Отмщение - Иван Шевырёв

Обернувшись, я украдкой увидел, что Димин обрез лежал на полу, а сам он уже доставал пистолет из кобуры на ноге. Мы с ним встретились глазами. Он начал целиться, – и я тут же отвернулся, ускорив бег. Послышался выстрел. Второй. Третий. После четвертого я услышал шлепок об пол и повернул голову в сторону шума. Недалеко от меня лежал Никита. Ему прилетело в бедро. Я, теряясь в пространстве, не думая, отпустил руку Нели, побежал к Никите и стал поднимать. Неля помогала мне. Пули пролетали мимо нас. Никита одной рукой ухватился за мою шею, другой оперся на плечо Нели. Втроем так мы и побежали. С Никитой, который прыгал на одной ноге. Я вновь обернулся, чтобы увидеть, как далеко от нас Дима. К моему удивлению, хоть он и с легкостью мог нас догнать, он спокойно шагал, словно бы контролировал ситуацию.

– Почему ты не ушел, Данил? Остановись. Я хочу поговорить! – вдруг выкрикнул он; я не ответил.

Вскоре мы втроем укрылись в старом туалете на втором этаже. До первого дошагать не получилось. Неля помогла мне аккуратно посадить Никиту на пол, а после мы сели рядом. И хоть пол этот был грязным и в обыденное время мы бы никогда на нем не оказались, но в тот миг нас слабо волновала чистота.

– Надо перевязать ногу. – кривясь, прошептал Никита. – Ремень обвязать туго чуть выше раны. На сантиметров десять-пятнадцать. Импровизированный… жгут.

– Хорошо-хорошо. Давай с тебя снимем ремень. Он только у тебя есть. У меня вот… – я схватился за подтяжки, стараясь улыбаться, чтобы Никита легче воспринимал свое ранение.

– Снимай.

– Дай мне, я умею. – Неля протянула руку.

– Откуда? – спросил я.

– Родители. Папа настаивал, чтобы я шла медиком. Учил меня разному. Потому и умею. –она забрала у меня из рук ремень, который я только снял с брюк Никиты и стала накладывать импровизированный жгут.

– А… Поэтому ты так взяла ситуацию в руки, когда Никита растерялся с Романычем… Теперь понятно, – мой рот приоткрылся, как бы от изумления.

– Именно. Когда я поняла, что Никите нужна помощь, тогда и начала действовать. Хоть как-то.

– На тебе бы шикарно смотрелась врачебная форма. – для чего-то сказанул я.

– Папа также думал. Потому мы много ссорились… Ты лучше скажи, почему Дима хотел с тобой поговорить? Что значат его слова?

– Я не знаю… Он пытался со мной сдружиться до сегодняшнего дня, а уже сегодня, увидев меня, не застрелил, а сказал, чтобы я убирался. Это когда я бежал в актовый произошло.

– Он, по всей видимости, в тебя и не целился сейчас. – Никита кряхтел и внимательно наблюдал, правильно ли ему накладывают импровизированный жгут. – Туже, затяни потуже. – попросил он.

– И что ему от тебя надо…

– Я не знаю. Он говорил мне, что когда-нибудь совершит нечто ужасное, и что он хочет, чтобы бы существовал тот человек, который понял бы его. И я – этот человек для него, походу. Я даже и представить не мог, что он способен на такое… Я когда видел новости про нападения на школы, никогда и не думал, что сам окажусь в такой истории… О… Слышите? Звон прекратился. Кто-то отключил сигнализацию?

И вправду, резко по школе в тот момент настала гробовая тишина. Только наверху, в кабинете №313 происходило что-то такое, что после трагедии еще требушили неделями в СМИ.

Глава 15

Чего мы хотим?

В кабинете №313 лично меня в тот момент не было. Все нижеописанное – это совокупность сводок из новостей и рассказов моих одноклассников. Я лишь попытался воссоздать картину творившегося там ужаса. Но получилось ли у меня? А если нет, то какова правда? Могло ли быть все еще хуже?

***

В классе пахло сумбуром. Многие боялись вылезать из лаборантской. Пили там чай, судорожно глотая, старались разговаривать, может быть, успокоить друг друга. А Савва сидел не в лаборантской. Он находился на подоконнике напротив входной двери. Наблюдал за тем, как к другой части школы подъехала пожарная машина, как с помощью лестницы пожарные вытаскивают школьников из дальних окон, спасают их. Возле Саввы сидел Родион, который все молчал, молчал, но в один момент не удержался и заговорил:

– До нас тоже помощь дойдет. Ског’о.

– Родь, не в обиду, но оставь меня уже. Хватит присматривать, ты не нянька.

– Да че с тобой?

– Ничего, Родя. Просто пока мы сидим здесь, Некит и Даня бегают по школе, они заняты делом. А мы, как сошки, просто ждем спасения…

– А что в этом плохого?

– Как что? Я им не нужен. Я не так важен. Знаешь, вот Никита – вот он важен, он может спасти человеческую жизнь, он станет первоклассным врачом, а Данил – решительный, умеет выходить из трудных ситуаций, умеет разговаривать с людьми. А я? Что я? Сижу здесь, страдаю, не пойми чем, что я могу сделать? Сделать химическую завивку, (он схватил себя за локон кудрявых волос, демонстративно показав) только и всего? – Савва вопросительно и при этом опечалено посмотрел на Родиона.

– Они оставили меня, – продолжил Савва, – Даже эту Даниловскую девку взяли, а меня – нет! Значит, во мне нет ничего полезного. Я – обуза.

– Мы все тоже здесь обузы? Че за бг’ед ты несешь?

– Тебе не понять. Они бросили меня… Почему? Мы столько лет дружили и все эти годы я, кажись, будто бы был на подпевках! Никита и Данил что-то умели, что-то из себя представляли, что-то творили, а я просто был рядом, Родя! Я, наконец, понял, что если из нашей компании уйдет Никита, то все слишком изменится и мы не сможем с Данилом проводить время так, как мы проводим его втроем. Если Данил уйдет, то тоже ничего хорошего, это я уже понял. Дани в последнее время и так не было часто с нами, и я на себе ощутил, каково это. Теряется дух… А если пропаду я, то все останется… таким же.

– Ты-то лишний? Помнишь то видео? Да вы как кофе 3 в 1! Вы всегда в моих глазах были не отг’ываемы дг’уг от дг’уга! Еще хоть г’аз скажешь такую чушь – и я тебя сг’азу же стукну, здесь же!

– Бей! Выберемся отсюда – и я на тебя заяву напишу! Челкастый клоун! Если мы такие не отрываемые, то почему я здесь, а они там?! – Савва указал на дверь, – Они даже эту Нелю взяли, а не меня!

– Так