Мелодия опавших листьев - Рина Райт

Глава 19

За день до

Алекса неуверенно мялась на пороге знакомого дома с Мартином в тесной переноске и небольшой спортивной сумкой на боку. Лобо с довольной мордой здоровался сквозь решетку с другом.

– И это все твои вещи? – Паркер изумленно рассматривал скромный багаж.

– Там лоток Мартина не поместился, я за ним еще раз съезжу… – Алекса смущенно отодвинула сумку за спину. – Если что, могу что-то домой забрать.

– Я имею в виду, что это очень мало, – примирительно поднял руки Паркер. – Ты как на ночевку пришла.

– Мне хватит. – Алекса заправила прядь волос за ухо.

Рекомендации доктора не заканчивались на том, что должен или не должен делать Паркер, они включали и постоянный присмотр. Половина дня на сборы, половина на борьбу за отпуск на работе – и вот Алекса, растрепанная, в растянутых спортивных штанах, домашней майке и пальто, стояла на пороге дома Паркера, сжимая переноску с котом до побелевших костяшек и пряча скромный багаж за спину. Она не решалась проходить, переминалась с ноги на ногу, кусая губы и пряча глаза, будто впервые оказалась у Паркера.

– Ты долго стоять в дверях будешь? – словно не замечая неловкости, спросил парень, забирая переноску.

– А? Да, прости, просто мне неловко… – Алекса сильнее сжала ручку сумки. – Прости, что придется тебя потеснить.

– Что ты, Алекса, – Паркер приоткрыл дверцу переноски, выпуская недовольного Мартина, – с доктором спорить нельзя, надо так надо.

– Я думала, что под «присмотром» доктор Коллинз подразумевал нечто иное. – Алекса сморщила нос. – Знаешь, типа приходить поливать цветы.

– Хочешь сказать, я – комнатное растение? – Паркер вплотную подошел к гостье и приподнял пальцами ее подбородок, выдыхая раскаленный воздух ей в губы. – Вроде фикуса?

– Дай подумать, – улыбнулась Алекса, потянувшись к его губам. – Фикус не приготовит божественный ужин, так что нет. Ни в коем случае.

В нежном, почти невинном поцелуе сгорали все дни разлуки. Задыхаясь от удовольствия, Алекса нырнула в объятия Паркера. Где-то над ухом раздалось «Я так соскучился», теплой хрипотцой растворяясь в тишине прихожей.

С кухни послышался резкий грохот стекла, заставив Паркера вздрогнуть. Алекса же лишь прикрыла глаза, проклиная идею о переезде Мартина.

– Надеюсь, это что-то, что я смогу оплатить хотя бы с пары зарплат?..

– Это была кружка со стола, – вздохнул Паркер, – из магазина с тыквами.

– Тогда завтра куплю тебе новую, – прикрывая пунцовый стыд, улыбнулась Алекса и шепотом добавила: – Прости…

– Прелести жизни с пушистым демоном. – Паркер приобнял ее за плечи, подталкивая вперед. – Не переживай, это все мелочи. Главное, вы здесь, рядом. Если рядом человек, который делает тебя счастливым, количество разбитых кружек не имеет значения.

В груди Алексы распустился пламенный цветок, приятно обжигая ребра и выступая румянцем на щеках. Тепло медленно, ласковыми волнами разливалось по телу, но Алекса взяла себя в руки ради возражения:

– Но за кружкой все равно сходим.

– Сходим, – коротко кивнул Паркер. – Завтра утром и сходим.

– А если это?

Алекса потянулась за очередным карнавальным костюмом в пластиковом пакете с ярким блистером, на котором в полный рост позировал молодой человек в образе персонажа ужастика.

– Я даже персонажа не знаю, кто это? Кукла из стремного антикварного магазинчика с паранормальщиной? – покачал головой Паркер.

– Вообще-то, это кукла Чаки, – закатила глаза Алекса. – Ладно, давай начнем с того, что ты знаешь?

– Я не то чтобы в теме, – Паркер снял с крючка еще один костюм, – но этот выглядит забавно.

Он протянул костюм Пеннивайза. Белые оборки мертвой тканью лежали под упаковкой, не имея твердого каркаса, а красные помпоны смялись, потеряв форму. Алекса сморщилась и повесила костюм на место.

– Был бы он покачественнее, да и банально это уже.

Она пробежала глазами по прилавку, забитому костюмами известных персонажей. Ничего толкового так и не попалось. Взгляд упал на глубокую тележку супермаркета. В голове промелькнула шальная мысль собрать костюм самостоятельно. Да, выбор готовых образов широк, но с героями они не определились, а это только усложняло задачу.

– А что, если это? – обратил ее внимание Паркер.

На упаковке костюма девушка в свадебном платье с синими цветочками по краю корсета и разрезом на боку, с торчащими ребрами игриво оттягивала фату. Крупными буквами на блистере имя режиссера значилось раньше названия мультфильма.

Алекса загорелась идеей и восторженно вздохнула.

– Это или неудачное предложение руки и сердца, или отличная идея для парного костюма на Хэллоуин. – Она с головой зарылась в разноцветные товары в поисках пары к костюму мертвой невесты, пока наконец не вынырнула, победно сжимая заветный пакетик. – Нам нужен грим, немного косметики и… адекватный костюм Виктора. Этот, – Алекса вгляделась в костюм и вернула его на витрину, – ни о чем. А ты хоть мультик этот знаешь?

– Честно признаться, я думал, это просто зомби-невеста…

– То есть все-таки предложение? – рассмеялась Алекса.

Остальные покупки из целого списка, составленного на скорую руку в заметках телефона, падали на дно наполняющейся тележки под подробнейший пересказ мультфильма, персонажами которого Паркер и Алекса планировали стать на Хэллоуин.

В преддверии праздника дом Паркера превратился в личную творческую мастерскую Алексы. Она всю ночь просидела в гостиной, окруженная неприступными стражами – Лобо и Мартин растянулись на полу рядом, – соединяя косточки, составляя из них подобие рук скелетов, дорисовывая мох и надписи «RIP»[14] на овальных камнях, распутывая бутафорскую паутину.

Утром, за день до праздника, Алекса взяла в оборот Лобо, вкусностями подговаривая пса раскапывать небольшие ямки. Паркер сидел на террасе, поскольку Алекса запретила ему даже приближаться хоть к какому-то физическому труду, пил утренний кофе и неотрывно наблюдал за происходящим на участке.

Растянутые спортивки Алексы покрылись мелкими веточками, зелеными следами травы и комочками земли, в которой также были перепачканы ее руки, щека и даже лоб. Но сильнее всего выделялся блеск ее ясных серых глаз. Ее восторг и похвалы Лобо, раскопавшего очередную ямку, отражались широкой улыбкой на лице. Алекса усердно расставляла жуткие украшения по двору, время от времени отходя к дороге и критично оглядывая общую картину. Она смешно морщилась, когда что-то не получалось, или радостно закусывала нижнюю губу, когда очередная костлявая рука оказывалась на своем месте – будто разрывая землю небольших могил.

Закопав добрую дюжину «оживших мертвецов» на участке Паркера, Алекса подбежала к нему с гордым блеском в глазах.

– Лестница есть? – чуть задыхаясь, спросила она.

– Что ты задумала? – прищурился Паркер, отставляя кружку с остатками кофе на пол.

– Я вчера размотала несколько метров паутины, – завороженно поделилась она. – Хочу на доме развесить.

– Мне попробовать тебя остановить или ты уже все решила? – дожидаться ответа не стоило, решимость горела ореолом вокруг нее. – Ладно, позволь хотя бы помочь.

– С домом я справлюсь, а вот с тебя тыквенный и яблочный пироги, – вздернула подбородок Алекса.

– О, ты признала тыкву?

– В пироге, который приготовишь ты? Конечно!

Глава 20

Канун Дня Всех Святых

Хэллоуин. Дети в костюмах, страшные истории, рассказанные в свете фонариков, праздничные колядки с девизом «Сладость или гадость» – из этого состоял праздник. Ежегодно последний день октября погружал Джексонвилл в жутковатую атмосферу, превращая его в типичный пригород из фильмов и сериалов с духом одноэтажной Америки.

Кто-то наряжался в костюмы из супермаркетов просто ради бесплатных сладостей, кто-то ответственно подходил к выбору образа, а кто-то выставлял вазочку самых дешевых конфет у дверей, чтобы его не тревожили. Традиции у всех были разные, но людей объединял сам праздник.

Алекса и Эмбер обычно оставляли конфеты у дверей квартиры и притворялись, что никого нет дома, смотря фильмы ужасов среднего качества. Этот день не был чем-то особенным, рабочие смены никто не отменял, Алексе просто удавалось ежегодно ставить выходной на тридцать первое число, чтобы не утонуть в потоке гостей. Но именно эта осень и этот Хэллоуин отличались.

В них был Паркер. Он вдохнул новую жизнь в праздник, обратил в сказку нелюбимое время года.

Погода, будто даря подарок, радовала с самого утра.