Современный индийский рассказ - Читра Мудгал

День-деньской, раскрыв ежедневник, обзванивал родню и близких друзей, чтобы поделиться переполнявшей его гордостью за дочь, и говорил всем: «Дорогой мой, вот будет сын лет на двадцать постарше, чем Диву сейчас, – тогда мне о таком расскажешь».

А на другой день заказал в кондитерской Ханумана на Новом базаре много банок по полкило с цельным топленым маслом, нагрузил ими рикшу и, невзирая на палящий зной, развозил всем до самого кампуса.

Для нее особо в бетелевой лавке заказал самых свежих гулаб джамун – таких, какие Диву больше всего любит. И разрешения еще попросил, чтобы и ему тоже полакомиться. Она, смеясь, позволила. Мол, омовение совершит – и может есть. Еще на прошлой неделе проверяла уровень сахара у мужа. До завтрака и после плотного завтрака. Успокоилась. Уровень сахара в крови – в пределах нормы.

Вернувшись к действительности, она попыталась приободрить себя. Для Диву 18 тыс. рупий – не так уж много. Что она так расстроилась из-за расходов Диву, будто сама сверх меры потратилась? Только изводит себя. Но на деле она чувствовала, что за всеми внешними соображениями одно ей постоянно не дает покоя – это настойчивое желание Диву жить одной.

Диву, кроме всего, говорила, что найти эту милую квартирку ей помог ее сокурсник по институту Вики – Вивек Сахни. А не то – просто беда была бы с этими жилищными агентами, только голову умеют морочить! Вики тоже живет в Гургаоне, работает в одной немецкой фирме. Даже испытательный срок уже прошел. У Вики по договору он меньше, чем у нее.

– Я ведь тебе о нем рассказывала, мама!

Она напрягла память и попыталась вспомнить: когда это Диву ей рассказывала о Вивеке Сахни, прозываемом Вики?! Она вроде забывчивостью не страдает, хотя с Патхаком, конечно, это случается. Может, в этом и есть секрет его благодушия?

– Что же ты не познакомила меня с Вики, когда я прошлый раз приезжала? – она по мере сил старалась скрыть недовольство в голосе.

В ответ прозвучал сдавленный смешок:

– Побоялась!

– Чего побоялась?

– Как бы ты не подумала обо мне плохо.

– А сейчас не могу подумать?

– Между нами ничего такого нет, чтобы думать!

– Так отчего же ты побоялась?

Но дочь, как обычно, одним махом ускользнула от ее расспросов:

– Слушай, мама, а папы нет рядом? Дай-ка ему трубку.

А если не передать трубку Патхаку, то та даст отбой. И то ладно, хоть боится еще чего-то! Страх и нравственность тесно связаны. Всякий раз, когда она видела, что дочка чего-то побаивается, она чувствовала себя спокойнее. Прижав телефон к уху, господин Патхак вышел за порог и прохаживался по веранде. А она, вернувшись на кухню, принялась прибирать на столе. Посуду она всегда собирала быстро. Ее выводил из себя звонкий стук посуды: для нее он был связан с тем чувством неприкаянности, какое было у нее в доме свекрови, с тем, что мешало ей жить счастливо.

Руки она заняла работой, но внутри появилось чувство, будто сердце ее смялось вдруг грубыми ребристыми складками.

И тряпка, которой она терла стол, будто сделалась для нее чем-то вроде бульдозера – грузной рабочей машиной, с помощью которой она ожесточенно пыталась раздавить и сгладить эти скалы. Почему против ее воли все так сжалось в груди? Что это за страх? В детстве Диву, испугавшись, начинала говорить правду, а Анируддх – врать. Хотя стоило немного нажать, и Анируддх быстро приходил в себя. Может быть, пугая детей, она сама хотела избавиться от страха. Ее постоянно терзали даже пустые страхи, словно осы гудели в душе… дз-з-з…

На этот раз Диву отчего-то не упрашивала ее – мол, мама, если ты не приедешь, я и в дом вселиться не смогу! Вы с папой закажите билеты в Дели на следующую неделю. Кто еще в доме хозяйство наладит? У меня-то и времени нет. В той квартире, где я жила с этими стервами, – сама же видела, какую обстановку обустроил там домохозяин!

Может быть, дочка с Патхаком об этом говорила? В ответ на ее вопрос господин Патхак покачал головой:

– Она мне только рассказывала глуповатые анекдоты о Санту и Банту. Обещала еще пару новых прислать в смс. Говорила – маме их рассказать не могу…

Красивое продолговатое лицо жены, вытянутое от огорчения, напоминало ему огурец, висящий на засохшей плети. Все чаще в ней стала проявляться эта манера – словно в сари обертываться в озабоченность.

С притворно-бодрой интонацией в голосе господин Патхак добавил:

– Диву не заводила разговора о том, чтобы нам приехать к ней, – так и что? Почему сама не скажешь: Так и так, собираюсь к тебе в Дели? – И продолжал, предупреждая ее нетерпеливое желание возразить. – Малышка еще говорила, что, мол, папа, выправьте себе с мамой паспорта – пригодятся, если надо будет в Бхопал съездить. (Патхак любил именовать Диву всякими ласковыми прозвищами.)

Приветами они с дочкой обменивались по телефону ежедневно. Но лишь дней через пять выдалось время поговорить.

– Послушай, Диву, я приехать собираюсь… Тебе же одной, поди, новое хозяйство поднять не по силам! – Рассказала также, что купила отрез бархатной ткани и заказала набить ватное одеяло для двуспальной кровати, как та хотела. И по цвету ей должно понравиться. Нашла для нее на базаре небольшую сковородку и жаровню – тяжелую! А папа принес целый килограмм маринованных овощей – пикулей из Тенти. Ну, и другого всего собрали: таз глубокий, котлы и припасы разные – муку, чечевицу, пачки риса, специи-приправы, хрустящие лепешки – папад и всякую всячину, а кроме того – красивое стеганое покрывало, наволочки на подушки и прочее. Если еще что нужно, пусть продиктует по телефону. Она и это с собой захватит. Билет закажет на экспресс «Тадж». – На «Столетии» столько багажа не увезешь… – Ей пришлось остановиться.

Диву смущенным тоном перебила ее:

– Пока что подожди немного. В чем дело? Да в том, что мне сейчас и продохнуть некогда. Ужас, сколько хлопот. В доме кое-что побелить-покрасить… – Сказала еще, что на следующей неделе она поступает на работу в другую иностранную компанию. Оклад по контракту – 1 млн 250 тыс. рупий в год! Из прежней компании она еще в прошлом месяце уволилась. Не стала им с папой говорить, чтобы не тревожить понапрасну. Новая компания – J. J. J. Как только она туда устроится, сразу же отправляется в Женеву по программе подготовки кадров компании. Из Женевы вернется через пять недель. А пока надо визу сделать и прочие формальности. В Гвалиор к