мисс Дэлглиш собиралась послать воспитанницу в университет, а та не хотела уезжать в Мельбурн, и мне кажется вполне естественным, что Лилли стремилась сама решить свою судьбу — с одними предложениями пожилой леди соглашалась, а другие отвергала напрочь.

— Очень вкусный торт, — нарушил я тягостное молчание.

— Я передам это миссис Питерс. Она будет рада, — откликнулась мисс Дэлглиш. — Лилли, наполни, пожалуйста, чайник и подай гостям чистые чашки.

Девушка повиновалась; напрасно я думал, что она обиделась на свою покровительницу, лицо Лилли оставалось спокойным — очередная загадка для меня. Всегда ожидаешь от нее одного, а она поступает по-иному.

— Я принесу тебе подарок завтра, — пообещала Дороти.

— Нет, ни в коем случае, — отрезала Лилли. — Мне ничего не нужно.

— Но это же невежливо, — возразила Дороти.

— При чем тут вежливость, — ответила именинница. — Давай не будем больше об этом говорить.

Мы посмеялись над кое-кем из знакомых, поговорили о последнем пожаре, пока не пришло время прощаться.

— Лилли, принеси корзину для Кита и цветы для Дороти, — приказала мисс Дэлглиш.

Лилли сходила на кухню и вернулась с корзиной фруктов и пышным букетом хризантем. Она протянула мне фрукты (точно такие же зрели в нашем саду), а цветы отдала подруге.

— Спасибо, что навестили нас, — проговорила мисс Дэлглиш. — Надеюсь, скоро вы придете к нам опять.

Мы поблагодарили хозяйку дома; Тилли принялся лаять, почуяв, что гости собираются уходить.

Лилли решила взять его с собой и сказала об этом мисс Дэлглиш.

— Я провожу Дороти, — предупредила она.

— Хорошо, только захвати ключи и запри за собой ворота.

Мы вышли из особняка, Лилли заперла ворота на замок, и мне показалось, будто перед нами упал мост через глубокий ров и мост этот поднимется вновь, лишь только мы ступим с него на землю.

— Тебе понравилось у нас, Кит? — спросила Лилли, когда мы остановились, перед тем как разойтись в разные стороны.

— Все было чудесно. Честное слово, — ответил я. — Наконец-то увидел ваши статуи.

— Не говори никому о том, что я собираюсь принять постриг, ладно? — предупредила Дороти.

— Кит умеет молчать, — сказала Лилли, и я любил ее в это мгновенье.

Любил как друга. Ведь мы и были всего лишь друзьями, и слова Лилли, произнесенные в тот вечер, подтвердили, как мы доверяли друг другу.

— Спокойной ночи, Кит, — попрощались со мной девушки.

— Спокойной ночи, — ответил я и направился домой, раздумывая о Лилли.

Несомненно, ее ожидала нелегкая судьба, но всякий раз при встрече с Лилли мне казалось, что счастье вот-вот ее обласкает. Конечно, усилия пожилой леди и стремление Лилли сохранить независимость принесут благие плоды на радость им обеим.

Однако мои надежды не оправдались, ибо примерно через неделю после дня рождения Лилли в Сент-Элен возвратились Стьюбеки, и жизнь ее пошла по иному руслу, словно она оказалась не в силах поступить вопреки велению собственной совести, совести Лилли Стьюбек, оставшейся верной себе.