Траектории СПИДа. Книга первая. Настенька - Евгений Николаевич Бузни

Дело в том, что наши советские учёные сотрудники института химической физики Зельдович и Харитонов ещё в тридцать девятом и сороковых годах провели расчёты по разветвлённой цепной реакции деления урана как регулируемой управляемой системы. Уже тогда ими предлагалось использовать тяжёлую воду и углерод в качестве замедлителей нейтронов.

Над этой же темой успешно работали в довоенное время Флёров, Русинов, Петржак. Их исследованиями были фактически установлены условия возникновения ядерного взрыва. Поэтому директор института химической физики Семёнов в тысяча девятьсот сороковом году вышел с предложением создания ядерного оружия. Но Наркомат не дал на это своё добро.

Через два года, когда немцы ещё чувствовали себя уверенно на захваченных советских территориях и не потеряли надежду на победу, сотрудник лаборатории ядерной физики Курчатова академик Флёров направил письмо лично Сталину с предложением создания ядерного оружия. Но ответа не получил.

О, если бы случилось в истории так, что на нашу страну, а не на Японию сбросили бы атомную бомбу, то за это молчание Сталина, за его отказ производить смертоносное оружие невероятной разрушительной силы ему воздалось бы от сегодняшних журналистов в сотни раз больше, чем за ГУЛАГ. Но никто не публикует материалы о том, почему Сталин не хотел делать первым ядерное оружие. Таков, к сожалению, характер конъюнктурной прессы, стремящейся часто не столько к отражению правды, сколько к сенсационности на момент публикации. Когда придёт время сенсационности настоящей правды, вспомнят и этот эпизод о Сталине.

Между тем, в Соединённых Штатах Америки физик Сцилард в тридцать девятом году уговаривает знаменитого к тому времени физика Эйнштейна написать письмо президенту Рузвельту по тому же вопросу, и американский президент без долгих колебаний принимает решение по организации работ в этом направлении.

Созданием ядерного оружия занимаются в то же время и в Вели-кобритании. Там работы ведутся немецкими физиками, сбежавшими от лап нацизма. Один из них, коммунист, Клаус Фукс передаёт сведения об этом советской разведке, которая немедленно докладывает новость Сталину. И только тогда по рекомендации академика Иоффе в Ставку был вызван Игорь Васильевич Курчатов и Сталин дал ему лично команду делать атомную бомбу, для чего появляется специальный научно-технический центр по созданию ядерного оружия.

По воспоминаниям Курчатова Сталин тогда сказал:

– Атомная бомба должна быть сделана, во что бы то ни стало.

А когда в тысяча девятьсот сорок девятом году двадцать девятого августа был произведён первый в Советском Союзе взрыв атомной бомбы, то позже при вручении наград отличившимся учёным Сталин заметил весьма прозорливо:

– Если бы опоздали на один-полтора года с атомной бомбой, то, наверное, "попробовали" бы её на себе.

Возможно, Сталин уже тогда знал об американской карте территории Советского Союза, где были отмечены наиболее крупные города и промышленные центры для предполагавшейся атомной бомбардировки.

Андрей Сахаров оказался в числе тех, кто противостоял в то время американской агрессии. Окончив Московский государственный университет в тысяча девятьсот сорок втором году, через три года он начинает работать в физическом институте Академии наук СССР и публикует первые свои статьи, не связанные впрямую с будущим ядерным оружием, но будучи к нему на подходе. Его интересуют проблемы генерации жёсткой компоненты космических лучей, взаимодействие электронов с позитронами, плазма газового разряда.

В это время в Америке венгерский эмигрант Эдвард Теллер разра-батывает свою идею водородной бомбы и в сорок шестом году считает, что доказал возможность её создания. Сведения эти опять же через Клауса Фукса попадают в Советский Союз. Через четыре года Фукса разоблачают, арестовывают и после суда в Лондоне сажают в тюрьму на четырнадцать лет.

В том же году математики Уламс и Эверетт доказывают, что схема водородной бомбы Теллера практически непригодна и его путь исследований ошибочен.

А в Советском Союзе, тоже уже зная об этом, над созданием бомбы под руководством академика Тамма с полной силой работает молодой талантливый учёный Андрей Сахаров. Он и явился автором первого ядерного заряда, испытанного в тысяча девятьсот пятьдесят третьем году, на один год раньше американцев. Ещё через два года в Советском Союзе испытали другой заряд мощностью в миллион тонн тротила, основанном на принципиально новых физических идеях. Одним из авторов его был опять-таки Сахаров.

Сегодня родились новые идеи и новые заряды мощнее прежних в десятки раз, как у нас, так и у американцев. Венный паритет не позволяет ни одной стороне воспользоваться преимуществом и напасть на другую, ибо каждая понимает, что не только сама не останется безнаказанной, но и весь мир, весь земной шар погибнет, если начнётся глобальная война, в результате которой произойдёт ядерная катастрофа. Исчезнет навсегда во вселенной маленькая живая планета Земля с её миллиардами человеческих судеб.

Оставив научную деятельность, Сахаров оказался одним из центров борьбы за мир, независимость, демократию, конвергенцию. Но когда он трансформировался из человека, созидающего смертоносное оружие, в человека, борющегося с ним? И почему?

Потому ли, что осознал внезапно ужас разрушительной силы тер-моядерных реакций, как понял это пилот, сбросивший бомбу на Хиросиму и сошедший от этого с ума? Или причина в том, что обошли его на повороте истории другие, не менее талантливые, физики, заставившие тем самым искать иной способ самовыражения?

Чужая душа – потёмки, но, в конечном счёте, причины являются, хоть и важными, но деталями, а сам результат, то есть действия, направленные на сохранение человечества, по сути, конечно, заслуживают одобрения, если они искренни.

Однако как бывает в жизни? Бегут два человека по улице. Второй, что сзади, покрупнее и посильнее первого и вот-вот догонит его. А тут прохожий доброжелатель, решивший предотвратить несправедливость, как ему показалось, когда более сильный побьёт слабого, взял и подставил ножку догонявшему. Тот, зацепившись за неожиданное препятствие, естественно, упал, а первый, что убегал, счастливо успел завернуть за угол и был таков.

Сбитый с ног человек поднимается и говорит прохожему:

– Что же вы, дорогой мой, сделали? Ведь человек, которого я не схватил из-за вас, только что ограбил банк и убил двух охранников?

Тогда прохожий виновато отвечает:

– Простите. Откуда же я знал? Хотел доброе дело сделать. Ну так получилось.

Вот и выходит, что иной раз кажущееся доброе дело против человека же и направлено. Ясно, что не пойманный в тот раз грабитель может позже и того прохожего убить, не признав в нём своего случайного избавителя. Тут уж никакие извинения не помогут.

Сахаров, выступая против советских войск в Афганистане, вольно или невольно оказался в роли случайного прохожего,