Слаще, чем месть - Кейси Уэст

– Похоже, она не справится, – сказал кто-то из парней.

– Сходи сегодня покачаться! – бросил Тео. – Разгонишь молочную кислоту.

Я с трудом протиснулась в коридор, сгорая от злости и унижения.

Найдя друзей, я первым же делом выпалила:

– Он всем растрезвонит, а Дженсен узнает и угробит наш план.

Перед Дежей лежала половинка сэндвича, я взяла его, куснула и села с ней рядом.

– Кто сделает что и зачем? – не понял Максвелл.

Я вкратце пересказала сцену в библиотеке.

– И каким образом это все угробит? – спросил Ли.

– Вам не кажется, что люди начнут гадать, почему Тео велит мне качаться? И поймут, что он готовит из меня кикера?

– Весьма вероятно, – согласилась Дежа. – Вот идиот.

– Никто не придаст этому значения, – успокоил Макс. – Он же спортсмен. Сказал в шутку, вот и все.

– Вышло несмешно. – Я простонала, зарывшись лицом в ладони.

– А еще у тебя проблемы с доверием, – заметил Макс, и я простонала снова.

– Он и не заслужил твоего доверия, – вставила Дежа.

Ли накрыл рукой мое плечо.

– Проблемы с доверием у тебя оттого, что буквально вчера тебя смешал с грязью тот, кому ты доверяла всем сердцем. Теперь ты с опаской смотришь на новых людей. Это совершенно нормально.

– Да! Имею полное право на заморочки, – ответила я, благодарно улыбаясь.

– А что там за тайный проект ты готовила в библиотеке? – спросила Дежа.

– Искала фотографии Шерил Милкрик, чтобы пробить в интернете. Это та женщина, которой бабушка одолжила свою доску. Если разыскать Шерил, может быть, она вспомнит, куда подевалась доска.

Я и сама не знала, почему вдруг так загорелась этой идеей. Наверное, потому, что вновь найденный кусочек бабушкиного прошлого мог бы ее порадовать. А радость бабушки для меня значила очень много. Сейчас это был единственный лучик света в моей жизни. И я в нем нуждалась.

Глава 16

– Что делаешь? – Внезапный голос бабушки заставил меня резко отвернуться от экрана.

– Да так, ничего, – ответила я, закрывая ноутбук.

Я не могла сказать, чем занимаюсь на самом деле: раскапываю в интернете информацию про Шерил. По крайней мере до тех пор, пока не найду серьезных зацепок. Не стоит раньше времени пробуждать в бабушке надежду. Пока серьезных зацепок у меня не было даже близко. Я попыталась пробить через поиск по картинке ту фотографию Шерил, которую нашла накануне в библиотеке. Это привело меня на сайт, где женщина по имени Элис, примерно ровесница моей мамы, выложила фотографию с подписью: мол, это ее мать в старшей школе. Фамилия у Элис была не Милкрик, а Слейтер. Я отправила ей сообщение, которому наверняка предстояло сгинуть в спаме: написала, что хочу задать пару вопросов ее маме, ведь та была знакома с моей бабушкой. Нажав клавишу ввода, я уставилась в экран, будто ждала ответа в ту же секунду.

Так что да, бабушкин вопрос застал меня врасплох.

– А ты что делаешь? – спросила я.

– Выбираю, что надеть на завтрашнее свидание с дедушкой.

Если она подразумевала не его привидение, в чем я была уверена на 99%, значит, сегодня один из тех дней, когда бабушку подводит память. Такие дни давались нам тяжело: при любой попытке ее поправить она сбивалась с толку и огорчалась. А иногда даже сердилась. Поэтому проще всего было просто подыгрывать.

– Я тебе помогу. Только давай сперва поболтаем?

Раз бабушка застряла мыслями в прошлом, то, возможно, будет легче ее разговорить, вытянуть воспоминания. Я протянула ей наушники.

Она села рядом.

– Только отвези меня домой перед свиданием, чтобы дедушка знал, где забирать.

Даже если бы я это сделала, а я не могла – в ее доме теперь жили чужие люди, – бабушка бы все равно его не узнала. После пожара все пришлось снести и отстроить заново. Это был уже совсем другой дом.

– Обязательно, – сказала я, помогая ей надеть наушники. – Расскажи-ка про ваше первое свидание с дедушкой.

Когда мы дойдем до этого момента ее биографии, я вставлю фрагмент в нужное интервью.

– В колледже мы вместе ходили на курс математики. Я, между прочим, была способнее. По-моему, Лоуренс и заговорил со мной в надежде на то, что я его бесплатно поднатаскаю.

Я сто раз слышала эту историю, но всегда она вызывала улыбку.

– Как некрасиво, Лоуренс, – шутливо сказала я.

– Но для меня репетиторство было способом заработать. И даже ради чудесных голубых глаз не стала бы делиться мозгами задаром.

– Ну прямо образцовая феминистка, бабуль.

– Сперва ему надо было угостить меня ужином, – продолжила бабушка, перечеркнув мою ремарку о феминизме.

– Он сводил тебя поужинать, и ты согласилась позаниматься бесплатно?

– Разве это бесплатно, если взамен я вкусно поела?

– Не поспоришь. – Я поправила наушники и мысленно велела себе избегать паразитных фразочек. – А что насчет первого свидания с Эндрю Ланкастером? У вас оно было или он просто учил тебя серфингу?

– Эндрю… Давненько я не слышала этого имени.

Я не стала напоминать, что она сама произносила его буквально пару дней назад.

– Да, он учил меня серфингу. Как-то раз мы сидели на досках и ждали волны, и тут он говорит: «Если я поймаю следующую, можно тебя куда-то сводить?» А я ему: «Ты уже повел меня покататься». Он покачал головой и добавил: «Сводить на свидание». Тогда я спросила: «А если я поймаю следующую, можно куда-то сводить тебя?» Он фыркнул: «А вдруг никто из нас ее не поймает?» Вообще-то это было весьма вероятно, поскольку с волнами в тот день было туго, а я не то чтобы хорошо серфила. И тут он выдает: «Ну а если никто ее не поймает, то нам придется куда-то друг друга сводить».

В этот раз я сдержала смех ради приличия.

– Вот милота.

– Он правда был очень милый.

– Это случилось до или после того, как ты убедила его, что он отлично рисует?

– Откуда ты знаешь, что он рисовал? – спросила бабушка. – Ты видела его работы?

– Некоторые, да.

– Они потрясающие.

– Ага, очень крутые. Так кто из вас в итоге поймал волну?

– Эндрю. Меня она просто снесла.

– А как выглядела доска, которую он для тебя расписал?

Бабушка задумчиво сдвинула брови:

– Не помню. Но она была очень красивая.

Никакой пользы эта информация не дала.

– Бабуль, а ты знала, что в наших краях он стал известным художником? Ты ходила на его выставки?

– Наверное. Спроси Лоуренса. У него память получше, чем у меня.

Дедушка умер уже давно. Сама я толком его не помнила. Но печально было видеть, что бабушке