Прости… - Галина Сергеевна Перун

Недалеко от деревни, на поле, круглым пятачком находилось местное кладбище, только узкая дорожка связывала это мрачное место с внешним миром. Под многолетними зелёными елями нашли здесь своё последнее пристанище жители близлежащих деревень. Даша приблизилась к этой мирно дремлющей вечным сном, пугающей обители. Тело почувствовало ледяную прохладу тени — даже в самые жарки дни, лучи солнца не могли пробиться сюда, сквозь густые кроны деревьев.

Даша была здесь лишь один раз, в день похорон матери. Она плохо помнила всё, что происходило тогда. Сейчас медленно двигаясь мимо покосившихся крестов и оград, она пристально всматривалась в застывшие лица незнакомых людей, вздрагивая при малейшем шорохе. Пройдя по аллее через всё кладбище, она так и не заметила нужной надписи. Это было неудивительно, ведь Даша точно не знала, в каком именно месте находиться могилка, тем более что всё здесь было ужасно запущено. Между рядами рос малинник и крапива, прошлогодние опавшие листья лежали серым грязным ковром и неприятно шуршали под ногами. Девочка закрыла глаза и попыталась мысленно вернуться в тот день. Вдруг она вспомнила: зелёные ели, и деревья с густыми кронами там не росли. Могилка находилась совсем рядом с деревянным забором. Девочка осмотрелась, в противоположной стороне от входа виднелся просвет. Она направилась туда. Судя по свежему жёлтому песку, сельчане именно здесь хоронили близких людей в последнее время. Место здесь действительно открытое и солнечное. Совсем рядом, за оградой благоухали какие-то цветы, ветер доносил сладковатый запах. Там за чертой кладбища жизнь шла своим чередом, росли деревья, пели птицы, светило солнце. Здесь царила немая тишина, пугающая своим молчанием.

Девочка подошла к могиле и сразу заметила, знакомую старую фотографию. Снимок был немного пожелтевший, наверно ещё со студенческих времён. На нём мать улыбалась и была совсем ещё юной. Что-то больно кольнуло в сердце. Не хотелось верить в действительность. Неужели самый любимый и дорогой человек, нашёл здесь своё последнее пристанище. До тех пор пока Даша не увидела всё своими глазами, в душе было чувство, что мать жива и где-то совсем рядом. Сейчас, девочка смотрела на этот заросший сорняками уголок, и ей было обидно, что самый близкий человек покоится в этом заброшенном месте. Почему так коротка людская память и преданность. Судя по высокой траве и беспорядочно валявшимся сучьям, здесь в ближайшее время, ничья нога не ступала. Рядом была ещё одна такая не ухоженная могила. Даша решила привести всё в порядок, заодно убрать и по соседству. Недалеко валялась самодельная метла. Девочка приступила к работе. Когда с травой и мусором было покончено, она разогнулась и решила посмотреть, чья же могилка рядом. Возле креста росла молодая берёзка, её листья мешали рассмотреть фотографию. Только виднелся край надписи на табличке. Даша прочла — Лебедев Владимир. На долю секунды от волнения перестала дышать. Бросилась и согнула ветку: — папа! — сорвалось с губ. Волна жара обдала с головы до ног. С фотографии улыбаясь, на неё, смотрел отец. Даша выронила из рук метлу и присела. Она не могла поверить в происходящее, перечитала надпись ещё раз. Нет, сомнений быть не может. Внизу стояла дата смерти. Получается, он умер в тот день, когда Алевтина отвезла её в школу-интернат. Вот почему всё это время он не приезжал к ней!

Даша вернулась в город к вечеру. Куда-то бежать смысла теперь не было. Тем же путём она проникла на территорию интерната и незаметно поднялась к себе в комнату. Уткнувшись в подушку, она долго плакала пока, не уснула.

Глава 3

Новая жизнь

Ирина подёргала дверную ручку. Закрыто. Значит, Серёжи ещё нет дома. Она достала ключи и вставила их в замок. Не успела повернуть, как сзади хлопнула дверь. И раздался голос соседки по этажу.

— Ирина, здравствуйте! А я вот жду вас. Представляете, захотелось мне спечь кекс, немного себя побаловать, а сахар в доме закончился.

— Здравствуйте, — ответила Ирина и посмотрела на часы. — Вы меня, что из-за сахара ждёте? — добавила она немного раздражённо.

— Нет, нет! Вы не подумайте! Я сахар бы уже давно купила, просто смотрю, а рецепт то потерялся! Вот куда-то засунула его и не помню.

— Вам рецепт нужен? — замок, наконец, поддался, дверь открылась. Ирина посмотрела на пол в прихожей — ботинок не было. Серёжа действительно где-то задерживается. Настроение немного угасло. Да ещё эта навязчивая старуха прицепилась. Сейчас зайдёт «на минуточку», а потом не избавишься от неё. — Хорошо, я вам новый дам, только не теряйте больше. — Она жестом пригласила соседку пройти.

— Теперь уж точно сохраню. И сахарку тогда немножечко, мне насыпь, сколько там по рецепту-то нужно, — обрадованная приглашением женщина быстро проскользнула в открытую дверь, пока хозяйка не передумала. — Смотрю вот на вас с Серёжей, вы такие молодцы! Квартиру сумели получить, обставили её не плохо. Дочь у вас такая красавица и вежливая очень, всё время здоровается. Сразу видно, хорошее воспитание, не то, что у некоторых.

— У вас же тоже квартира есть. К тому же, не две комнаты, как у нас, а целых три. Вы одни живёте. Чему завидовать?

— Ой, Иринушка! Знали бы вы, сколько пришлось мне по коммуналкам, в своё время побегать. Только вот к старости и поживу хорошо. А вы молодые, ещё вся жизнь впереди. Дети в нормальных условиях расти будут. Вот Катьке уже шесть лет, можно и второго родить.

— Вот рецепт, вот сахар! — протянула Ирина старухе, ясно давая намёк, что на этом разговор окончен.

Обиженная женщина покинула квартиру. Странная эта учительница! Вроде бы ничего такого и не сказала, а она обиделась, — пожала плечами соседка.

Ирина достала из потайного кармана своей сумочки сигареты и вышла на балкон.

Она старалась курить, как можно реже, каждый раз, себе обещая, что это последняя пачка. Но не так легко было избавиться от дурной привычки. Обычно после занятий в школе, она забегала в небольшой скверик по соседству с их домом и присев на отдалённой скамеечке, делала несколько упоительных затяжек сизого дыма. На душе немного становилось легче, нервы успокаивались. В квартире такое удовольствие, она себе позволяла только в исключительных случаях, когда была одна.