Майя - Ричард Адамс

Он задумчиво погладил новорожденного по голове:

– Правда? Ну-ка расскажи.

Майя поведала ему, как ей пригрезилось, будто она – владычица Беклы, как она ехала в запряженном козлами возке и наделяла толпу смоквами и как потом гляделась в озеро, но вместо своего отражения увидела старика, смотрящего на нее из зеленой глубины.

– Теперь-то мне все ясно, но тогда я ничего понять не могла, поэтому заплыла подальше и вернула сон Леспе.

– Вот она тебе все и объяснила, правда? Ее и благодари, а меня не за что, – сказал Нассенда, не скрывая своего удовольствия.

Несколько дней спустя он вернулся к своим субанцам-лягушатникам.

Все это было год назад. Майя ухаживала за Зан-Оталем, строго следуя всем наставлениям Нассенды, и ребенок рос крепким и здоровым.

Кстати, Майя собралась в Кериль-Катрию именно потому, что получила весточку от Нассенды: старый лекарь хотел сделать Зан-Оталю прививку против болотной лихорадки, как когда-то субанцу Кроху. Зан-Керель поначалу не поверил в действенность подобного лечения – подумаешь, руку оцарапают! – но Майя настояла на своем, хотя по-прежнему уважала и прислушивалась к мнениям мужа, который, даже повзрослев, не утратил юношеского задора. Если Нассенда считает прививку необходимой, так тому и быть. Дела не позволяли старому лекарю заехать на север Катрии, поэтому решено было встретиться в Кериль-Катрии, а Зан-Керель тем временем отправился на ярмарку скота.

Нассенда оцарапал младенцу руку, осмотрел его с головы до ног и объявил, что ребенок совершенно здоров и прекрасно развит для своих лет. Потом лекарь уехал по своим делам, предупредив Майю, что лучше повременить с возвращением домой – после прививки мальчика будет лихорадить несколько дней, но беспокоиться об этом не стоит. Так что теперь Майя беззаботно гуляла по городу и раздумывала, на что бы потратить пятьсот мельдов – подарок мужа.

Неподалеку от главной улицы было озеро, где гнездилась стая белых журавлей, – не чета озеру Крюк, конечно, но все-таки красивое, хоть и маленькое. Майя решила посидеть на берегу, а потом вернуться на постоялый двор «Кубок и кайнат» (респектабельное заведение с разумными ценами) и после ужина посетить танцевальное представление (разумеется, в сопровождении слуги, ведь в Катрии знатным дамам не полагалось расхаживать по улицам в одиночку, хотя Майя, как бывшая жительница столицы, иногда – вот как сейчас – позволяла себе нарушить правила приличия).

Внезапно в дальней оконечности улицы начался переполох, послышались восторженные крики и приветственные восклицания. Со всех сторон туда стекались прохожие, охваченные непонятным возбуждением.

– Прочь с дороги! – раздался голос с бекланским выговором.

Майя, забыв о том, что она уважаемая хозяйка поместья, изумленно ахнула. Ее разбирало любопытство. Да что же там происходит? Поверх голов она заметила высокого мужчину в замысловатом головном уборе и с узорным жезлом в руках.

– Прочь с дороги! – восклицал он.

Ух ты! Неужели Ленкрит приехал из Субы? А может, это новый король Терекенальта? До захолустья вести доходили с запозданием, и Майя вознамерилась не упустить случая и все разузнать – вот будет здорово, если она невозмутимо скажет Зан-Керелю и свекру: «А я короля видела, представляете?»

Презрев приличия, она бросилась следом за всеми, проскользнула мимо мастеровых в холщовых рубахах, обогнала старую торговку с корзиной, протиснулась в первые ряды зевак и, встав на цыпочки, заглянула через плечо юноши с киннарой.

Высокий мужчина в замысловатом головном уборе, одетый в зеленый с серебром мундир, определенно был бекланцем – судя по важному виду, дворецким или управляющим.

– Прочь с дороги! – беспрерывно кричал он, расталкивая толпу жезлом.

Следом за ним шагали три стражника в зеленых с серебром мундирах, а за ними два носильщика везли красно-желтую екжу, увитую цветами. В возке сидела молодая женщина в алых, шитых золотом шелках, лениво обмахиваясь веером из павлиньих перьев. Шею ее обвивала толстая золотая цепь с громадным изумрудом в чеканной серебряной оправе. Время от времени красавица приветственно махала рукой и улыбалась, сверкая белоснежными зубами. Неудивительно, что горожане ошеломленно рассматривали богатую и знатную госпожу – кожа ее была черна, как пятна леопарда.

Майя ахнула, сообразив, кто перед ней, но тут дворецкому удалось расчистить путь, и екжа проехала мимо.

Майя протолкнулась сквозь толпу и помчалась вслед за возком, крича во все горло:

– Оккула! Оккула!

Путь ей преграждали зеваки, она расталкивала их в стороны, на нее сыпался град оскорблений, но Майя не останавливалась. Наконец она догнала возок, и тут ее остановил еще один охранник.

– Прочь с дороги! Куда прешь?! – завопил он и обратился к товарищам впереди: – Эй, помогите мне с этой сумасшедшей справиться!

Он грубо оттолкнул Майю, и она укусила его за руку.

– Оккула!

Два охранника схватили ее за плечи. Майя визжала и вырывалась. Внезапно на стражников обрушились две смачные затрещины.

– Дурачье бастаное! – раздался знакомый голос. – Отпустите ее немедленно! Вы что, не знаете, кто это? Ступайте вон и не возвращайтесь, пока не позову!

Через миг Майя сжала в объятиях подругу, с наслаждением вдохнула аромат кеприса и резкий, свежий запах колотого угля. Золотое шитье оцарапало щеку, но Майе было все равно.

– Ах, банзи! Глазам не верю! – воскликнула Оккула, утирая слезы.

Вокруг толпились люди, возбужденно переговаривались, охранники безуспешно пытались их удержать.

– Я думала, ты в Терекенальте! Вышла замуж за своего капитана и уехала…

– Ага, уехала, только не в Терекенальт, а в Катрию.

– Ах, в Катрию! Да куда вы прете, сволочи! – выкрикнула Оккула. – Банзи, слушай, мы здесь не поговорим. Ты занята?

– Нет, конечно! Ты еще спрашиваешь!

– Тогда полезай в возок, и побыстрее, а то нас с тобой насмерть затопчут. Флорро! – окликнула она дворецкого. – Может, нам другой дорогой поехать? Мы с Серрелиндой возвращаемся!

– Куда? – спросила Майя.

– В таверну «Зеленый попугай». Знаешь, где это?

В этом роскошном заведении Майе с Зан-Керелем останавливаться было не по средствам.

– Слыхала, конечно, только я в Кериль редко приезжаю, наше поместье в северной Катрии, путь неблизкий.

– И что ты тут делаешь?

Майя объяснила, что привело ее в Кериль, и осведомилась:

– А ты тут какими судьбами?

– Я с Шенд-Ладором, помнишь такого? Он у Сантиля посланником заделался. Ты не представляешь, как нам повезло, что мы встретились! Мы завтра в Терекенальт отправляемся, с новым королем разговаривать.

– О чем?

– Ах, откуда я знаю! – отмахнулась Оккула. – О важных государственных делах, о торговых договорах, о границах… В общем, о всякой ерунде!