Острова в океане - Эрнест Хемингуэй

Томас Хадсон заставлял себя преодолеть скованность исобраться, заставлял себя сдерживать дыхание и не думать ни о чем другом, кромевыстрела; нажать на спуск и метить, чуть упреждая, в основание плавника,который подрагивал теперь сильнее, чем вначале. И вдруг он услышал, как с кормызастрочил автомат, и увидел, как вокруг плавника запрыгали фонтанчики. Потомкороткая очередь, и вода вскипела у самого основания плавника. Он выстрелил, истрекот послышался снова – дробный, тугой, и плавник завалился, вода вокругнего закипела, а потом молот-рыба – такая большая, какой он никогда невидел, – поднялась из моря белым брюхом вверх и начала бешено крутиться наспине, взбаламучивая воду, как акваплан. Брюхо отсвечивало непристойнойбелизной, пасть шириной в ярд была как опрокинутая ухмылка, рога огромные, сглазами на концах. Она подскакивала и скользила по воде. Эдди строчил по ней изавтомата, всаживал пули в ее белое брюхо, рвал его, оставляя на нем темныепятна, которые сразу же алели, и наконец она перевернулась на бок и пошла вниз,и Томас Хадсон увидел, как она крутится волчком, уходя под воду.

– Сюда их, окаянных, гоните, – услышал он голосЭдди. – Не могу я больше на это смотреть.

Роджер быстро подплывал к Дэвиду, а Джозеф уже спешил к ним,втащив Энди в шлюпку.

– Господи, твоя воля! – сказал Эдди. – Видаливы когда-нибудь такую акулищу? Слава богу, что они выходят на поверхность, когдаидут за добычей. Слава богу! Они, сволочи, всегда плывут поверху. Видали, какона шла?

– Дай мне коробку с патронами, – сказал ТомасХадсон. Он еле держался на ногах, его мутило. – Все сюда! – крикнулон.

Они приблизились к шлюпке, и Роджер подсаживал в нее Дэвида.

– Теперь уж пусть ловят рыбу, – сказалЭдди. – Теперь все здешние акулы на эту набросятся. Эта весь океан сюдасоберет. Видали, как она перевернулась брюхом вверх, а потом давай и давайкрутиться? О господи, вот это молот-рыба! А мальчишка-то, видали, собирался ейрыбу бросить. Ах, Дэви, голубчик! Какой же ты у нас молодец!

– Пусть лучше будут на катере.

– Конечно, лучше на катере. Это я просто так говорю.Сейчас их подвезут. Подвезут, не беспокойтесь.

– Господи, какой это был ужас! Откуда у тебя взялсяавтомат?

– Комиссар стал ко мне вязаться, что я держу его дома,вот я и переправил его с берега на катер и сунул в ящик под койкой.

– Стрелять ты умеешь.

– Да как тут не суметь, когда на нашего Дэви, голубчика,шла акула, а он спокойно ждал ее, хотел бросить ей рыбу. Так прямо на акулу иглядел. Пусть я больше ничего в жизни не увижу после того, чего сейчаснавидался.

Шлюпка подошла к борту, и все четверо поднялись на катер.Мальчики были мокрые и очень взбудораженные, а Роджер – сам не свой отволнения. Он подошел к Эдди и пожал ему руку, и Эдди сказал:

– Нельзя было нам пускать их туда в такой прилив.

Роджер покачал головой и обнял Эдди за плечи.

– Это моя вина, – сказал Эдди. – Я здешний. Авы нет. Вы тут ни при чем. Я один в ответе.

– И ответили как надо, – сказал Роджер.

– Да ну вас! – сказал Эдди. – На такомрасстоянии кто промахнется.

– Ты ее видел, Дэв? – очень вежливо спросил Эндрю.

– Сначала один плавник, только под конец всю. Я всю ееувидел еще до того, как Эдди выстрелил по ней, а потом она нырнула и всплыла наспине.

Эдди растирал Дэвида полотенцем, и Томасу Хадсону виднобыло, что ноги, спина и плечи у мальчика все еще покрыты мурашками.

– Первый раз в жизни вижу что-либо подобное, –сказал Том-младший. – Как она вынырнула из воды и перевалилась на спину!Первый раз в жизни такое вижу.

– И вряд ли еще увидишь, – сказал ему отец.

– Весу в ней, наверно, вся тысяча фунтов будет, –сказал Эдди. – Наверно, крупнее и не бывает. Господи, Роджер, видели,какой у нее плавник?

– Видел, – сказал Роджер.

– А может, мы ее выловим? – спросил Дэвид.

– А ну ее к дьяволу, – сказал Эдди. – Она таккувырком и пошла ко дну, и черт ее знает, где опустится. Футов на пятьсотзаляжет, и весь океан будет ее жрать. Наверно, все туда ринулись.

– Жалко, мы ее не поймали, – сказал Дэвид.

– Спокойно, Дэвид, спокойно, милый. Вон по тебе ещемурашки бегают.

– Ты очень испугался, Дэв? – спросил Эндрю.

– Да, – ответил ему Дэвид.

– А что бы ты стал делать? – почтительным тономспросил его Том-младший.

– Швырнул бы ей рыбу, – сказал Дэвид, и ТомасХадсон увидел, как его плечи окатило короткой волной мурашек. – А потомударил бы гарпуном в самую морду.

– О господи! – сказал Эдди и отвернулся, невыпуская полотенца из рук. – Роджер, что вы будете пить?

– Яда у вас никакого нет? – спросил его Роджер.

– Перестань, Роджер, – сказал Томас Хадсон. –Мы все за это ответственны.

– Безответственны.

– Дело прошлое.

– Ладно.

– Я приготовлю коктейль на джине, – сказалЭдди. – Том как раз пил джин, когда это случилось.

– Мой коктейль так там и стоит.

– Теперь он уже невкусный; – сказал Эдди. – Явам другой приготовлю.

– Ты молодец, Дэви, – с гордостью сказал братуТом-младший. – Вот подожди, я расскажу про тебя ребятам в школе.

– Они не поверят, – сказал Дэвид. – Если ятоже буду там учиться, не надо им говорить.

– Почему? – спросил Том-младший.

– Не знаю, – сказал Дэвид. И заплакал какмаленький. – Я не стерплю, если они не поверят.

Томас Хадсон поднял его на руки, и он прижался головой к егогруди, а двое других отвернулись, и Роджер тоже отвел глаза в сторону, и тутЭдди вышел из камбуза с тремя стаканами в руках, опустив большой палец в одиниз них. Томас Хадсон понял, что он уже хватил спиртного внизу.

– Ты что это, Дэви? – спросил Эдди.

– Ничего.

– Вот и хорошо, – сказал Эдди. – Такие словаи слушать приятно. Слезай с рук, чертова перечница, кончай хныкать и дай отцуспокойно выпить.