Багровая полночь. Слухач. Начало истории - Илья Андреевич Беляев

«нечаянно» влетел лицом в дверь и на последок я его припечатал по затылку. Жить будет, но когда очухается — неизвестно. Другой не удержался на ногах и рухнул на пол, где и получил ботинком по голове. Лежачих бить тоже вроде как бы не хорошо, но для этой ситуации простительно. Следующие два, как братья-близнецы замахали кулаками, в серьез намереваясь вывести меня из игры. Да накуся-выкуся! Замкнутые помещения с превосходящим противником я любил отрабатывать на спарринг-упражнениях. Поэтому зачистить коридор от уже оставшихся троих человек не составляло труда. Двое предыдущих сильно пожалели, что действовали сообща. Одному я заломил руку, подставил под удар другого, нажал на болевую точку и уложив противника на пол, переместился е ще не очухавшемуся вояке и прямым ударом в нос, завалил и этого детину под два метра ростом.

Оставшихся обезвредить оказалось еще проще. То ли их мастер-наставник не прикладывал должных стараний, то ли сами они разучились, живя в спокойствии, всему тому, что в них вдалбливали, но сражались они как простолюдины против воина в древние времена. Скорее всего сказывалось отсутствие мятежей или восстаний, где для их подавления требовалась грубая сила. А может их набрали оттого, что больше было некого, ведь в настоящее время вряд ли кто-то захочет связывать дальнейшую судьбу с полицией или вооруженными силами после того, что они устроили.

В общем, все представление заняло несколько минут. Я отделался ссадинами и шишками. Да еще левый бок ныл, словно по нему вдарили кувалдой. Вероятно один из ударов мне все же удалось пропустить. «Блин, досадно, теперь ныть будет несколько дней».

Никого убивать естественно не стал. А смысл? Изначально оказалось понятно, что вся эта шайка-лейка и яйца выеденного не стоит. Мой преподаватель рукопашного боя сумел вдолбить в мою пустую (тогда еще) голову, чем отличается дилетант от мастера и как победить любого из них в разнообразных предлагаемых условиях. Здесь же условия, можно сказать, были мягкие. После двух упавших на пол солдат образовался затор. Остальные цеплялись, спотыкались и толпились друг за другом в тесноте коридорчика.

— Интересно девки пляшут!

Обыскав все комнаты, осмотрев шкафы, комоды, кладовки и балкон, я, естественно, Кирилла не нашел. Следовало изначально искать его в конторе на рабочем месте, а не вламываться в жилье и вешать на себя еще и кражу со взломом. Ничего подозрительного не обнаружилось. Видимо все дела мой бывший начальник предпочитал решать на работе и не заваливать личную жизнь ненужным хламом, как делали это многие другие люди.

Присев на одном из раненых бойцов со сломанной рукой, которого вывел из игры самым первым, я задал интересующий вопрос:

— Где Кирилл Антонович?

— Да пошел ты!

Мужчина уже стянул с головы балаклаву и теперь с презрением смотрел мне в глаза. Уже не знаю, что они там наговорили про мою личность, но явно ничего хорошего. По нему было видно, что ответа на поставленный вопрос я не дождусь. Остальных, значит, тоже можно и не спрашивать.

— А если так, — произнес я и вывернул руку в сторону.

Раздался хруст. Человек заорал, хватая сломанное место и стараясь ка можно дальше отползти от меня.

— Так что, умник, дальше будем его покрывать себе же во вред или все-таки образумимся?

Ответа не последовало. «Да-а, хорошо же им промыли мозги». Я в очередной раз взялся за руку…

— Стой, захрипел мужчина. — Его здесь нет!

— Ну так не дурак. Понял уже. Где искать?

— На выезде из города, почти у самой трассы есть обнесенный бетонным забором с колючей проволокой участок земли. Его еще можно распознать по усеянным там спутниковым тарелкам, размером с трейлер. Так вот под тем местом располагается секретное разведывательное управление. Хотя все источники утверждают, что это — гидрометстанция. Кирилл Антонович там.

Худший сценарий дальнейших действий оправдал мои опасения.

— Вот стоило из-за него приходить сюда.

Перешагнув через лежащие на полу тела, я вышел из квартиры, плотно закрыв за собой дверь. Вряд ли полиция быстро среагирует и примчится на место очередного преступления.

Выходила крайне печальная ситуация. Чтобы добраться до Кирилла и узнать местонахождение моих дочерей, придется лезть по самое горло в гадюшник, из которого очень сложно окажется выбраться. «Интересно, кто бы сомневался, что все выйдет просто? Изначально стоило о таком думать и разработать подходящий план».

Выйдя на улицу, я по ночному городу стал пробираться обратно. Квадракоптеры попадались редко. Возможно, они прочесывали окраины? Да какое до них дело? Нет их рядом — ну и ладушки. Мне же спокойнее, да и им не понадобиться собирать дрон по частям обратно после встречи со мной.

Звенящая вокруг тишина заставляла подумать о происходящих в городе изменениях. Из огня да в полымя. Чувствовал я себя отвратно. В тюрьме еще зарекался не прибегать к насилию, а вон как вышло. Дня не прошло после освобождения без нарушения данной себе клятвы. Что-то совсем у меня не выходила спокойная домашняя жизнь. Да и как она могла выйти? Дома нет. Семья нет. Жены нет. Детей нет. Никого нет. Вернее, дети есть, но чтобы добраться до них следовало напрочь забыть о размеренности времени и вспомнить кровавые расправы совершенные мной еще на службе в этом прогнившем государстве. Они сами выдрессировали меня сделав идеальную машину для убийства. Они сами заложили все эти умения и навыки, которыми я стараюсь пользоваться на все сто. Странная политики власть имеющих: вначале дать знания, потом избавиться не только от объекта, но и вещей его окружающих, а затем еще и удивляться «как это он посмел возмущаться и идти наперекор правительству и закону».

В гостиницу попал спустя два часа. Измотанный, в подавленном состоянии… я принял душ и завалился спать. Следующая ночь представлялась самой тяжелой. Следовало наконец-таки разыскать Кирилла и устроить допрос с пристрастиями, если бывший начальник окажется идти на сотрудничество.

День выдался сумбурным и долгим. До рассвета не удалось сомкнуть глаз. Когда же дело пошло на лад, какой-то кретин из соседнего номера притащился с группой девчонок и устроил им «разбор полетов» — пищали так, что думаю, слышалось на всех этажах. Когда они затихли, дело близилось к полудню. Пришлось вставать и завешивать окна тяжелыми массивными шторами. Только погрузив комнату во тьму, я одел на глаза, замеченную еще ранее повязку для отдыха и уже через несколько минут провалился в глубокий сон.

В очередной раз просмотрев свое оружие, я остановился на пистолетах. Мачете конечно хороши, но только не против сотни окопавшихся оперативников, которые к тому же будут ждать моего появления.