Повод для беспокойства - Марк Хэддон

– Попроси направление к специалисту.

– Нет, только не это, – поморщился он.

Кэти чуть не сказала: «Дай посмотреть», но поняла, что это бестактно.

– Дело действительно в болезни? Или тебя гложет что-то другое?

Папа начал соскребать с одеяла пятнышко от джема.

– Кажется, я схожу с ума.

Снизу раздавался веселый визг Джейкоба, за которым гонялась по кухне бабушка.

– Может, тебе с кем-то поговорить?

– Твоя мать считает меня дураком. И она права.

– С психологом, – уточнила Кэти.

Папа посмотрел на нее отсутствующим взглядом.

– Доктор Бархутян кого-нибудь посоветует.

Папа продолжал смотреть сквозь Кэти. Она представила его в маленьком кабинетике с пачкой салфеток на столе напротив полного энтузиазма молодого мужчины в вязаной кофте и поняла, что он прав. Тем не менее быть жилеткой для папиных слез ей не хотелось.

– Тебе нужна помощь.

В кухне что-то грохнулось, раздался рев. Папа никак не отреагировал.

– Мне надо идти, – сказала Кэти.

Он и этого как будто не услышал.

– Я прожил жизнь зря, – тихо проговорил он.

– Ты прожил не зря, – возразила Кэти голосом, каким обычно разговаривала с Джейкобом.

– Твоя мать меня не любит. Я тридцать лет делал работу, которая ничего для меня не значила. А теперь… так больно… – Он заплакал.

– Пап, не надо.

– У меня на руке какие-то пятна.

– Что?

– Я не могу заставить себя посмотреть на них.

– Послушай, пап. – Кэти прижала ладони к вискам, чтобы сосредоточиться. – У тебя… тревожность, депрессия… что угодно… Мама здесь ни при чем. И работа тоже. Это все в голове.

– Прости. Не надо было ничего говорить, – пробормотал папа.

– Господи! У тебя прекрасный дом, деньги, машина. Человек, который о тебе заботится… – Кэти разозлилась. Эту злость она приберегала для Рэя, но теперь уже не могла остановиться. – Ты живешь не зря. Хватит нести чушь.

Она не разговаривала с отцом в таком тоне уже лет десять. Надо срочно уходить.

– Я иногда начинаю задыхаться. – Отец даже не пытался вытереть слезы. – Меня прошибает пот, и я понимаю, что вот-вот случится что-то ужасное, только не знаю, что именно.

Кэти вспомнила. Тогда, во время ланча, он выбежал и сел в патио. Вопли Джейкоба внизу утихли.

– Это панические атаки, они у всех бывают. Ну, может, не у всех, но у многих. Ты не странный. Не особенный. Не сумасшедший. Существуют лекарства. Это можно исправить. – Ее слегка встревожил тон собственного голоса. – Тебе надо обратиться за помощью. Не только ради себя. Надо что-то делать. Нельзя быть таким эгоистом.

Кажется, она отклонилась от темы.

– Может, ты и права, – признал папа.

– Какое еще «может»? Я поговорю с мамой, она все устроит.

– Ладно.

Опять, как тогда в патио. Кэти испугала его безропотность. Отец напомнил ей немощных стариков с плохо выбритыми лицами, медленно передвигающихся по больничным коридорам с мешочками мочи на специальных тележках.

– Ладно, я пойду.

– Давай.

Ей захотелось обнять его, но это было бы уже чересчур.

– Принести тебе кофе?

– Спасибо, у меня тут запас.

– Веди себя прилично, – велела Кэти с комедийным шотландским акцентом, облегченно вздохнула и закрыла за собой дверь.

На кухне она застала идиллическую картину: бабушка кормила сидящего у нее на коленях Джейкоба шоколадным мороженым прямо из коробки. Очевидно, оно дополняло шоколадно-апельсиновое печенье в качестве анестезии.

– Ну что, как там папа? – бодрым голосом поинтересовалась мама.

Кэти всегда удивляла полная неспособность пожилых людей нормально общаться друг с другом.

– Ему нужна помощь.

– А ему ты об этом говорила?

– Да, – сказала Кэти.

– У меня шишка, – встрял Джейкоб.

Она наклонилась и обняла сына. У него даже брови были в мороженом.

– Надеюсь, ты поняла, – заметила мама, – что уговорить твоего отца что-то сделать – невозможно.

Джейкоб вырвался и начал рыться в своем рюкзаке с Бэтменом.

– А ты не уговаривай. Просто делай. Поговори с доктором Бархутяном. Отвези папу в поликлинику или попроси врача приехать домой. Делай что-то.

Мама стала закипать. Джейкоб тем временем зажал в липких пальцах кассету с «Незабываемым Рождеством» и направился в коридор.

– Ты куда собрался, медвежонок?

– Смотреть «Боба-строителя» с дедушкой.

– Плохая идея.

На лице Джейкоба отразилось отчаяние.

Может, пусть идет? У папы всего лишь депрессия. Он не выжил из ума и не глотает лампочки. Пусть пообщается с внуком.

– Ну, иди. Только веди себя хорошо. Дедушка очень устал.

– Ладно, – кивнул Джейкоб.

– И еще… – вспомнила она.

– Что?

– Не спрашивай у дедушки, умирает ли он.

– Почему?

– Это невежливо.

– Ладно. – Джейкоб посеменил к лестнице.

Кэти повернулась к маме:

– Послушай, я серьезно. Насчет папы…

Она думала, что мама возмутится и посоветует ей не лезть не в свое дело, однако та молчала.

– У него депрессия.

– Я уже поняла, – сухо ответила мама.

– Я просто хочу сказать… – Кэти понизила голос. – Пожалуйста, отвези его к врачу. Или пригласи доктора сюда. Это само не пройдет. У нас скоро свадьба, и…

Мама вздохнула и потрясла головой:

– Ты права. Мы не допустим, чтобы он делал из себя идиота.

51

Мел Гибсон висел на цепи в подвале, а какой-то китаец стегал его проводами. Джордж увлекся, и когда раздался стук в дверь, подумал, что Кэти уже вызвала доктора Бархутяна. Однако это был Джейкоб.

– Я хочу посмотреть свою кассету, – заявил он.

Джордж нащупал пульт.

– А что за кассета?

Гибсон издал душераздирающий стон и исчез.

– Про строителя Боба.

– Хорошо. – Джордж вспомнил последний визит Джейкоба. – А папа с тобой?

– Папа Рэй или папа Грэм? – уточнил Джейкоб.

Джордж испытал легкое головокружение.

– А что, и Грэм здесь? – Он уже ничему не удивлялся.

– Нет. И папы Рэя тоже нет. Он ушел… ушел и не вернулся.

– Ясно, – сказал Джордж, хотя ничего не понял. Лучше не спрашивать.

– Что там у тебя?

– Можно я посмотрю про Боба?

– Да, конечно.

Джейкоб со знанием дела извлек «Смертельное оружие», вставил свою кассету и нажал на кнопку перемотки.

Молодежь захватывает мир. Они с младенчества разбираются в технике. Вот так просыпаешься однажды утром и в полной мере осознаешь – детсадовцы понимают в технике лучше тебя, ты по сравнению с ними – пещерный человек.

Промотав рекламу, мальчик нажал «стоп» и залез к Джорджу на кровать. На сей раз от него пахло гораздо приятнее: ванилью и шоколадом. Поняв, что Джейкоб не намерен приставать к нему с разговорами о панических атаках и психологах, Джордж приободрился. Интересно, дети сходят с ума? По-настоящему, не так, как умственно отсталая девочка Хендерсонов? Наверное, им не с чего сходить, пока не дорастут до университета.

– Нажми запуск, – укоризненно посмотрел на него Джейкоб.

Джордж повиновался.

– Прости.

Заиграла веселая музыка.