В другой раз повезет - Кейт Хилтон

развлечений; целеустремленная руководительница; ценительница дружеских и семейных связей, которой приятнее всего проводить вечера в кругу близких людей, и поклонница изящных искусств. Каждая ее личина порождает одинаково безнадежные отклики — случается, что одни и те же. Мужчины, циркулирующие на сайтах знакомств, самым печальным образом напоминают фруктовый кекс, невкусный, неудобоваримый, из года в год передариваемый с одного сайта на другой. Она коротала вечера с Эриком, инженером-проектировщиком, обладателем четверых детей от двух жен и дыхательной аллергии; Сумулом, рентгенологом, поклонником странной музыкальной формы под названием маткор — с точки зрения Зои, в этом слове есть нечто матерное; Брайаном, пилотом, который живет в другом городе и даже в другой стране, но везде, куда приводят его дружелюбные небеса, жаждет общества блистательной спутницы; Фернандо, чрезвычайно тревожным руководителем маленькой и (читаем между строк) загибающейся театральной труппы, и Тайлером, автором психотренингов и мотивационных бесед — он обрел своего рода местную славу, когда прыгнул голышом в бассейн с акулами, откуда его потом выудила охрана. Все это изматывает и приносит куда меньше радости, чем следовало бы, — вот почему она и согласилась пройти с Марианной курс счастья.

Они шлепают к западу этак полчаса, причем Мавис не сбавляет темпа, пока они не оказываются на большом продуктовом рынке.

— А как ты думаешь, весело было бы торговать едой с фургона? — интересуется Зоя.

— Я до нынешнего момента об этом не думал, — признается Зак, — но раз уж ты спросила — нет. Не весело.

— Ну не знаю, — возражает Зоя. — Представляешь, тебе открыты все пути. Только ты и твой фургон, все, что нужно, чтобы заработать на жизнь, прямо под рукой. Никаких офисов, никаких осложнений.

— Единственное осложнение — пахать круглыми сутками в вонючем перегретом фургоне. Искать, где бы припарковаться. И общаться с клиентами. Терпеть не могу клиентов.

— Словом, это не твой путь, — заключает Зоя. — Понятно.

— И не твой тоже. Нет на свете ни одного продукта, который ты любила бы настолько, чтобы возиться с ним с утра до ночи.

Зоя пытается что-то придумать — не получается.

— Да, ты прав.

— Спасибо.

— Ты знаешь, что мама собирается устроить предсвадебную вечеринку в честь Беаты и Элоизы? — интересуется Зоя. — Говорит — потому, что Лидия страшно занята этим предстоящим Маршем женщин, а она хочет сделать все, чтобы Беатина свадьба не сорвалась.

— Пассивная агрессия?

— Мне кажется, мама хочет этим что-то доказать, но вряд ли Лидия этот ее маневр вообще заметила. По маминым словам, это прекрасная задумка и Беате наверняка понравится.

— Я ведь не обязан туда ходить? — спрашивает Зак.

— Наверное, не обязан. Полагаю, все будет по старинке, только для женщин.

— Всей душой поддерживаю такое решение, — говорит Зак.

Зоя смеется.

— А как там, по твоему мнению, Оскар? Он тебе что-нибудь сказал? С виду нормально, но настоящего разговора у нас не было.

— В смысле, как он справляется с ситуацией «моя мама два года встречалась с другой теткой, мне ничего не сказала, а теперь они хотят пожениться, и еще у меня появился папа, про которого я раньше знать не знал»?

— Да. Типа того.

— Ну, не то чтобы мы глубоко и прочувствованно обсуждали эту тему, но у мужчин это вообще не принято.

— Мне интересно, как ты видишь ситуацию?

— Я вижу, что в ней нет ничего страшного. Некоторое время будет психовать, как положено подростку, — все мы такими были.

— Беата за него тревожится.

— А когда она за него не тревожилась? Тряслась над ним с самого дня его рождения. Он имеет полное право дуться, держать дистанцию и разговаривать односложными словами еще несколько лет. Древняя традиция. Большинство знакомых тебе мужчин в его возрасте именно так и поступали.

— Большинство знакомых мне мужчин — полная жуть.

— Только, пожалуйста, давай обойдемся без этих выпадов, — одергивает ее Зак. — Так вот, Беата забыла, что, когда ей было столько же лет, сколько Оскару, мать доводила ее до ручки. Помнишь, как она передразнивала Лидию?

Зоя улыбается.

— Забыла, но ты напомнил. Обалденно выходило. — Улыбка гаснет. — Но это было до рождения Оскара.

— Да. — Зак вздыхает. — Кто бы мог подумать, что из нее получится такая зубодробительная мамаша?

— Я тогда плохо понимала, каково ей: родить ребенка, жить с родителями, вернуться к учебе.

— Зоя вспоминает, как ее тогда ужаснул этот поворот в личной истории Беаты. Ей вдруг становится ясно, что Беата наверняка замечала тогда и ее смущение, и отсутствие желания помочь.

— Мы вели себя как козлы.

— За себя говори. Я, в отличие от всех вас, Беату не тюкал. И был самой любимой ее нянькой, чтоб ты знала. — Зак садится на скамейку и жестом предлагает Зое присоединиться к нему. — Если бы еще она перестала на меня сердиться за этот сериал.

— От того, что вы с Куртни пару лет были самым лакомым блюдом всех таблоидов, ей легче не стало.

Бурный роман Зака с Куртни Маркус, актрисой, которая сыграла Беату / Бетани в сериале, добавил налет инцестуальности к и без того неаппетитной публичной стирке семейного грязного белья.

— В сериале все вымысел, — отмечает Зак. — Я не списывал Бетани с Беаты. Почему никто не в состоянии этого понять?

— Потому что сериал был про знаменитую феминистку, во многом похожую на Лидию, и ее детей.

— Я могу целый день перечислять отличия между этим вымышленным семейством и семейством Лидии.

— Тем не менее, — говорит Зоя. — Существует определенная черта, ты слишком близко к ней подступился. А перешел или нет — это уже вопрос толкования. Марианна считает, что нет, Беата и Лидия убеждены, что да. Имеют полное право. Ты же знал, что идешь на риск.

— А что думает Нина?

— Не знаю, — отвечает Зоя. — У нее в сериале нет альтер эго, да и если моя догадка верна, она бы не сильно расстроилась, даже если бы и была. Хотя — кто знает? Ее поди раскуси. Либо она живет на другом конце земного шара, либо пашет с утра до ночи. Помнишь, я пыталась собрать нас всех пятерых на ужин? Я четыре раза предлагала по несколько дат, и ей ни одна не подошла.

— Возможно, она меня избегает.

— Сомневаюсь, что она о тебе вообще думает.

— Может, и так, — соглашается Зак. — Неплохо для разнообразия. А чем она вообще занимается? Я думал, она уже опять уехала.

— Марианна сказала, что она на год устроилась в реанимацию «Вестерн-дженерал». Похоже, решила передохнуть.

— Тут я ее понимаю, — говорит Зак. — Хотя лично я на такую работку бы точно не вызвался. У Нины, похоже, стальные нервы. — Он указывает на передвижной лоток. —