Эротические истории пенджабских вдов - Бали Каур Джасвал

— Да, да! О, какое блаженство.

Вспомнив, что занимается любовью с чужой женой, Рамеш поднял глаза.

— Давай, Нина, — ухмыльнулась Олив. — Чего уж там, попробуй всё и сразу.

— А ее муж смотрит. И получает от этого удовольствие.

Посыльный встретился взглядом с Кирпалом, сидевшим в кресле в углу номера. Крепко сжав свое мужское достоинство, тот наблюдал, как его жена стонет от необузданного желания, когда Рамеш плавно входит и выходит из нее.

— А другие истории такие же неприличные? — поинтересовалась Олив.

— В общем, да.

— Грязные распутницы! Кто это читает кроме тебя и вдов?

— Пока никто, — ответила Никки. — Но только пока. Думаю, как только у нас наберется достаточное количество рассказов, мы можем попытаться их издать.

— Хм, ну не знаю. Слишком уж интимные сюжеты. Одно дело, когда вдовы делятся ими с тобой, и совсем другое — обнародовать их.

— Эти женщины оказались гораздо смелее, чем я думала, — возразила Никки. — Вполне могу представить, как Арвиндер выступает на митинге «Британских воительниц». А Притам выразительно декламирует.

Олив наклонила голову и улыбнулась. Никки был хорошо знаком этот взгляд, словно говоривший: «Ты опережаешь события». Правда, чаще доводилось видеть его у Минди.

— Начало ведь уже положено, — сдаваясь, пробормотала девушка.

С кухни донесся чей-то вскрик. Никки распахнула дверь и увидела, как Сэм прыгает на месте, сжимая правой рукой пальцы левой.

— Что случилось?

— Ошпарился кипятком. У посудомоечной машины сломался звуковой индикатор.

Подошла Саня и, отвернувшись, приоткрыла дверцу посудомоечной машины. Изнутри вырвалось сердитое облачко пара. Барменша стала осторожно вытаскивать тарелки и составлять их стопкой на стол. Сэм пробормотал что-то себе под нос и вышел из кухни. Никки последовала было за ним, но, услышав смешки кухонных работников, остановилась. Ни к чему проверять, как там Сэм. Он и без нее не пропадет. Никки вернулась за стойку.

— Идиоты! — пробормотала она.

— Кто? — спросила Олив.

— Да те парни из кухни.

— Не позволяй им себя доставать. Они просто завидуют, — напомнила подруга.

— Наверняка, — ответила Никки. — Но иногда я понимаю, откуда они это взяли: Сэм нанял меня без всякого опыта. Подозрительно, правда?

Олив пожала плечами.

— Он увидел в тебе потенциал. А может, ты ему и впрямь приглянулась, но ведь он попытался пригласить тебя на свидание лишь спустя пару лет после того, как ты начала здесь работать, и ты ему отказала. С тех пор он не стал относиться к тебе иначе.

— Вообще-то стал. Раньше я могла запросто болтать и шутить с ним, но теперь мне неловко. Это все Гарри с Виктором виноваты.

Втайне Никки винила и себя. Зачем надо было делать Сэму комплименты?

— Тогда скажи им это, — велела Олив. — Давай. Поставь их на место.

Несмотря на всё свое возмущение, Никки поежилась от мысли о столкновении с этими русскими. Боялась услышать в ответ: «На воре шапка горит». Боялась, что не сможет убедить их, что они ошибаются.

— Не так уж это и важно. Я могу просто игнорировать этих олухов, — сказала Никки.

Олив подняла бровь, но ничего не сказала. Дверь паба распахнулась, и на пороге появился молодой человек. Никки не успела скрыть свою радость. Когда Джейсон направился к бару, Олив проследила за ее взглядом.

— Это еще кто?

— Парень, с которым я познакомилась на днях, — пробормотала Никки, растягивая губы в улыбке. И тут же нашла себе дело, принявшись вытирать блестящую стойку. — О, привет! — небрежно бросила она, когда Джейсон приблизился.

— Паб «О’Райлис», — проговорил он. — Всего их семнадцать. Это моя четвертая попытка.

— Я ведь сказала: в Шепердс-Буше, разве нет?

Парень задумался.

— Видно, я пропустил это мимо ушей.

— Она не дала тебе адрес? — спросила Олив. — Кстати, меня зовут Олив. Я фрейлина Никки.

— Приятно познакомиться, — ответил Джейсон. — Мне ужасно неловко, но, прежде чем что-нибудь заказать, я должен срочно посетить туалет.

Никки показала, куда идти.

— Он симпатичный, — заметила Олив, как только Джейсон оказался вне пределов слышимости.

— Думаешь? Не знаю, — ответила Никки.

— Да ладно! Я видела выражение твоего лица, когда он вошел. Как вы познакомились?

— Прикинь, не где-нибудь, а в храме! Мы оба курим в одном и том же закоулке. Я не успела спросить его, что он вообще там забыл.

— Может, молился?

— Храм — это скорее огромный клуб. Туда заходят, чтобы быстренько отметиться, а потом отправляются с друзьями в столовую, чтобы поесть бесплатной еды и вволю посудачить. Для большинства молодежи это едва ли священное место.

— Так, может, он и встречался с друзьями?

— А вот это проблема. Я не хожу на свидания с парнями, которые тусуются в храме. Понимаешь, ведь мы живем в таком огромном городе, весь мир у наших ног, а они день-деньской торчат в гурдваре!

Олив выразительно посмотрела на подругу.

— Опять ты за свое!

— Что?

— Ты слишком критична. Дай человеку шанс. Чтобы найти тебя, он таскался по всем пабам «О’Райлис». Разве не круто?

— Может, даже чересчур.

— Никки!.. — вздохнула Олив.

— Ладно. Я немного сопротивляюсь внутри. Не знаю почему.

— У меня есть теория.

— Только не говори, что у меня неизжитые претензии к отцу, — предупредила Никки. — Ты уже выдвигала эту версию, но лишь заставила меня чувствовать себя дерьмом.

— Претензии у тебя не к отцу, а к матери. Джейсон — именно тот парень, которого бы выбрала для тебя твоя мама. Славный пенджабский юноша.

Олив с хитрецой ухмыльнулась.

— О боже, Олив! А вдруг он ходил в тот день в храм, чтобы просмотреть брачные объявления? — испугалась Никки. — И увидел анкету Минди? Это… это же почти инцест!

Олив шикнула на нее, потому что к бару уже подходил Джейсон. Воцарилось неловкое молчание. На весь паб прогремел голос ведущего викторины:

— Второй по численности населения город Мексики? Вопрос на три очка: второй по численности населения город Мексики?

— Гвадалахара, — сказал Джейсон и обратился к Никки: — Можно мне кружку «Гиннесса»?

— О, разумеется, — ответила Никки и взялась за дело, попутно заметив, что ее подруга внимательно изучает Джейсона.

— Джейсон, можно задать тебе вопрос, чтобы кое-что прояснить? — спросила Олив.

— Конечно.

— Для чего ты ходил в храм в тот день, когда познакомился с Никки?

Никки оцепенела, сжав в руке бокал с пивом.

— Олив!

— Давай закроем гештальт, ладно? И я от вас отстану.

— Ты должен извинить мою подругу… — начала Никки, но Олив предостерегающе подняла руку.

— Пусть говорит мужчина, — велела она.

Джейсон откашлялся.

— Я ходил туда, чтобы воздать благодарность.

— В самом деле? — спросила Никки.

Джейсон кивнул.

— Пару лет