Дом с секретом и истинные лица. Часть 1 - Ольга Станиславовна Назарова

– Крылана… это не гостевой дом, это… это домище!

– Да вовсе нет! Сырник будешь? – вороница деловито расставляла тарелки на складном столе под толстым дубом, почему-то не вырубленным при расчистке участков, который они с мужем решили непременно оставить. – Вкусные сырнички!

– Погоди с сырниками, ты только посмотри… это же, наверное, твоим родственникам дом!

– Мои родственники, когда будут прилетать в гости, будут жить вот тут, в отдалении, – Крылана постучала ноготком по экрану. – Поверь, все мои братья и невестки, я уж не говорю про племянников, галдят как чайки.

– А некоторые ещё и жужжат, – рассмеялся Карунд, припоминая свой первый визит в дом родителей Крыланы.

– Ну, это только когда меня сильно доведут, – фыркнула Крылана. – Короче, не боись, всё предусмотрено! Ну как тебе? Домик нравится? Только учти, он конкретно твой!

– Да куда мне столько? – почти испугалась Таня, осознав, что вороница говорит абсолютно серьёзно.

– Тань, ну ты смешная! А замуж выйдешь, а дети будут, и как вы все поместитесь в какой-то мышиной норке? Заметь, не норушной!

– Да какой там замуж… Я пока никуда не собираюсь! – замотала головой Таня, на что подруга усмехнулась.

– Много не мало. Пока не собираешься – сама поживёшь на просторе! И заметь! Тут в твою кухню ни одно начальство не завалится без приглашения!

– Это аргумент! – рассмеялась Таня.

Она никогда не была на таком пикнике – да, с мамой, отчимом и младшей сестрой они иногда выезжали за город, но там Таня должна была делать столько всего, что потом хотелось отдохнуть от такого отдыха. Зато сейчас было всё иначе – она была гостьей.

– Сядь и сиди! И отдыхай! Гость для воронов свят! – торжественно объявила Крылана. – Тем более что гость-человек – это великая редкость!

Карунд не стал добавлять, что свят гость званый и жданный, а вот все прочие имеют все шансы ощутить себя в лучшем случае выгнанными и поклёванными, а в худшем… Ну, знаменитый художник Верещагин много рисовал таких сюжетов, что уж там. Нет, он мог бы и сказать, конечно, но Таню-то это всё ни разу не касается – такие, как она, никогда не станут мешать, навязываться, лезть в чужие секреты, а уж если случайно узнают, точно не выдадут.

Вечером Таня, отдохнувшая, надышавшаяся свежего, пить можно, воздуха, побродившая по берегу красивого озера и наведавшаяся с Крыланой в лес, приехала домой в мечтательном настроении.

Разумеется, стоило только оказаться дома, как зазвонил смартфон:

– Таня, когда у тебя отпуск? – кто ж ещё мог так с места в карьер?

Ну, разумеется, мама!

– Мам, и тебе добрый вечер! – Таня с сожалением покосилась на смартфон, зачем она вообще приняла звонок? Если бы было что-то срочное, то ей бы всё равно написали!

– Ну, как скажешь, – проворчала мать. – Рада, что он у тебя добрый. Так ты не ответила!

– Пока не знаю, – правдиво ответила Таня.

– Как это? Что за глупости? ну конечно, ты знаешь, только говорить не хочешь!

– Мам, что ты хотела, а? У нас на работе график отпусков плавающий, мало ли что. Завтра вот я в командировку еду.

– Таня, что ты всё врёшь? Ты ветеринар! Какая командировка? Собачку лечить на выезде?

– Кого пошлют лечить, того и буду! – Таня только плечами пожала.

То ли у неё за последние год с хвостиком наросла некая душевная броня, то ли ещё что-то, но подобные разговоры её уже не задевали.

– Да, а что ты хотела-то? – спохватилась Татьяна, сообразив, что раз мама позвонила первый раз за довольно долгое время, то причина была веская.

– Чтобы ты вспомнила, что у тебя есть младшая сестра!

– Я и не забывала об этом!

– Вот и прекрасно, тогда всё-таки признавайся, когда у тебя отпуск, и займись сестрой! Мы с Семёном пока не можем – работаем, а она все каникулы опять дурью маяться будет. Наши бабушка с дедом фортель устроили… взяли путёвки в санаторий, а Семёновы заявили, что такую ответственность брать не хотят. Короче, когда ты можешь поехать на дачу и побыть там с Викой? С ней позаниматься надо будет, она с тройками год закончила!

– Никогда, – сходу отреагировала Таня. – Я поддерживаю позицию твоих свёкра и свекрови и точно знаю, что и для меня такая ответственность не подходит! А уж про занятия я и вовсе молчу – возьми Вике репетиторов, и пусть подтягивают.

– Таня! Это твоя сестра!

– И что? – Татьяна удивлённо прислушивалась к себе – ничего-то у неё не щемило, не тянуло, не болело. Странно… может, она стала какой-то жесткой, бесчувственной?

– Таня, я не думала, что ты… ты станешь такой! Вы же сёстры, вы должны друг друга любить, заботиться друг о друге!

– Мам, во-первых, это насильно не бывает, во-вторых, всё, что ты перечислила, – штука обоюдная, а в-третьих, извини, но у меня свои планы на моё время. Ты почему-то даже не спросила, есть ли они, может, я с кем-то планирую в отпуск поехать, может, просто отдохнуть хочу!

– Вот и отдохнёшь с Викой.

– Нет, мам, с Викой я сидеть не буду, заниматься не буду и даже присматривать за бабушкиной дачей не собираюсь, ты же и это хотела мне поручить? Верно я поняла? – Таня пожала плечами. – Мам, давай закончим с этим – ничего не будет! Я рада, что у вас всё хорошо, а теперь, извини, но мне пора идти.

– Куда? Куда идти? – звучало в трубке, пока Таня скидывала звонок, так что ответ старшей дочери Ирина уже не услышала:

– Куда? Наверное, куда-то вперёд! В глушь, в тайгу, к горностаям!

Таня собрала свои вещи, а потом отправилась складывать препараты, которые могут пригодиться в командировке, да ещё почитала, что там такое может быть с горностаями.

«Странно, что Уртян не разузнал подробнее, что там за проблема, раз уж он у горностаев в долгу. Ну ладно, посмотрим по ходу дела, что и как!»

Крамеш мрачно наблюдал за лисом, который отправился прогуляться по Москве. Уртян вёл себя как нормальный человеческий парень – правда, из-за своей яркой внешности и пышных длиннющих волос он привлекал много внимания, особенно от представительниц женского пола, но, похоже, ему это нравилось!

– Какой-то он очень уж сияющий, такой скалящийся направо-налево, – брюзгливо каркнул Крамеш.

– А ты не придираешься? – Вран сидел на ветке рядом и косился на приятеля, а дождавшись неопределённого фырканья, предложил: – Может, сказать Соколу, чтобы Таню не отпускал?

– Да чего там не отпускать? Я ж с ней лечу, присмотрю уж как-нибудь! Слушай, а ты не слыхал… этот Урчик-Юрчик не