Колибри - Сандро Веронези

все, согласившись тем самым, что и он верит в историю с новым человеком. В конечном счете, сказал он себе, почему бы и нет? Должен ведь когда-нибудь прийти в этот мир новый человек откуда-нибудь, с какой-нибудь стороны? Он вспомнил стих Джованни делла Кроче, который процитировала Луиза в одном из своих давних прощальных писем (в каком-то одном, из многочисленных): «Чтобы прийти, куда не знаешь, ты должен пройти через то, что не представляешь». Марко Каррера не знал, куда он придет, и не имел ни малейшего представления, через что ему предстояло пройти, но любовь к дочери заставила его пройти и добраться. После этого все стало гораздо проще: сроки и их исполнение были предоставлены природе, неделя за неделей, и Марко Каррера должен был лишь найти правильную дистанцию между собой и тем, что происходило в теле его дочери. В его опыте была только беременность Марины, и он взял ее за целое, из которого методом вычитания мог извлекать подходящую случаю роль. Ходить с ней на приемы к врачу – да. На курсы молодых матерей – нет. Положить ей на живот руку, чтобы почувствовать, как шевелится ребенок, – да. Запретить ей в это время заниматься сёрфингом и скалолазанием – да. Освободить ее от всех хлопот по дому – да. Потворствовать капризам беременной женщины – нет. Амниоцентез[48] – нет (Адель была против). Узнать пол ребенка с помощью эхографии – нет (по той же причине). Никакого списка теннисистов, чтобы принять решение насчет имени (имя Адель было выбрано именно этим способом, победив в финале Лару, Марко бы предпочел его, поскольку даже выбрал специализацию в офтальмологии после «Доктора Живаго», хотя никому об этом не говорил), потому что имя было выбрано изначально. Решительное «да» за роды в воде в присутствии акушерки – некой Нормы – и в соответствующей структуре – больнице Благовещения Пресвятой Богородицы, также решительно выбранных Аделью; и посему никакой больницы «Кареджи», где тоже можно было рожать в воде и где Марко мог обеспечить дочери некоторые привилегии, и «да» тому факту, что в биографии Мирайдзин Карреры, Человека Будущего, в зависимости от степени географической точности, которую требовалось достичь, должно было бы быть написано «родился в Понте-а-Никкери», или «родился в Понте-а-Эмма», или с большей бюрократичностью «родился в Баньо-а-Риполи», на административной территории которого расположена выбранная больница.

Конечно, «да» тому, чтобы посвящать время и уделять внимание этому имени – Мирайдзин, его происхождению, относительно которого Адель могла полностью удовлетворить любопытство своего отца. Для начала – оно было составлено из кандзи 未 来 (транслитерированных по системе Хэпберна[49] в «mirai», «будущее, будущая жизнь», в свою очередь составленных из сочетания 未 – «еще нет» и 来 – «пришел»), а также 人 («jin», «мужчина, человек»). Получается – человек будущего. В северокитайском языке эти три кандзи становились wиilбi rйn, на кантонском mei lai jan, на корейском mirae in, но значение имели то же самое. Адель выудила это имя в японской манге под названием Miraijin Chaos, созданной великим Осаму Тэдзука, то есть тем, как понял Марко, кого считают «Богом манги». Он был кумиром дочери, а Марко даже не знал, кто это такой, – пробел, который Адель заполнила вдохновляющим рассказом о его богатой биографии. (Вот она, если кому-то интересно: 手塚 治虫, то есть Осаму Тэдзука, родился в городе Тоенака, в префектуре Осаки, в 1928 г. и был прямым потомком легендарного самурая Хаттори Хандзо – 1541–1596 – период Сэнгоку, с раннего детства влюбившимся в фильмы Диснея, которые он смотрел и пересматривал десятки раз – больше всего «Бемби», около восьмидесяти раз. Уже во втором классе увлекается рисованием комиксов, подписывая их псевдонимом «Осамуси», что означает «жужелица» и напоминает имя, данное ему при рождении, с которым он себя идентифицирует, уже тогда его персонажей отличает одна особенность, совершившая революцию в манге, то есть их «круглые глаза». Еще в детстве мальчик заболел редкой и мучительной болезнью – у него опухали руки, но он исцелился благодаря одному врачу, из-за чего сам захотел стать доктором. В 1944 г. в шестнадцатилетнем возрасте поступает работать на фабрику, чтобы быть полезным своей стране во время Второй мировой войны. В семнадцать лет, в то время как радиоактивные изотопы добивали выживших в Хиросиме и Нагасаки, публикует свои первые работы и поступает на медицинский факультет в Осаке; в восемнадцать лет добивается первых успехов, в особенности с публикацией Shin Takarajima, то есть «Нового острова сокровищ», по мотивам романа Роберта Луиса Стивенсона, и одновременно с этим Тэдзука продолжает занятия медициной. В двадцать один год – в 1949 г. – он публикует свой общепризнанный шедевр, научно-фантастическую трилогию Zenseiki [Lost World[50]], Metoroporisu [Metropolis[51]] и Kitarubeki Sekai [Next World[52]]; в двадцать три года получает медицинский диплом Университета Осаки и в то же время публикует Ambassador Atom[53], где впервые появляется Астробой, мальчик-робот, который станет самым известным его персонажем. В дальнейшем он начинает выпускать свои манги серийно, что стало первым шагом его неизбежного сближения с анимационным кино, и в то же время продолжает изучать медицину и защищает магистерскую диссертацию. В тридцать один год, в 1959 г., Тэдзука женится на Эцуко Окаде, девушке из своей префектуры, но с большим опозданием является на собственную свадьбу, так как срочно заканчивает работу, которую ожидает издатель. В тридцать два года переезжает с женой на окраину Токио, где возводит просторный дом-студию, что позволяет ему собрать под одной крышей семью, дав кров даже своим пожилым родителям. В тридцать три года, в 1961 году, защищает докторскую диссертацию о сперматогенезе, получает звание кандидата медицинских наук в Наре, древней столице Японии, расположенной на острове Хонсю, присутствует при рождении своего первого ребенка, Макото, и приступает к строительству рядом с домом первого комплекса помещений своей студии анимации Mushi Productions. Между тридцатью пятью и сорока годами, когда рождаются дочери Румико и Чиико, на небольшие средства своего независимого предприятия снимает для телевидения свою первую анимационную черно-белую мангу «Астробой» с декларацией, которая станет столь же знаменитой, как и ее автор: «Хорошая история может спасти плохую анимацию, но плохую историю не сумеет спасти даже превосходная анимация». Вскоре его учение проникает на Запад, где он становится известным, что приносит ему уважение и знакомство со многими знаменитостями: Уолт Дисней, с которым он встречается на Всемирной Нью-Йоркской выставке в 1964 г. и заручается его согласием на участие в так и не осуществленном научно-фантастическом проекте; Стэнли Кубрик предлагает ему стать художником-постановщиком фильма «2001-й год: Космическая одиссея», от чего он