Бегство к себе - Галина Леонидовна Одинцова

Тонька, жадно глотая пиво и приходя в себя, похлопала по плечу Димоху:

– Остынь! На, допей! Пойдём курнём чуток, да чё-то делать надо: Алиску забрать хочет от свекрови! Совсем мать взбесилась! Дочкой грозит! А дочке плохо, что ли, с бабкой! Сынок помер, ей радость только! Мне на работу через два дня, надо в себя приходить.

Тонька выспалась, убрала квартиру. Квартира ей досталась от мужа после его смерти. А так бы и жила на улице. Или со свекровью, которая души в ней, Тоньке, не чаяла!

Приняла душ горячий и холодный! Горячий и холодный. Горячий и холодный.

Праздники закончились, туман в голове остался. После пьянки с друзьями всегда в голове туман. Раньше было легче приходить в себя. Как-то быстрее организм реагировал на положительное направление жизни. А теперь сопротивляется всё чаще и чаще. Кругом безразличие. Полное безразличие. Даже некому рассказать о состоянии своей души. Некому пожаловаться. Не с кем проплакаться и просмеяться. Одна. Совсем одна.

Тонька расплакалась. Горько и с надрывом! Но очень коротко. Так как уже надо накрасить глаза, нанести макияж, чтобы никто не заподозрил её в этом грехе – алкоголизме, в который она так рьяно и бездумно окунулась, никому не доложив и никого об этом не спросив.

Тонька набрала телефонный номер.

– Наталья Ивановна, как там Алиска? Может, вы устали и я заберу её? Скучаю же и я тоже! Как она там, рыбка моя?

– Тонечка! У нас всё хорошо! Только Алиску не забирай! Богом молю, не забирай Алиску! Как я без неё-то, доченька моя?! Кроме неё, у меня никого и не осталось! Вот пойдёт в школу – и переедем к тебе! Ты же меня не бросишь? Замуж пойдёшь – только рада буду. Сына не вернёшь. Ты была у него?

– Была, мама. Была. Снегу полно, не пройдёшь, вот растает снег, все и поедем к нему.

– Спасибо тебе, доченька! Спасибо!

Тонька бросила трубку телефона на аппарат, достала сигарету и закурила. Не хотела сегодня курить. Голова снова заболит. Опять же, не любила она запаха от курящих девок. Но… по пьянке курила сама. И сегодня не сдержалась. Разговор с бывшей свекровью всегда её выбивал из колеи. Эта добрая и замечательная женщина, любившая её больше, чем собственная мать, всегда вызывала в ней жалость и слёзы. Женщина, так и не узнавшая до конца, отчего погиб её сын. Так и не узнавшая, что есть такое дерьмо – наркотики, которые убивают даже самых воспитанных и добрых сыновей, попробовавших их по глупости. Хотя бы один раз.

Тонька сделала всё, чтобы эта женщина, деревенская и добрая до безумия, так и не узнала, что её сын стал наркоманом. Ещё до встречи с ней! Скрывал долго, мучился. Но бросить не смог. Как она боролась с этим! Как спасала его! Ничего не получились. Не смогла. Даже родившаяся дочка не спасла своего папу – удивительно доброго и порядочного человека…

– Сердце… – сказала она своей любимой свекрови.

– У нас в роду все мужчины сердечники, – плакала мама её умершего от наркотиков мужа.

Приведя себя в порядок, Антонина направилась на работу.

На работе – аврал. Товар отгружали поставщикам с опозданием, потому что были праздники. Грузили машины всем коллективом. Антонина Павловна заведовала производством на кондитерской фабрике уже несколько лет. Её уважали за честность и справедливость. Что ещё подчинённым надо от начальника?

– Антонина! Тебя к телефону! Отец!

– Матери плохо… скорая едет уже… Витюху повязали! – услышала она знакомый голос.

Тонька приехала на такси. Машина скорой помощи стояла у подъезда.

– Доченька, вот Витенька-то… а ты всё пила да гуляла… Да не присмотрела за братиком-то, повязали его, грешного. А за что? Он такой добрый был! Бизнес хороший вёл. Денег много зарабатывал, крутился…

Сказав это из последних сил, мать закрыла глаза. Врачи стали готовить носилки для госпитализации больной.

– Пить…

Тонька побежала на кухню, налила стакан воды.

– Я, девушка, не завидую вам: у вашей мамы инсульт… Готовьтесь, – старый доктор с сожалением смотрел на Тоньку. – Это может продолжаться несколько лет – парализация, сложный уход.

«Бесхребетный» отец сидел в кресле и рыдал. Он всегда был таким ведомым, привык жить по указке. А теперь – как?

Тонька медленно допивала стакан воды. Стакан такой желанной и такой горькой воды. За что?..

– Вика, ты уже дома! Как хорошо! А меня задержали у доктора. Сделали кардиограмму, что-то там не так! Представляешь?

– Роза, мы на отдыхе. А ты себя мучаешь воспоминаниями! Какое же сердце выдержит? Давай будем просто отдыхать! Купаться в море, загорать!

– Вика, пожалуйста, не отталкивай меня. Я не знаю, как мне избавиться от всех воспоминаний. Ты представляешь, я только сейчас поняла, как долго ждала тебя!

– Хорошо, давай спустимся к морю и там поговорим! Смотри, какая погода!

Мы спустились на лифте на набережную. Погода была прекрасной. Ветерок с моря смягчал дневную жару, которая постепенно растворялась и превращалась в комфортную для прогулок температуру. Какое наслаждение – любоваться безоблачным небом, слушать крики чаек, подставлять своё лицо ветру, дышать тугим йодистым воздухом, любоваться гордыми пальмами, щедро раскинувшими свои веера! Какая же красота! Ни о чём не хочется думать! Какие проблемы? Нет проблем. Есть только море, воздух, свобода…

– Вика, помнишь, я тебе рассказала о том, что получила письмо от подруги?

Я с трудом возвращалась в действительность. Именно в эти минуты мне ни о чём не хотелось говорить и думать. Но делать было нечего, пора возвращаться!

– Да, Роза, помню!

– Когда я рассказала об этом маме…

– Ну-у-у во-о-от… снова плачешь! Давай уже просто погуляем – и спать! Или пойдём на танцы! Смотри, сколько там людей!

– Ты знаешь, Вика, когда я рассказала об этом маме… ну, что отец женился? Ты думаешь, как мама это восприняла?

– Не знаю… Даже придумать не могу, как она отреагировала на это!

– Она стала рыдать! Понимаешь? Рыдать! Она так рыдала, что моё сердце чуть не разорвалось от горя. Она любила его! И сказала мне с укором: «Если бы не ты, Роза!.. Если бы не ты…»

Роза отошла в сторону, отвернулась от меня, и я заметила, как трясутся её плечи. Она рыдала. Тихо, глотая свой крик, пытаясь сдержать свои эмоции. Я подошла, обняла её за плечи, прижала к себе. Меня нисколько не удивила реакция мамы Розы. Насколько я знаю из истории отношений мужчины и женщины, в большом ходу такое умозаключение: если муж бьёт – значит любит. Но обычно русские женщины,