Дедушка, не спи! - Евгений Башкарев

— Я не х-хочу к нему идти, — честно признался он. — И у меня в груди к-колит.

— Если бы он хотел поговорить о пожаре, почему он отправляет меня домой?

Миша сел на кровать, так и не хлебнув ни глотка чая.

— Кипятильнику конец.

— Черт с ним. Я принесу новый, — отмахнулся я. — Если хочешь, я могу зайти с тобой и постоять там.

— Нет. Он отпустил тебя, значит, хотел говорить только со мной.

— Ты уверен?

— Да, — сказал Миша, все так же скучно разглядывая стену. — Иди. Увидимся завтра.

Я пожал плечами и принялся собираться. А Миша забрался на голый матрац, где до него спали Олег и Сантист. Уже тогда мне показалось это странным, но Миша улегся на пустую кровать и закрыл глаза. Он не хотел никого видеть, и в тот момент мне показалось, будто он лег в гроб. Настолько ярко освещалась губительная энергия этого места. Вскоре я вышел из кубрика, напоследок окинув его скучный, но прибранный вид.

По дороге домой, я подумал, что отец не просто так звал меня к ужину. Он хотел, чтобы я все объяснил. И я не собирался ничего скрывать. Я хотел выложить, все как есть, чтобы он понял, за что меня накажут, и решил сам, сколько в этом моей вины. С тех пор, как мертвые тела вынесли из казармы, прошло много часов, но только сейчас я подумал о себе. Что со мной будет? Академии конец? Все, куда я стремился, обрушилось в одночасье. Куда стремиться теперь?

Я шел, низко опустив голову. Прохожие бросали на меня серые взгляды. Время тянулось, в груди сидела боль, хмурая стена вечерних сумерек опускалась на город. Я полз около часа и когда дом Марины, показался внизу крутого спуска, подумал, что эту дорогу запомню навсегда. Маленький магазинчик справа, слева остановка маршруток, а впереди улица маленьких домиков. Подул ветер, и, подчиняясь его движению, я побрел вниз. Объяснятся отцу.

Глава 16

Конец движется

Я брел по пустынному пляжу, вглядываясь в линию горизонта, где синее море соединялось с алым закатом. Под ногами лежал песок, и даже яркие блики солнца не могли скрыть его белизну. Песок был настолько мягким, что казалось, будто под ногами лежит облако ваты, и только море, накатывающее на берег, заставляло его тяжелеть, наливаться водой и уноситься прочь вместе с волнами.

Я был здесь раньше, и знал, что красота этого места обманчива, а первозданная природа, которая насыщала каждый краешек земли, хранила в себе страшные тайны. Я шел вперед, стараясь не попадаться навстречу набегающим волнам. И тут на плечо легла рука…

— Тебе здесь не место! — я обернулся и увидел человекоподное существо.

Оно походило на глиняную статую, уже порядком потрепанную ветром и морской водой. Его нос был сколот и топорщился, как откусанная морковь. Рот раскрывался, точно две половины речного моста. Глазницы напоминали дыры в земле, а лицо черными полосами пересекало подобие кровеносных сосудов.

Я сбросил его руку и отшатнулся.

Переваливаясь с боку на бок, существо сделало несколько шагов в мою сторону. Ноги его не гнулись, и ему приходилось подволакивать одну ступню за другой.

— Тебе здесь не место! — прорычало оно. — Убирайся! Ты должен быть там!

Я попятился от него и случайно наскочил на волну. Вода была маслянистой и такой густой, что мои ноги тут же поволокло в море. Я подпрыгнул и высвободился. Море издало звук, похожий на клик чайки. Существо попятилось назад. Я подумал, что оно боится волн не меньше, чем хочет выгнать меня с пляжа.

«Конец движется», — пробормотало существо, указывая в море.

Я почувствовал, как проваливаюсь в песок. Ноги ушли по голень, затем по колено. Не в силах вырваться, я закричал. Существо заворожено смотрело в море, словно меня не существовало. Вскоре песок поглотил все вокруг, оставив во мне лишь одну фразу: «Конец движется». Жар сменился холодом.

— Эй, парень, — окликнул меня кто-то. — Смотри не свались. Тут высоко.

Я посмотрел вниз и увидел зияющую пропасть, под которой был старый потрескавшийся асфальт. От страха я потерял равновесие и замахал руками. Ветер дунул в обратную сторону и столкнул меня с парапета на крышу.

— Круто, да!

Я различил фигуру мальчишки. Он сидел в нескольких метрах от накренившейся антенны.

— Хотел бы прыгнуть отсюда?

Я открыл рот, и выпустил огромный мыльный пузырь. Пузырь блеснул в лунном свете и полетел ввысь. «Черт! А красиво!» — подумал я, наблюдая, как пузырь переливается цветами радуги и разбухает, будто кто-то накачивал его через невидимый ниппель.

— Эй! — мальчишка спрыгнул с парапета и направился ко мне. — Если не хочешь прыгать, вали отсюда! Последний раз предупреждаю!

И тут он направился ко мне. Я открыл рот и выпустил еще один пузырь. Мальчишка приближался, и почему-то у меня не оставалось сомнения, что он скинет меня с крыши, вне зависимости хочу я этого или нет. Я не видел его лица, но мне чудилось, что оно совсем не такое радостное, как у старшины Юры, когда тот расписывал наряд.

Но вдруг мальчишка остановился.

— Ты же друг Миши, — прошептал он и наклонился ко мне.

Я дважды услышал, как он вдыхает воздух, а потом, шаркая по старой бетонной крыше, отходит назад.

— Почему ты здесь? — спохватился он. — Почему ты здесь, ведь ты должен быть там!

«Где, там, черт бы вас всех побрал!» — я почувствовал, как вес тела проваливается сквозь перекрытие, словно бетон превратился в зыбкое болото. На секунду меня охватила темнота и головная боль. Я зажал рот, чтобы не выпустить еще один пузырь и приземлился