365 шагов к тебе - Ксения Черриз

накалилась до предела. Никлас нервничал, потому что на весь декабрь собирался перебраться в Москву, чтобы готовиться к выставке в «Сокольниках». Он хотел закончить свою скульптуру. И даже если его помощник справится с бумажными делами, все равно Никлас нужен, чтобы решать задачи, которые неминуемо будут возникать на месте. Петтер был категорически против того, чтобы Никлас уезжал так надолго в Россию. Сын планировал вернуться домой, в Швецию, только к середине января. Берг-старший просто не мог так надолго потерять контроль над жизнью сына.

Сейчас Никлас, донельзя взбешенный, гнал на своем «Вольво», распахнув окно, в который бил холодный воздух, проникая под рубашку, остужая и даря хотя бы секундное успокоение.

– Я в порядке. Ты?

– Плохо. Приеду к тебе?

– Конечно. Ужин заказать?

– Да. Выпить есть?

– Для тебя храню, Нильс.

– Буду через десять минут.

Никлас повесил трубку и сделал глубокий вдох, с силой сжимая обеими руками руль.

Сидя в скромной и донельзя современной квартирке друга, Никлас постепенно приходил в себя. Он вкратце обрисовал ситуацию, которую Элоф и так знал довольно хорошо.

– Тебе пора отделяться, Нильс.

– Я знаю.

– И? Что тебя останавливает?

– Я не знаю. Привязанность. Они же мои родители, а я единственный сын. Вдруг папе нужно будет больше помощи? Если с мамой что?

Элоф закатил глаза.

– Вы, русские, очень странные ребята. Ты о себе, о себе подумай! Чего хочешь ты? Что нравится тебе? – спрашивал друг, делая упор на последние слова.

– Я… – начал было Никлас, но Элоф его остановил.

– Давай так, я буду спрашивать, а ты отвечай, особо не думай, просто отвечай. Ясно?

– Опять ты со своими штучками!

– Будешь выпендриваться, я тебя еще и медитировать заставлю.

– Ладно, я готов, – Никлас сел ровнее, сделал пару глубоких вдохов-выдохов и кивнул Элофу, чтобы тот начинал.

– Тебя зовут Никлас Берг?

– Да.

– Ты учился в Чалмерсе?

– Да.

– Кофе черный или с молоком?

– Черный.

– Боевик или мелодрама?

– Ни то ни другое.

– Ты хочешь жить один?

– Да.

– Выкупишь у отца филиал?

– Да.

– Поедешь в июне на Кипр?

– Да.

– Как много утвердительных ответов, – довольно вздохнул Элоф. – Ну, а теперь решай, что с этим делать.

– Это какой-то сомнительный метод, – Никлас покачал головой.

– Нормальный. Я уверен, что ты в свои тридцать три уже вполне можешь о себе позаботиться. Ты работаешь, частично владеешь фирмой. Не сомневаюсь, что у твоего папы в загашнике имеется кругленькая сумма для тебя же.

– Да, трастовый фонд есть. Но я даже не представляю, что там. Никогда на него не рассчитывал.

– А ты подумай. У тебя ведь есть и личные накопления. Снимешь квартирку и заживешь припеваючи. Наконец поймешь, каково это приходить в дом, где ужин еще не готов, – хмыкнул Элоф.

– Ну спасибо! Уверен, что справлюсь.

Никлас мысленно принялся подсчитывать во сколько ему обойдется ежемесячная оплата, плюс домработница раз в неделю, прачечная, обеды из ресторана… Элоф, словно прочитав его мысли, спросил:

– Если хочешь, можешь пока пожить у меня. Поспишь на диване.

– Я уж думал, ты бросишь друга в беде, – со смехом ответил Никлас, и Элоф присоединился к нему.

Остаток месяца прошел в еще больших скандалах с отцом, из-за чего начал страдать и рабочий процесс. Но, на удивление, Марина Геннадиевна поддержала сына. Правда, сделала она это не из совсем чистых соображений. Дело в том, что приятельница, которая приезжала к ней в гости с дочерью, неодобрительно отозвалась о том, что взрослый мужчина живет под крылом у родителей. «Это так… не по-шведски», – поморщила нос фру Нордин. И Марина Геннадиевна, все эти годы так старательно пытавшаяся влиться в местное общество, никак не могла смириться с тем, что ей поставили в укор житье сына с ней под одной крышей.

Никлас съезжал.

Глава 5. Ноябрь

Зоряна

– Зорь, посидишь завтра с Дашкой? Мне надо на работу съездить, разобраться, что там к чему, – утро воскресенья началось со звонка сестры.

– Конечно. Что-то случилось?

– Мой отпуск заканчивается, сада нет, хочу попробовать договориться на удаленную работу или на полставки. Но лучше это сделать лично, – объясняла Мила. – Ты точно сможешь?

– Да-да, конечно. У меня нет смены. Во сколько мне приехать?

– К десяти утра. Хорошо?

– Да. До завтра.

– Ты лучшая старшая сестра в мире!

– Я знаю, – улыбнулась Зоряна и повесила трубку.

Она потянулась в постели, перевернулась на бок и вспомнила свой сон. Ничего конкретного, одни образы и ощущения, но от них было так тепло на душе. Улыбнувшись самой себе, Зоряна поднялась и шагнула в новый день последнего месяца осени.

Следующим утром она стояла на пороге квартиры сестры. Мила бегала туда-сюда из комнаты в комнату, проверяя, все ли она взяла. Зоряна разделась, прошла в гостиную, куда уволокла за собой племянницу, которая только путалась у мамы под ногами.

– Я тебе новую книжку купила. Про принцесс. Будем смотреть?

– Да! – раздался радостный девчачий крик.

– Зорь, там в холодильнике суп на обед. Погулять сводишь? Одежду вот тут сложила, – тараторила Мила, то появляясь в гостиной, то исчезая.

– Иди уже, мы справимся! – отмахнулась Зоряна. – Не в первый раз.

– Спасибо! Как это все-таки здорово, что ты решила уволиться и я могу тебя эксплуатировать, – пошутила Мила и уже в дверях крикнула: – Люблю, обнимаю, целую, пока!

– Пока-пока! – хором отозвались Зоряна и Даша.

Зоряне было и правда не привыкать приглядывать за племянницей. Мила не злоупотребляла своим правом, поэтому Зоряна иногда и сама предлагала посидеть с Дашей, отпуская сестру с мужем в кино или ресторан.

Прочитав книгу про принцесс трижды, Зоряна предложила пойти на улицу и поискать там настоящих принцев. Она одела племянницу, собралась сама, и они вышли на площадку. День стоял сухой и морозный, так что народу было немного. Даша покачалась на одних качелях, на соседних, потом на других, покружилась на карусели, съехала с горки и завершила маршрут в песочнице.

Зоряна присела на лавочку поблизости, готовая в любую минуту прийти на помощь. Она рассеянно наблюдала за другими детьми и их родителями, пока Даша на удивление тихо и мирно делила песочницу с мальчиком одного с ней возраста. Рядом стоял папа мальчика. Вдруг Даша подняла глаза на тетю, улыбнулась ей, подскочила, а потом, подбежав, спросила:

– А принцы любят торты?

– Конечно! Все любят торты.

– Тогда я угощу того мальчика тортом.

– Уверена, ему понравится, – улыбнулась Зоряна.

Даша убежала лепить торт из холодного промерзшего песка, а на лавочку рядом с Зоряной опустился мужчина в очках, пряча руки в карманы куртки.

– Кажется, они поладили, – обратился он к Зоряне.

– Да, кажется, да, – она бросила на него слегка недоверчивый взгляд: чего это он?

Но мужчина не пытался развивать беседу, он достал из кармана телефон и уткнулся в него.

Потом Даша и ее новый знакомый по имени Тимофей вместе папой Андреем перешли на качели, несколько раз скатились с горки и прокатились на карусели. За это время Зоряна успела узнать, что папа Андрей с семьей недавно переехал в этот район в новостройку по соседству. Что жена его ждет уже третьего малыша, что старший в школе, а младшего он вывел погулять, чтобы дать жене отдохнуть.

– Зоя, я домой хочу! – заявила Даша, проглатывая букву «р» в имени Зоряны.

– Хорошо, милая, пойдем.

Она простилась с папой Андреем и сыном Тимофеем и повела племянницу обедать.

Миле