Троецарствие - Ло Гуаньчжун

Пленников доставили в лагерь Чжугэ Ляна. При этом воинов из отряда Юн Кая отделили от воинов Гао Дина. По приказу Чжугэ Ляна, среди пленных распространили слух, что все, кто сражался в отряде Юн Кая, будут казнены, а те, кто бились вместе с Гао Дином, будут отпущены на свободу.

Спустя некоторое время Чжугэ Лян распорядился привести к своему шатру воинов Юн Кая и спросил у них:

— Вы чьи люди?

— Гао Дина! — отвечали те.

Чжугэ Лян приказал угостить их вином и отпустить. Затем он повелел привести к нему воинов Гао Дина и задал им тот же вопрос.

— Это мы — люди Гао Дина! — зашумели пленные.

Их тоже угостили вином и отпустили, но Чжугэ Лян предупредил их:

— Юн Кай через своих людей обещал мне голову вашего военачальника и голову Чжу Бао. Но я отказался. Я вас отпускаю, только помните: больше не воюйте против меня! Попадетесь еще раз — не ждите пощады!

Воины поблагодарили его и ушли. Вернувшись в свой лагерь, они обо всем рассказали Гао Дину, и тот послал своего разведчика узнать, что делается у Юн Кая. Там воины восхваляли справедливость и доброту Чжугэ Ляна и открыто выражали желание перейти к Гао Дину. Но все это нисколько его не успокоило, и он решил послать лазутчика в лагерь Чжугэ Ляна. Однако этот лазутчик был перехвачен дозорными и доставлен в лагерь. Чжугэ Лян, сделав вид, что считает пойманного за одного из людей Юн Кая, велел привести его к себе в шатер.

— Твой начальник давно обещал мне головы Гао Дина и Чжу Бао! — недовольным тоном сказал Чжугэ Лян. — Почему же он так медлит? Да еще в разведку посылает такого разиню, как ты!

Воин растерялся и молчал. А Чжугэ Лян угостил его вином и, вручая письмо, сказал:

— Вот это послание передай Юн Каю и скажи, что я повелеваю немедленно приступить к делу!

Лазутчик вернулся к Гао Дину и, передав ему письмо, посланное якобы Юн Каю, рассказал все, что говорил Чжугэ Лян.

Гао Дин, прочитав письмо, гневно воскликнул:

— Я от чистого сердца верил Юн Каю, а он вздумал меня погубить! Нет, этого я не потерплю!

Гао Дин позвал на совет Оу Хуаня, и тот сказал:

— Чжугэ Лян — человек поистине гуманный, и нам не следовало бы с ним воевать. Этот Юн Кай впутал нас в неприятное дело. Давайте убьем его и перейдем к Чжугэ Ляну.

— Я не возражаю, но как это сделать? — произнес Гао Дин.

— Давайте устроим пиршество и пригласим Юн Кая, — предложил Оу Хуань. — Если он честен душой и не таит злых мыслей, то приедет, иначе нам придется взять его под стражу.

Было решено пригласить Юн Кая на пир. Но, введенный в заблуждение рассказами воинов, он не решался идти. Тогда ночью Гао Дин со своим отрядом ворвался в его лагерь. Воины, отпущенные из плена Чжугэ Ляном, не хотели помогать Юн Каю и разбежались. А он вскочил на коня и помчался было в горы, но по дороге на него напал Оу Хуань и убил на месте.

Все воины Юн Кая перешли к Гао Дину. И тот, взяв отрубленную голову Юн Кая, отправился к Чжугэ Ляну. Сидевший в шатре Чжугэ Лян приказал страже вывести Гао Дина и обезглавить.

— Я сдался вам, тронутый вашей милостью, и принес с собой голову Юн Кая! Почему вы хотите меня казнить? — удивленно спрашивал Гао Дин.

— Ты не сдался, а просто пришел меня морочить! — рассмеялся Чжугэ Лян.

— Почему вы так думаете? — вскричал Гао Дин.

— Потому что Чжу Бао прислал мне письмо, в котором сообщает, что у тебя с Юн Каем был нерушимый союз, — отвечал Чжугэ Лян. — И я понял, что ты обманываешь.

— Не верьте этому, господин чэн-сян! — вскричал Гао Дин. — Это хитрость Чжу Бао! Он не хочет, чтобы вы доверяли мне!

— Одними словами ничего не докажешь, — спокойно произнес Чжугэ Лян, — приведи Чжу Бао, и я поверю тебе.

— Не сомневайтесь, господин чэн-сян, — воскликнул Гао Дин, — я притащу его сюда!

— Вот тогда у меня не будет сомнений! — заключил Чжугэ Лян.

Не теряя времени, Гао Дин и Оу Хуань со своим войском помчались к Чжу Бао. Но в десяти ли от лагеря с горы спустился сам Чжу Бао с отрядом. Заметив Гао Дина, он поспешил к нему навстречу, но тот на его приветствие ответил бранью.

— Зачем ты, злодей, написал письмо Чжугэ Ляну? Хочешь меня погубить?

Чжу Бао вытаращил от изумления глаза, но не успел и слова сказать, как Оу Хуань наскочил сзади и стремительным ударом алебарды сбил его с коня. Обернувшись к воинам Чжу Бао, он закричал:

— Не вздумайте бунтовать, а то всех перебью!

Объединив отряды, Гао Дин пришел к Чжугэ Ляну, и тот, встретив его с улыбкой, сказал:

— Теперь я верю в твою преданность — ты уничтожил тех, кто был мне опасен!

Потом он назначил Гао Дина на должность правителя округа Ичжоу, а Оу Хуаня — военачальником. Осада с Юнчана была снята.

Юнчанский правитель Ван Кан вышел из города встречать Чжугэ Ляна, который, войдя в Юнчан, спросил:

— Кто вместе с вами так стойко защищал город?

— Военачальник Люй Кай, — ответил тот.

Чжугэ Лян вызвал к себе военачальника и после приветственных церемоний произнес:

— Я много слышал о вас как о человеке ученом. Окажите мне, довольны ли вы своим положением? Может быть, вы научите меня, как покорить земли племен мань?

Люй Кай, протягивая Чжугэ Ляну карту, сказал:

— Когда я еще служил в тех местах, я думал о том, что рано или поздно маньские племена восстанут, и старался разведать все, что необходимо знать для обеспечения победы в будущей войне с ними. Я тайно послал человека, и он высмотрел места, где можно располагать войска и давать сражения. Этот человек сделал карту, которая называется: «Руководство для покорения маньских племен». Осмелюсь предложить ее вам, — может быть, она пригодится в походе.

Чжугэ Лян обрадовался и предложил Люй Каю остаться в его войске на должности военного советника и проводника.

С огромным войском Чжугэ Лян проник вглубь земель маньских племен. В походе его догнал посол молодого императора. Увидев перед собой человека в белой траурной одежде, Чжугэ Лян узнал в нем военачальника Ма Шу. Он носил траур по своему старшему брату Ма Ляну.

— Государь повелел мне доставить награды вашим воинам, — сказал Ма Шу.

Чжугэ Лян принял указ императора и в соответствии с ним роздал награды. Желая побеседовать с Ма Шу, он оставил его у себя в шатре.

— Сын неба дал мне приказ покорить земли маньских племен, — начал Чжугэ Лян. — Это очень трудное дело. Мне приходилось неоднократно слышать о вашем военном искусстве, и я прошу вас удостоить меня своими наставлениями.

— У меня действительно есть некоторые соображения, и я надеюсь, что вы над ними подумаете, — отвечал Ма Шу. — Маньские племена надеются на то, что земли их неприступны и никто туда не сможет проникнуть. Предположим, что вы разгромите их сегодня, а завтра они снова подымутся. Стоит вам только вернуться из похода и пойти войной на Цао Пэя, как племена мань ударят вам с тыла! Захватить землю противника — это еще не победа, надо сломить его дух! И если вы, господин чэн-сян, этого сумеете добиться, вам достанется слава величайшего полководца.