Перемещенные - Сания Биккина

– И что теперь? Ну, не успели. Ну, странные у тебя одноклассники. Ты хочешь их спасать?

– Нет, я хочу с ними быть.

Мама злится. Говорит, что позвонит папе и все обсудит. Наверное, я больше никогда не смогу попросить ее забрать меня. Но может быть, когда-нибудь я смогу поговорить с ней об этом.

Зато у нас будет фильм! И я хочу дружить с Майей. Не знаю, что из этого получится. Ну и конечно, я опять создала проблемы моим родителям. Но я не могу больше про это думать. Хочу обычной жизни. Самой обычной, банальной. Когда идешь с друзьями по улице, ешь десерты и болтаешь. И солнце светит сквозь тебя, и ты думаешь только о том, какая классная ты и какие классные у тебя друзья. И не надо быть правильной, умной и талантливой. Не надо стыдиться и чувствовать вину за все на свете. Искать награды и признание. Хочу узнать себя – какая я теперь. Потому что прошлой меня больше нет. А новую себя я пока не поняла.

Втыкаю телефон в розетку и сажусь поудобнее на кровати. Сегодня я начинаю монтаж! Скоро будет готова наша история про дом.

Роза

В выходные коротко созвонились с Розой. Я рассказала про фильм и изменение планов. Она прислала видео, как учится играть на фортепиано одной рукой. Говорит, что будет клавишницей в группе своих новых приятелей. Они чуть постарше, но Роза влилась в их компанию, и у нее есть классные музыкальные идеи. Весной Роза пойдет в школу как бы на второй год. Посмеялась, когда я назвала ее малолеткой – я-то школу окончу раньше.

В этот раз получилось немного поговорить и с мамой Розы. Оказывается, я очень по ней соскучилась. Она говорила мне разные приятные вещи, спрашивала про наше здоровье – мое и родителей. Передавала всем привет и приглашала обязательно их навестить. Ужасно захотелось окунуться в классную атмосферу их семьи.

С Розой мы и без созвонов теперь постоянно переписываемся, отправляем друг другу мемчики и делимся всем-всем-всем. И наконец-то обсуждаем одежду. Мой «гуманитарный» гардероб очень развеселил Розу, но она придумала мне несколько классных луков.

11. Все получилось

Прошло две недели с моего несостоявшегося отъезда. Мама пока не может со мной созвониться и обсудить все, у нее «завал на проекте». А папа прямо повеселел, когда я сказала, что никуда не еду. Нам стало легче общаться. Анна как будто особо не пыталась дружить, но и не избегала меня. Мы даже пару раз ели вчетвером в столовой – с ней и Амирой. Но большую часть времени я занималась школьными делами.

Ева еще раз позвала нас с Майей в гости. Я приходила время от времени посидеть на крыше контейнера в порту. Чаще сидела одна, иногда приходил Мирик. Мы досняли историю Леона – и это был неожиданный поворот, но об этом позже. Обсуждали идеи для монтажа. Оказалось, у всех свои мысли и интерпретации, и порой очень неплохие. Торопиться было уже ни к чему, так что процесс оказался важнее, чем результат. Я вообще научилась плыть по течению.

Но впереди у меня два культурных испытания. Первое – показ нашего фильма в школе. Волнительно. Но конечно, мы всем классом предвкушаем и ждем. Второе – «праздничный концерт» в лагере для беженцев. Нет ничего унылее, чем эти речи чиновников, их обмен благодарственными грамотами и выступление детей с песнями и танцами. Клякса уже пару раз устраивала нам такие концерты. Обязательно звала репортера и важных гостей, чтобы все увидели, какая она молодец. Быть там надо всем.

– Не хочу ужасно на этот концерт, – говорю Рае за чаем.

– Да уж, что-то она совсем стала сумасбродная. Я чуть не послала ее, когда услышала.

– Ого! Никогда бы не подумала… А как Клякса получила эту должность? Она же ужасная!

– Тут такое дело: иногда ответственная работа достается не тем, кто хороший, а тем, кто умеет вырвать из рук то, что хочет. Наверняка в школе у вас тоже есть такие ребята. Слушай, а как ваш фильм? Все получилось?

– Да-а-а-а-а! Остались последние детальки. Получился фильм про дом. Кстати, а что для вас дом?

– Ох, детка. Боюсь, я в таком возрасте, что у меня никогда уже не будет настоящего дома. – Рая отводит глаза.

– Но у вас же был свой дом?

– О да! Я всегда мечтала о своей большой красивой квартире. Всю жизнь работала, копила, купила квартиру, потом делала там ремонт и обставляла. Я не жила – я работала на квартиру для меня и моих детей. А теперь этой квартиры нет. Нет нашего дома. И все надо начинать заново. И иногда я думаю, что зря потратила свою жизнь на это. – Рая вздыхает и трет лоб и виски.

– Как зря? Квартира же нужна!

– Ну конечно нужна. Но кроме стен важны еще люди, отношения, связи какие-то. Я могла ездить в путешествия, получать впечатления, учиться новому. А я не мечтала и не влюблялась. Всю жизнь создавала четыре стены, которых в результате больше нет. И жизнь прошла.

Мы обе молчим. Невозможно подобрать слова для Раи. И чтобы не говорить про нее, я говорю про себя.

– Я тоже думала, что все разрушено. И еще что больше нельзя радоваться жизни, раз у меня забрали все ценное. Я даже в какой-то момент решила, что вообще не буду ничему радоваться.

– Ох, детка. – Теперь, кажется, Рая не знает, что сказать. – Зря, наверное, мы об этом стали говорить.

– Но вот сейчас я думаю, что я могу радоваться. И что начать надо прямо сегодня.

– О да! Это очень мудро. В конце концов, мы живы. У нас и лагерь неплохой, на природе, в зданиях, не в палатках. И хорошая компания. – Рая подмигивает, пытается меня подбодрить. – Все для жизни нам выдали, жаловаться не на что. Ну и мы же правда пытаемся начать новую жизнь. И теперь мы как будто больше про нее знаем. Что-то даже к лучшему.

– Еще бы не Клякса. – возвращаюсь к тому, с чего начали.

– Да уж. Вот бы от нее избавиться и найти нам другого директора. – Глаза у Раи вдруг заблестели то ли от злости, то ли от азарта. Никогда ее такой не