(Не)служебный роман - Лана Мур

Прикоснулся и тут же оттолкнул. Наверное, Марина сейчас чувствует себя обманутой. А я? Я чувствую себя полной свиньей.

Занятый размышлениями, я не заметил, что мы уже у бизнес-центра, и чуть не въехал в стеклянный вход. Резко вдавил педаль тормоза. Марина вскрикнула и уперлась руками в бардачок, чуть не вылетев через лобовое окно.

— Извини, задумался, — стараясь, чтобы голос звучал ровно, сказал я.

Марина молча кивнула и, открыв дверь, соскользнула с сиденья.

Глава 45. Марина и Алиса

Итак, Вадим указал мне на мое место, что в общем-то ожидаемо, и во время поездки я старалась лишний раз не напоминать о себе. А войдя в кабинет, сразу же погрузилась в эскизы с головой.

Прятаться в работе от проблем, такой себе выход, но другого у меня нет.

А мысли сами собой возвращались к Вадиму. Если я отрисовывала ворот, то вспоминала его шею, рукава — перед глазами сразу всплывали руки. И мозг сам собой искал варианты кроя. Чтобы подать их наиболее выгодно.

Иногда спохватывалась: «Что я творю?!» Но, оценив результат, понимала, что получается очень даже неплохо.

Подходили девочки, чтобы уточнить ту или иную деталь, подходящий аксессуар, сочетание цветов и рисунков, но в общем-то они мне не мешали витать в полувоспоминаниях-полумечтах.

Подняла голову от планшета и оторопела — в мой аквариум стремительно вошел Вадим.

Стащил и отбросил пиджак, ослабил галстук и расстегнул верхние пуговицы сорочки так, что стала видна впадинка у горла и то, как бешено бьется пульс.

Что он делает? Ведь девчонки в кабинете! Глянула на стеклянную стену — никого. Куда же все делись? Неужели убежали на обед?

А Вадим уже расстегнул манжеты и закатал рукава до локтя.

Боже! Опять эти руки. Сильные, напряженные, перевитые вздувшимися венами.

Я с трудом отвела от них взгляд и посмотрела Вадиму в лицо. Плотно сжатые губы, перекатывающиеся желваки и сосредоточенные, горящие исступлением глаза.

Что сейчас будет!

Сердце пропустило удар, а потом бешено забилось о ребра, словно хотело вырваться на свободу.

В несколько широких шагов Вадим приблизился, сдернул меня с кресла и усадил на стол.

Я чувствовала жар его кожи через тонкий хлопок сорочки, настойчивость забравшихся под юбку ладоней, жесткую требовательность сжимающих бедра пальцев и властные прикосновения требующих подчинения губ.

И я подчинилась. Зарывшись пальцами в густые волосы, открылась поцелую. Он был порывистый и жадный, с горчинкой недавно выпитого кофе или осевших на губах недавних слов.

От громкого и резкого звука вздрогнула и моргнула — я по прежнему сидела в кресле за столом и водила стилусом по планшету, а у дверей, хлопнув так, что задребезжали стекла, стояла Алиска.

Сегодня она казалась какой-то другой — вместо любимых ею пышных юбок, бедра Алиски обтягивало что-то невероятно узкое. Настолько, что можно было рассмотреть границу белья на… км… не совсем идеальных бедрах. Теперь понятно, почему она всегда их скрывала, но что случилось сейчас? Узкий пиджак едва сходился и единственная пуговица, казалось, сейчас отлетит. Причем, судя по настрою Алиски, отлетит прямо мне в лоб.

— Я тебя для чего сюда привела? — сверкая глазами, прошипела она. — Чтобы мы помогли друг другу или чтобы ты из меня дуру делала? — на последних словах шипение повысилось почти до визга, и подруга с размаху швырнула мне на стол глянцевый журнал.

Ругаться сейчас совсем не кстати и, стараясь сохранить спокойствие и не реагировать на выходку Алиски, я придвинула его к себе.

На обложке реклама обзора вчерашнего показа. В чем здесь криминал? Пролистала дальше. Фото моделей, интервью с директором и дизайнером — все еще ничего сверхъестественного. А вот дальше пошли фото приглашенных на показ. И наша с Вадимом фотография в том числе. Убиться, не помню, когда он меня так обнимал.

— Ничего я не пытаюсь из тебя сделать, — я оттолкнула глянцевую макулатуру. — Это исключительно твоя инициатива. Ты что, из-за этого завелась? — кивнула на все еще раскрытую страницу. Кстати, неплохая фотка получилась. — Директор и дизайнер, создающий коллекцию. Что здесь необычного? — я пожала плечами, словно это и вправду ничего не значило. — А теперь скажи, сколько сотрудников видело тебя в таком состоянии?

— Какая разница сколько? — Алиска продолжала прожигать меня сверкающим от злости взглядом. — Ты спроси сколько сотрудников видело эту фотку! Причем моей с Вадимом нет ни одной. А я все-таки не последний человек в компании!

Я снова пожала плечами. А что еще могла сказать? Не в том я была тогда состоянии, чтобы вести Вадима за ручку фотографироваться с Алиской.

— И спроси сколько сотрудников сегодня видело, что он пришел в том же костюме, что и вчера. Ты закрылась здесь в своем творческом мирке и ничего не хочешь знать! А я все вижу и слышу!

— Каждый слышит то, что хочет услышать, — пробормотала я.

— Что ты там говоришь? — Алиска оперлась о стол и нависла надо мной.

— Ничего, — качнула я головой.

— И все поголовно сотрудники хихикают, что он провел ночь не дома. А мне примеривают развесистые рога!

— Если бы ты не бегала и не орала, как ошпаренная кошка, они вполне могли бы подумать, что он провел ночь у тебя, — не поддаваясь на визги подруги, спокойно возразила я.

Кажется, ослепленная ревностью Алиска в первый раз задумалась о такой возможности и с клацаньем захлопнула выкрашенный бордовой помадой рот. Но не надолго, и вскоре снова вспылила.

— Нечего заговаривать мне зубы! Какое мне дело, что думают эти бездельники?

Я онемела от такой резкой смены приоритетов.

— Он же провел ночь с тобой? Не отпирайся! Его никто не видел после того, как ты ушла с показа! Не думала, что ты окажешься такой неблагодарной сучкой.

Глава 46. Марина. Озарение

Вот это уже перебор. Хлопнув ладонями по столу, я поднялась и постаралась сравняться ростом с Алиской.

— Знаешь, подружка, ты берега-то не теряй.

Не знаю, что бы произошло, начни я тоже визжать, но холодность моего тона несколько остудили запал Алиски. И она даже на шаг отступила от стола.

— Я действительно ушла с Вадимом, — начала я, но Алиска не дала продолжить.

— Я знала! — прищурившись, она подступила ко мне и, казалось, была готова вцепиться в волосы.

— Я почувствовала себя плохо, — с нажимом, чтобы сбить ее агрессию, продолжала я. — И Вадим подвез меня домой. Это все.

Если я соврала фактически, то