Сицилийский роман - Елена Скаммакка дель Мурго

class="p1">– Предположим. А почему они не отстояли нашу фирму перед этим мафиозным банком, почему не аннулировали контракт? Что, струсили?! Боязливые слюнтяи, маменькины сынки – вот они кто! Прости меня, Мария! Я слишком огорчен всей этой историей. Господи, Мария, ты же помнишь, как мы отказывали себе во всем, чтобы добиться того, что сейчас имеем. Я так тяжело и так долго создавал мою «империю» буквально по крохам, а они выросли и все в один день разрушили, подонки! – силы покидали его, и он сел в кресло, положив руку на сердце, будто пытаясь уговорить его биться не так сильно. – Да я ради всего этого даже на преступление пошел, – уже совсем тихо сказал он. Эта странная фраза вырвалась у него случайно, под воздействием эмоций. Ее смысл он скрывал от всего мира уже много лет. Он тут же с опасением посмотрел на жену, но понял, что она его не слишком внимательно слушала, больше заботясь о его кровеносном давлении.

– Нет, я этого так не оставлю! – подытожил свою тираду возмущенный Карло.

– Что, что ты собираешься делать? – Мария знала, что ее муж в гневе способен стать беспощадным.

– Для начала я разделаюсь с этим банком, они не увидят от меня больше ни лиры. Значит так, Мария, я попрошу тебя не говорить никому, что я уже полностью выздоровел, пусть думают, что я недееспособен, так мне будет легче бороться с нашими ближними и дальними врагами [под дальними он, конечно, подразумевал Марио и Косту). Я сейчас же свяжусь с моими друзьями, которых у меня, слава Богу, предостаточно и на которых можно смело положиться в трудную минуту. Жаль только, что в их число не входят мои собственные дети, – уже успокоившись, как бы с сожалением подчеркнул он. – Ступай, жена, мне надо побыть одному, – Карло необходимо было хорошенько обдумать каждый шаг.

– Синьор Паппалардо, там к вам пришли люди из финансовой полиции и налоговой инспекции, – вошедшая в кабинет президента банка «Независимый» секретарша казалась бледнее смерти.

– Они потребовали у меня все документы, начиная с первого собрания учредителей, и желают также проверить финансовые отчеты за последние три года. На мой вопрос, чем вызван их визит, они нагло ответили, что им поступил какой-то сигнал по поводу сомнительной деятельности банка.

– Хорошо, Грациелла, я все понял, можешь идти, – сухо ответил банкир.

Как только за ней закрылась дверь, открылась другая – потайная, закамуфлированная под стеной книжного шкафа, и из нее, куря сигару, вышел крестный отец.

– Ты слышал, Сержио? Не знаю, что и думать. В этом случае месть Марио Пинизи полностью исключается. Он, по нашим сведениям, продолжает жить в Калифорнии и ему наплевать на семейную фирму и на все, что с ней связано. Глава фирмы Карло лежит дома парализованный. Может, кто из подкупленных нами сотрудников его фирмы раскололся, а?

– Да не трясись как заяц, Франко, найдем виновного и накажем. У нас везде есть свои люди. И вообще нам нечего бояться. Все бумаги в порядке, а о происхождении денег им будет очень трудно дознаться.

Тут в дверь кабинета снова постучали.

– К вам комиссар полиции, синьор президент, – доложила секретарша.

– Пусть войдет, – недовольно ответил банкир и пошел своей немного тучной походкой навстречу полицейскому.

– Добрый день, комиссар, чем обязан вашему визиту? – осведомился Франко.

– Уважаемый президент, я хотел бы поговорить с вами об одном дельце, – сказал он тоном, будто речь шла об обновлении вывески у входа.

Комиссар полиции, конечно, узнал второго присутствующего в кабинете. Он всем в Катании был хорошо известен, но местной полиции никогда не хватало прямых доказательств, чтобы завести хоть одно уголовное дело на этого весьма влиятельного в определенных кругах человека. Крестному отцу всегда удавалось выйти сухим из воды, тем самым все больше укрепляя свои позиции и зарабатывая еще больший авторитет среди крестных отцов Сицилии.

– Может, стакан холодной воды? – вежливо предложил Паппалардо.

– Не откажусь, жара в этом году просто невыносимая.

– Я вас внимательно слушаю, синьор комиссар, курите? – и он протянул ему коробку сигар.

– Нет, спасибо, я предпочитаю Мальборо, – комиссар закурил, пуская кольцами дым, и казалось, вовсе не торопился начинать серьезный разговор.

– Я хотел бы поговорить с вами, господа, о ваших деловых отношениях со строительной компанией «Пинизи и сыновья», – наконец, заговорил полицейский. Около двух лет тому назад вы заключили с ними договор, который смущает нас некоторыми пикантными подробностями.

– Да, совершенно верно, мы заключили с этой уважаемой фирмой кредитный договор, но только что в этом пикантного? – играл банкир, изобразив искреннее удивление.

– Ну-ну, не скромничайте, синьор Паппалардо! Вы тогда подписали не только кредитный контракт, но и договор о совместном сотрудничестве, крайне выгодный для вас и принесший немалую прибыль. Но дело даже не в этом злополучном контракте, а в том, как вы его заключили.

А произошло это не вполне законным путем. По нашим сведениям вы подкупили Марио Пинизи, а когда он пытался удрать от вас с вашими же деньгами в Америку, чуть не убили его, – тут комиссар выдержал эффектную паузу и, затянувшись в очередной раз сигаретой, продолжил разоблачение.

– Но и это еще не все. Поскольку документ был подписан Марио Пинизи, без его физического присутствия в фирме договор терял юридическую силу, и когда двое других братьев Пинизи попытались опротестовать его в суде, чтобы освободиться от вашего финансового ига, вы угрозами заставили их отказаться от судебного процесса и принудили продолжать выплачивать вам долю. Какое недостойное поведение для такого солидного банка как «Независимый»! Вы согласны со мной, синьор президент?

– Да что вы, синьор комиссар, дело было совсем не так! – и глазом не моргнув стал оправдываться Паппалардо. – Синьор Марио Пинизи по доброй воле согласился подписать этот контракт, мы не настаивали, это им срочно нужны были деньги. А уж кто стрелял в него в Америке, я понятия не имею. Что касается выплат, мы проконсультировались с нашим адвокатом. Синьор Пинизи подписал контракт от имени своей фирмы и, если даже он больше в ней не работает, у фирмы юридически остаются финансовые обязательства перед банком, – на лице банкира не было ни тени волнения.

«Хорошо же умеет владеть собой этот мафиози Паппалардо. А другой делает вид, что ему вообще все это не интересно», – подумал про себя комиссар.

В отделе по борьбе с организованной преступностью знали все или почти все о мафиозном банке с вызывающим названием «Независимый». Истоки этой коммерческой структуры вели высоко наверх, к отдельным членам сицилийского правительства. Зная об этом, никто из сотрудников прокуратуры не хотел вплотную заниматься этим