Гнездование - Рошен О'Доннелл

– Пока нет. Пытаюсь что-то найти. Подала резюме в кучу мест, но пока даже на собеседование не приглашают.

Алекс кивает.

– Не останавливайся. Что-нибудь подвернется. Как только начнешь сама зарабатывать, будешь чувствовать себя более независимо. Но вот что я тебе скажу: постарайся не связываться с судами, а если все-таки окажешься в суде, то не надейся, что тебе там кто-то поверит. Не выводи его из игры насовсем. Не отказывай в общении с детьми. Делай все как можно дружелюбнее. Надо быть поумнее, понимаешь? Он будет пытаться контролировать тебя при помощи детей. Эти мерзавцы всегда используют детей. Они знают… Знают, что это наш криптонит.

– СМОТРИ НА НАС, МАМОЧКА! – кричит Элла.

– Я смотрю, смотрю, малышка.

– И ты на меня смотри, мам! – кричит Дэмиен.

Алекс поднимает вверх оба больших пальца, и он широко улыбается.

– Классный мальчишка, – говорит Киара. – Такой симпатяга.

Алекс мягко улыбается.

– Он весь мой мир, – говорит она. – Такое безумие, знаешь. Гэрри раньше внимания на него не обращал. А теперь заговорил о совместной опеке пятьдесят на пятьдесят. Если бы я знала, что он на это пойдет…

На мгновение она замирает, глядя на Дэмиена, который катится с холма в третий или четвертый раз следом за Софи и Эллой, а потом встает и снова бежит вместе с ними наверх, сухие веточки в волосах. На лице Алекс, наблюдающей за сыном, смесь любви и ностальгии.

– Но, если честно, – продолжает она, – даже если бы я знала о том, что последует, о судах и всем таком прочем, я все равно бы ушла. Или закончила бы так же, как все эти женщины в новостях. Добилась бы минуты славы.

Киара не знает, что сказать.

– Ты неплохо справилась, – наконец выдавливает из себя она. – В прошлый раз, когда я уходила, я продержалась всего месяц.

Ее голос звучит покровительственно, снисходительно – совсем не такой тон она хотела выбрать.

Алекс поворачивается и смотрит на нее. Темно-карие глаза, ресницы длинные, как у ребенка. Впервые за весь день она встретилась с Киарой глазами, и у Киары возникает чувство, что новая знакомая смотрит на нее оценивающе.

– У тебя еще все впереди, – наконец произносит она. – Одно дело – уйти. И совсем другое – сжать зубы и не вернуться обратно.

На следующий день после утреннего детского сада Киара везет дочерей в парк Сант-Стивенс-Грин. Здесь все изменилось с ее студенческих времен. Где, например, утки? Вместо них злющие чайки. Она фотографирует девчонок на небольшом каменном мостике, ведущем в центральную часть парка, и отправляет фото маме и Шинейд. Обе шлют в ответ сердечки. Чудесные куколки.

Элла жмется к ее руке. Софи суетится, пытается пройти по самой кромке воды и не упасть в пруд. Киара ведет их на лужайку рядом с летней эстрадой, где загорают несколько парочек, а маленький мальчик учится кататься на велосипеде, неловко петляя по усеянной маргаритками траве. Девочки привыкли, что их раскручивает высокий, почти двухметровый папа. Киара хочет показать, что с ней тоже может быть весело.

– Бегите ко мне, – говорит она дочкам. – Вперед! Вы бежите, я вас ловлю.

Софи смотрит скептически, а Элла срывается с места, бежит к маме и подпрыгивает. Киара раскручивает младшую за руки, словно на старинной карусели. Худенькие ножки летят по воздуху.

– Теперь моя очередь, – говорит Софи.

– ЕЩЕ, ЕЩЕ! – кричит Элла.

Они любят, когда их раскручивают, а потом падать на влажную траву. Мокрые коленки, грязные попки – и в обратный путь, по Графтон-стрит. Они заваливаются в номер сто двадцать четыре, добавляют запачканные кроссовки и легинсы с зелеными от травы коленками к общему бардаку. Киара идет в ванную, включает воду и брызгает в ванну немного детского геля для душа. Осталось немного, надо использовать экономнее. Когда она выкладывает ланч-боксы в раковину в ванной, приходит сообщение от Райана:

«Как насчет сегодня? Заезжайте посмотреть на птенцов».

Он добавляет эмодзи: чашечка кофе, сердечко и желтый цыпленок. Соблазн велик. Складная сушилка для белья, посудомойка, жженые крошки в глубине тостера, выдвижные ящички с чистыми, свернутыми носочками. Шаг в сторону от всего этого стресса.

Воспоминания, вызывающие эйфорию. Ночами она иногда сидит в ванной с телефоном, бесцельно блуждает по интернету, чтобы отвлечься, опасается засыпать. И вот однажды она прочитала о том, как мозг цепляется за хорошие воспоминания, моменты счастья. Поэтому у нее в голове часто прокручивается сцена первой брачной ночи, когда он никак не мог расстегнуть пуговицы на белом платье с юбкой-годе, и вот они, смеясь, падают на кровать, и…

«Нет, мы заняты», – отвечает она.

Вода из крана бежит под большим напором, над ванной поднимается пар. Киара убирает телефон, сердце колотится в груди. За это ей придется поплатиться. Она пытается отодвинуть в сторону страх, вернуть себе радость, какую испытывала сегодня в парке, зовет дочек:

– Жду вас в ванной, малышки!

Элла прибегает первой, стягивает носочки. Софи какое-то время, нахмурив лоб, воюет с пуговицами в форме сердечек на кофте.

– Тебе помочь, Соф?

– Нет, я сама!

Еще через пару минут Софи вздыхает:

– Эх, давай ты, мам.

По очереди освобождая из петельки каждую пуговицу, Киара поднимает взгляд на дочку и осторожно изучает ее выражение лица. Интересно, она заметила, что мама расстроена? Так сложно скрывать свои эмоции от дочерей в таком ограниченном пространстве. Софи вдруг целует ее в нос.

– Мне нравятся зеленые крупинки в твоих голубых глазах.

– Спасибо, милая.

– Откуда они там?

– Застряла! – Майка скрывает Эллино лицо. Киара сдергивает ее одним движением. Когда девочки обе раздеты, она сажает их в теплую пенную ванну.

Элла отказывается сидеть, она встает, широко расставляет руки для равновесия, пошатывается на пухлых ножках.

– Смотри на Эллу. Она сёрфит! – кричит Софи.

15

Начало июня, становится все жарче. В приемной «Ротунды» по кругу показывают одно и то же видео. Сначала причины пеленочного дерматита. Потом колики. Здоровое питание в семье. Улыбающаяся женщина бросает в кастрюлю сельдерей, горчицу и шпинат, но не успевает перемешать свое Здоровое Рагу Буднего Дня, когда картинка сменяется. Лучший гарнитур для спальни вашего младенца. Киара два часа терпела и теперь чувствует, что мочевой пузырь вот-вот лопнет, но в дверном проеме наконец появляется невысокая врач со светлыми волосами.

– Киара Фэй? Пройдите в