Случайности не случайны - Владимир Иванович Иванов

Летом на берегу реки время проходит незаметно. Вволю наплескавшись, наша троица вернулось к домику. Джозеф всё ещё сидел в своём кресле на веранде и слушал пение соловья, который прятался где-то в кроне ближайшего дерева. Вспомнился отрывок из какого-то старого вальса:

Ещё вчера для нас двоих,

Для нас двоих цвела сирень.

Цвела сирень, журчал ручей.

Журчал ручей, пел соловей.

Пел соловей в том парке, где ручей,

Для нас и для соловушки своей. …

Переодевшись, сходил на кухню и вскоре нам принесли ужин. После ужина мы с Валей пошли на танцы. «Не скучайте» – весело крикнула Валя уходя. А мне стало любопытно, как мальчик со стариком будут «не скучать» эти пару часов. Конечно, Иржи мог бы «пригласить» разнородную живность из леса поблизости. Мог бы незамеченным подкрасться к главной поляне и начать «шутить» над отдыхающими. Или даже устроить налёт на танцпол птичьих стай, чтобы сорвать танцы, чтобы Валя вернулась к нему. Но, когда я поделился своими опасениями с Валюшей, она только посмеялась надо мной: «Не суди об Иржи по себе. Он хороший мальчик!»

На «бал» остались самые стойкие. Или самые избранные. Это, как кому нравится, или с какой стороны посмотреть. Но для нас с Валей эти мелочи были не существенны. На этом празднике жизни нам не надо было «держать марку» и обозначать перед остальными свою важность. Мы просто танцевали с перерывами на шампанское и фрукты. Теперь на столах были пусть и недорогие, но стеклянные бокалы. И керамические тарелки с эмблемой «Строй-гаранта».

В десять часов Валя ушла укладывать Иржи спать. «Я обещала!». Мне же с бокалом шампанского оставалось разглядывать почтенную публику.

– Скучаете в одиночестве, Владимир Иванович? – Дубровин с супругой на правах хозяина обходил владения.

Его жена, женщина слегка за сорок, была на полголовы выше мужа и сохраняла хорошую физическую форму, чем контрастировала с давно округлившимся хозяином «Строй-гаранта». Она не посещала собрания и фуршеты после них, но всегда приезжала на «бал». Нужно было в очередной раз продемонстрировать дорогие украшения и платье от кутюр, попасть в местный глянец и, полагаю, не дать мужу совершить возможную глупость. Обилие молодых девушек и алкоголя разрушили немало репутаций, семей, компаний.

– Разве можно заскучать на этом празднике жизни, Михаил Борисович? – Шагнул им навстречу и поцеловал ручку Дубровиной. – Лилия Петровна, Вы, как всегда, бесподобны!

Она удостоила меня кивком головы. Выросшая в учительской семье и получившая педагогическое образование, Дубровина относилась ко всем не из её теперешнего круга с едва скрываемым пренебрежением.

К нам подбежала дежурящая на базе фельдшер.

– Михалборисыч, там … – она показала в сторону домиков, не в силах восстановить дыхание – … отравилась … скорая не успеет …

Но Дубровин уже семенил по указанному направлению. Его жена, сделав вид, что её это не касается, осталась стоять на месте, скрестив руки на груди, глядя перед собой в пустоту. Я быстрыми шагами отправился вслед за «Михалборисычем».

В третьем домике на кровати лежала голая девушка в рвотных массах. Прижавшись спиной к стене и обхватив голову руками, сидел мужчина. Он был в штанах и не застегнутой рубашке. С трудом узнал в нем главу областного Минстроя.

– Дышит?

– Уже нет…

– Нужен врач!

Я побежал к нашему домику. Старик по-прежнему сидел в кресле на веранде. Похоже, он дремал.

– Джо! – Выпалил я. – Нужна помощь! Человек умирает!

Спустя несколько секунд мы были в комнате третьего домика. Старик, взглянув на девушку и окружающих, взял ситуацию в свои руки:

– Ты! – указал пальцем на стоящую рядом фельдшера, – Теплой воды и чистые полотенца! Ты! – На мгновение замешкавшись, как бы подбирая слова, указал на застывшую в ужасе девушку у двери, – Бутылку водки! Две! Владимир! – Указал пальцем на меня. – Мне нужен Иржи! Срочно! Остальные, вон отсюда!

Вбежал в комнату Иржи. Мальчик лежал под одеялом с закрытыми глазами, а Валя держала его за руку и тихонько пела какую-то песню.

– Иржи! Человек умирает! Джо нужна твоя помощь. – Никогда не отличался немногословностью в стрессовых ситуациях.

Взял его на руки, чтобы не возиться с одеванием и обуванием и побежал обратно.

Дальнейшие события для меня проходили в режиме стороннего наблюдателя, несмотря на то, что я принимал в них участие. Старик постоянно жестом показывал, чтобы я полил ему на руки водой, вытер полотенцем, потом ополоснул водкой. После этого он делал какой-то жест, и в его руках опять оказывалась порция жижи со слизью, которую он сбрасывал в ведро. При этом он постоянно задавал ритм для сидящего в состоянии транса на углу кровати Иржи: «Раз, два! Раз, два!». Время от времени Джозеф замирал и делал глубокий вдох-выдох. Нереальность происходящего дополнялась телом девушки, получившим при слабом освещении комнаты синеватый оттенок.

Вдруг девушка резко согнулась, вся скрючилась и закашлялась. Старик бесцеремонно схватил её подмышки и стащил на половину с кровати лицом вниз. Девушку вырвало. Джозеф облегченно вздохнул и прекратил свои «раз, два».

– Скорая приехала? – Спросил он у фельдшера, которая всё это время стояла неподвижно в углу. Та отрицательно покачала головой. – Её вообще вызывали? Нет?

Старик вышел на веранду, где безмолвно стояло человек пять-семь. Увидав Дубровина:

– Вы её в больницу повезёте?

– Она жива? – И, справившись с удивлением, – А здесь мы не можем … э-э-э, своими силами?

Джозеф приоткрыл дверь и махнул рукой, приглашая фельдшера выйти. Когда она вышла, старик продолжил, обращаясь к Дубровину:

– Организуй! Мне нужно два набора для капельницы, раствор глюкозы, физраствор, раствор калия и магния, какие будут, пачку памперсов для взрослых. Отправляй! – Повернувшись к администратору – Зайди, помоги Владимиру помыть пациентку! Поменяй бельё и обеспечь ей покой! – Не обращая внимания на окружающих, которые ждали момента, чтобы спросить его о чем-то, старик вошел в домик.

Через минуту он вышел, держа на руках босоного Иржи. Проходя мимо Дубровина, сказал, не поворачивая головы в его сторону:

– Привезут всё, что мне надо – знаете, где меня найти. Никому в комнату не заходить!

После того, как мы с фельдшером помыли девушку (она всё это время что-то беззвучно бормотала), одели и уложили её на чистую кровать, убрали в комнате, только после этого я физически ощутил усталость.

Вышел на свежий воздух. Ни души. Со стороны танцпола доносились звуки музыки. Нет, на сегодня развлечений, пожалуй, хватит. Спать!

Джозеф сидел в кресле на веранде. Похоже, он опять дремал. Проходя мимо него, услышал: «Спасибо, Владимир, за помощь».

– Это Вам спасибо, Джозеф! – Несколько удивился. – Вы девушку спасли!

– Её спас Иржи. А я лишь