Добрее - Александр Бессонов

– Интересно, а есть инструктор для жизни?..

* * *

– Лыжи подошли. Татьяна Ивановна, давайте паспорт. И да, женщине ещё бы инструктора. – Люда, не женщине, а молодой симпатичной горнолыжнице!

– Ой, простите, простите. Глинтвейн меня туманит.

В прокате горнолыжного снаряжения, перед горой, было самое оживленное место. Горячее был только бар «Grelka», но по другой причине. Паренёк с отверткой и паспортом крикнул куда-то в глубь зала:

– Михаил, тут к тебе.

Прошла пара минут, никто не появился. Паренёк раздражённо пошёл внутрь.

– Михалыч, ты зае… хорош бухать. Иди, там клиент.

Паренёк вышел с мужчиной в спортивном комбинезоне Atomic ярко-салатового цвета. Проблема была в том, что внешность у мужчины была далеко не спортивная.

– Михаил, мастер спорта по горнолыжному спорту, ваш инструктор!

– Татьяна, мастер спорта по бухгалтерскому учёту, ваша ученица.

В зале все улыбнулись, кроме Михаила. От него несло всем чем угодно, но только не спортом.

– Смешно. Пойдёмте на гору.

– Слушаюсь. Люблю людей в форме.

Странная пара с лыжами вышла из помещения проката. Провожающие глаза с сочувствием смотрели на временный союз.

* * *

– Татьяна, прошёл всего час, а вы уже ездите плугом. Вы молодец, схватываете на лету.

– Спасибо, Михаил. Вы, я тоже смотрю, на свежем воздухе протрезвели и из мастера спорта по классическому литроболу превратились в достойного мужчину.

– Поехали на подъемнике на гору. Думаю, вы готовы.

– Как скажете, мастер.

Они ехали одни на подъемнике. Холодало, и Татьяна легонько прижалась к Михаилу.

– Боже, как красиво вокруг. Какие ели – монолиты под белоснежными одеялами. Я вам завидую, Михаил. Вы живёте в нетронутой сказке.

– Когда видишь это каждый день – не замечаешь. Вот вы сейчас сказали, посмотрел, ведь действительно – красиво! А у вас не красиво?

– Ох, я живу в мире цифр. Он тоже прекрасен. Когда сводишь годовой баланс, и он сходится копейка в копейку. Это тоже очень красиво, но это другая красота! Можно личный вопрос?

– Конечно, – ответил Михаил и пододвинулся ближе.

– Зачем вы гробите себя? У вас четкий ум, живая речь, обаяние… Вы живёте в одном из самых прекрасных мест на Земле и… пьёте, пьёте…

– Татьяна, всё просто. Двадцать пять лет назад здесь был один подъёмник – моего отца. Со всей страны приезжали люди. Толпы были в километр. Тогда мастера как раз получил. Начал инструктором подрабатывать. Ко мне за полгода записывались. Я был звездой. Уважаемым человеком. Нас на всю гору было три инструктора. А сейчас… понастроили подъёмников, прокатов, гостиниц. Одних инструкторов человек триста… Учат подростки. Ну и как-то…

– Вы вроде взрослый мужчина, Михаил. Это же базовый закон экономики – конкуренция способствует развитию. Вам надо было вовремя найти голубой океан. Слышали о таком?

– Конечно.

– Свою нишу… Вы спортсмен и знаете, как устроено человеческое тело, как оно реагирует на травмы, как восстанавливается… Вы бы могли, например, работать с теми, кто боится горы после переломов. Или быть инструктором по реабилитации. Или пойти отучиться на остеопата или мануального терапевта, мало ли у кого что защемит после спусков… Или для детей что-нибудь придумать, пока их родители катаются.

– Таня, а где вы, такая умная, были десять лет назад?

– Счастливо замужем.

– А сейчас?

– А сейчас нет.

– Да поздно уже, мне под полтос, семьи нет, детей тоже, пора о боге задумываться…

– Вы мне зубы не заговаривайте, не мешайте женщине вас спасать. Или, вот еще, вы бы могли быть гидом летом, показывать тайгу, какие-нибудь курсы по выживанию придумать. Это сейчас модно.

Если бы их кто-то увидел, то со стороны показалось бы, что инструктором была женщина…

Через полгода они поженились. Михаил бросил пить, а Татьяна бросила свою работу и переехала к нему. Вести бухгалтерию его новых бизнесов. Думала, что наконец-то нашла время и место в новом сезоне накататься с горы вдоволь. Правда, как оказалось, на ближайшие девять месяцев она занята новыми хлопотами. Но тсс, это я вам по секрету рассказал, счастье любит тишину.

Папа, дело есть!

– Папа, дело есть. Дай тысячу рублей, – сказала старшая дочь Катя.

– Не дам! Я пашу на работе как вол. Тащу на своём горбу всю нашу семью. Ночами не сплю, думаю, как прокормить вас, спиногрызов, – сказал сорокалетний отец, увлечённо играя в новую FIFA на PS4.

– Горб не сломай, Месси ты наш, – Катя выключила телевизор и встала между ним и папой.

– Ну ты чо, это ж финал! Зачем тебе деньжища такие?

– Хочу тебе, маме, бабушке и дедушке подарки на Новый год сделать.

– Катя, я думал подарки – это что-то неожиданное.

– Ты хочешь, чтобы у тебя из кошелька неожиданно пропала тысяча рублей?

– Нет, конечно. Молодец, что спросила. Ну как-то это странно. Я даю тебе деньги, чтобы ты мне на них же купила подарок. У меня на работе такая же система. Нас одиннадцать человек в отделе, мы скидываемся по пятьсот рублей на день рождения, чтобы раз в год получить конверт с пятитысячной бумажкой. Бессмысленный круговорот бабла в конторе.

– Хорошо, оставь себе двести пятьдесят, жмот, дай мне хотя бы семьсот пятьдесят рублей.

– Слушай, так сделай что-нибудь своими руками! Это же так приятно!

– Серьёзно, ты хочешь получить открытку с оленем? Папа, мне тринадцать лет! Как ты себе это представляешь: мама, вот тебе оригами слона, а вам, бабушка с дедушкой, танец SKIBIDI.

– Зато будет от души. Им понравится.

– Папа, мне тринадцать! Жена Грибоедова в пятнадцать замуж вышла! Тыщу дай!

– Ну, ты хотя бы заработай её.

– Как? Устроиться в Макдоналдс? Можно, я у вас поработаю за тысчонку пару деньков? Понимаете, у меня отец скуп немного.

– Ну зачем же так сразу? Сор из избы выносить, делиться самым сокровенным. Попробуй вначале меня в FIFA обыграть. Бери второй джойстик.

– Ну всё, тебе конец! Где ты мой, Рональдушка, птенчик португальский.

И был Новый год! И всем достались подарки! Правда, маме подороже, но ничего, бабушка с дедушкой перекрестились, когда внучка с сыном танцевали SKIBIDI.

X, Y, Z

– Ты с ней общался? – спросила Ирина, жена младшего брата.

– Да, пару раз съехали вместе на лыжах с горы. Прикольно было, – сказал Михаил, старший из трёх братьев.

– Я тоже с ней поговорила. Эта барышня головой не ударялась на спуске?

– Не ударялась. А что тебя напрягло?

– Пусть сами разбираются, – Ирина допила пиво и бросила пустую банку в ведро. – Дочь Вовы, значит, и проблемы его.

Владимир был средним братом в семье.