Старшая по подъезду - Александр Бессонов

снизу носило фамилию Пименова. А звали ее Маша, точнее Машенька. Девочка девяти лет. Она была лучшей подругой дочки Смирнова. Девочки решили устроить бассейн в ванной комнате. Когда вода стала выливаться за пределы самой ванны, Машенька предложила подождать и посмотреть, как наполнится вся комната. Тогда можно будет понырять «щучкой». Идея так понравилась юным дамам, что они переоделись в купальники, сделали напор воды посильнее и стали ждать. Родители были на работе.

Вначале выбило свет во всем доме. Девочки в ванной слушали музыку очень громко, предвкушая ныряние «щучкой», и не услышали, как пожарные выставили входную дверь.

Смирнов приехал с важного совещания. Он вынужден был ходить по квартирам, расположенным ниже, и успокаивать соседей. Успокоение в основном заключалось в оплате ремонта.

Вечером того же дня на кухне у него состоялся тяжелый разговор с супругой:

– Это все Маша! Она так влияет на нашу! Она хулиганка!

– Машенька – лучшая подруга Ниночки.

– И что! Сейчас потоп. Две недели назад они в поход пошли.

– У них очень богатое воображение!

– Они в поход на балкон пошли! Костер развели! Чуть весь дом не сгорел. Короче! Надо эту парочку разъединить!

– И как ты это думаешь сделать?

– Милая, у меня на заводе в подчинении две тысячи человек работает. Я депутат заксобрания. Думаешь, я не справлюсь с двумя девочками девяти лет?

– Ну, давай посмотрим. Удачи.

Смирнов придумал план. На следующий день решил: нужно запретить Машеньке ходить к ним в гости. Смирнов отменил все дела и стал ждать дочку из школы. Как только входная дверь открылась, он увидел двух девочек. Смирнов пил чай.

– О, папа, привет! А ты почему не на работе?

– Сегодня решил выходной взять.

– Разве у депутатов есть выходные? Мой папа говорит, что депутаты круглосуточно должны работать на благо избирателей, а не воровать деньги из бюджета, – назидательно проговорила Маша.

Смирнов подавился чаем.

– Много твой папа говорит.

– А еще он говорит, что вы раньше бандитом были, а теперь депутат.

– Передай папе, что меня перевоспитали. И еще передай… Ладно, я ему сам передам. Нина, проходи на кухню, садись обедать. Мама борщ сварила. А Машеньке пора домой.

– В смысле, пап? Она со мной!

– Нет! Ей пора!

– Нина, мне кажется, твой папа сердится на меня по поводу вчерашнего.

– Папа, я же тебе все объяснила, душ сломался. Мы его чинили.

– Ага. В купальниках и шапочках для плавания. Маша, пока!

Маша начала что-то шептать на ухо подруге.

– Пап! Стой! Ты использовал маткапитал на покупку этой квартиры?

– Да!

– Значит она такая же моя, как и твоя! Маша, заходи!

Смирнов так легко не сдавался. Он знал, что в мире есть одна-единственная волшебная сила, которая способна изменить любое решение.

– Нина, можешь выйти в другую комнату? Мне с Машей надо с глазу на глаз поговорить.

Нина посмотрела на подругу. Та спокойно кивнула и что-то ей прошептала на ухо. Нина вышла из кухни. Смирнов сделал вдох и натянул на лицо искусственную улыбку.

– Милая Маша, мы с тобой не с того начали. Ты хороший человек, я хороший человек. А хорошие люди обычно умеют между собой договариваться.

– Не совсем понимаю вас… – тихо ответила Маша.

– Я хорошо знаю твоего папу. И он мало зарабатывает. Это не твоя вина. Просто так получилось.

– И?

– Я готов дать тебе пять тысяч рублей, и ты забудешь дорогу в этот дом.

– Вы что, мне взятку предлагаете?!

– Ну что ты?! Это донат по-вашему.

– Это взятка и подкуп!

– Десять тысяч! И это пожертвование!

– Вот! Посмотрите! Депутатский беспредел в действии! Если на уровне семьи он подкупает детей, то что он творит в высших эшелонах власти!!!

Маша смотрела в камеру смартфона Нины. Нина стояла у входа в кухню и снимала на телефон.

Смирнов схватился руками за лицо и начал орать:

– Это не я! Это фотомонтаж! Я наемный актер, которого наняли, чтобы опорочить честь и достоинство депутата Смирнова. Мне стыдно!

– Нина, все сняла?

– Да, Маш.

– Теперь послушайте нас, депутат Смирнов, мы будем дружить с Ниной столько, сколько захотим. И делать то, что считаем нужным. А если вы будете против, то эта запись попадет туда, куда не нужно. Мы договорились?

– Да, – грустно согласился Смирнов.

– Пап, не грусти! Подлей нам лучше борща, – примирительно сказала Нина.

В прошлой жизни Смирнов делал с врагами много чего плохого при помощи физической силы, но здесь было другое. «Здесь дело семейное. Нужно брать хитростью, если деньги не помогли…» – подумал Смирнов.

Он долго копался в телефонной книге на своем смартфоне, нашел контакт «Паша ушлепок» и нажал «вызов»:

– Здорово, ушлепок!

– Здравствуй… то есть, Сергей…

– Владимирович, ушлепок!

– Извините. Забыл. Мы со школы с вами не общались… – Голос явно подрагивал.

– У нас сейчас твоя дочь! Если через три минуты она не покинет мою квартиру… Вспомни большую перемену в девятом классе… Предупреждаю, будет еще хуже!

– Маша у вас?

– ДА!

– Это прекрасно!

– Что ты сказал?!

– К сожалению, я не имею власти над этой молодой женщиной. Теперь это твоя проблема!

– ЧО?!

– Чо слышал! И ты сам – ушлепок!

Трубку повесили. Смирнов зашел на кухню. Две девочки ели борщ.

– Маша, я только что разговаривал с твоим папой, он сказал, чтобы ты немедленно шла домой! – сказал Смирнов.

Девочка продолжала есть суп и пристально смотрела на Смирнова. Она прожигала его взглядом. Потом тихо сказала подруге.

– Нина, правильно пишут в телеграм-каналах. У нас кризис власти. Депутаты врут детям. – Она показала экран своего телефона Нине.

Нина сказала:

– Ладно детям. Родной дочери. Как ты меня, папа, называл после банкета у судьи? «Родной кровинушке» врет!

Смирнову впервые за многие годы стало стыдно. Он покраснел. И он почему-то решил сыграть на опережение:

– Маша, ты ешь наш борщ. А знаешь, сколько он стоит? Только не надо говорить, что мы использовали маткапитал, и поэтому часть борща тоже принадлежит Нине!

– А вы использовали маткапитал на борщ? Вы странные!

Смирнову стало совсем плохо, но он завелся.

– В том числе и для покупки борща!

– Нецелевое использование маткапитала… Вот он, Нина, депутатский беспредел! А ваши коллеги в курсе, что вы закон нарушаете? А вы за рулем пьяный ездите?!

– Маша, я бы попросил вас!!! – голос Смирнова сорвался на фальцет.

– Ездит, ездит, – сдала Нина.

– ДЕВОЧКИ… Делайте что хотите, – тихо сказал Смирнов и вышел из кухни.

* * *

– Здорово, это я. Прости за ушлеп…

– Да ничего.

– Можно я к тебе приду… С бутылкой виски… Как ты с ней?..

– Понял. Подходи. Бери две – разговор долгий.