Идеалистка - Лилия Фандеева

– Ты замуж не вышла?

– Нет. А что?

– Пришла в голову безумная мысль. Я могла предложить тебе трёшку в обмен на твою квартиру с доплатой.

– Ты серьёзно?

– Ксюш, квартира копия твоей, плюс ещё одна спальня. Сделан качественный ремонт. Правда, из мебели только встроенная кухня. Мне она очень нравится. Хочешь посмотреть? Я не беру денег за просмотр.

– Идём!

Квартира начиналась с собственного тамбура и была за двумя входными дверями. Наташа сказала правду. Это была планировка квартиры Ксении, но слева от санузла была дополнительно ещё одна спальня. Она выходила окном на торец дома, а во второй спальне, помимо окна напротив двери, сбоку было окно с выходом на небольшую лоджию. Ксения привыкла к своей квартире, но эта была совсем другая. Потолки были везде натяжные от глянцевых до матовых и комбинированных. Полы из ламината в тон крашеных стен. Цвет был бело-серый и бежево-коричневый.

– Как тебе? – улыбнулась Наташа.

– Мне очень нравится. Как ты думаешь, какая разница будет между стоимостью этой квартирой и моей?

– Бери стоимость квадратного метра умножай на разницу в квадратных метрах – это и будет минимум. Эту квартиру я продаю полгода. Всё всех устраивает кроме цены.

– Возвращаемся. Выпьем по чашечке кофе и подумаем, кому и как продать мою квартиру.

– С твоей будет проще. Спрос на двухкомнатные квартиры больше. У меня и покупатель найдётся. Я же не просто так завела этот разговор.

Провожая Наташу, Ксения уже думала о покупке. Вечер был занят установкой и украшением лесной красавицы, а после вечерней книжки, Никита уснул, а Ксения занялась разбором багажа. Утром, отведя сына в сад, Никольская поехала в офис. Планёрка затянулась информацией о презентации, условий по сотрудничеству и показом образцов продукции.

– Ксения Сергеевна, я нас всех поздравляю. Ты вывела компанию на новый виток. Если есть «хвосты», подтяни и можешь идти в законные выходные. Я своё слово держу. А работу с новым поставщиком обсудим после праздников. Ты Новый год, где встречаешь?

– Поеду с семьёй брата в деревню. Как Виктор Иванович?

– Хорошо. Он так тобой гордится и не скрывает этого. Ребята тебе не звонили? Они собираются к тебе в гости тридцатого.

– Пусть приходят, а вы передавайте привет родителям и не ревнуйте отца ко мне. Если бы ни он, я бы не стала тем, кем стала.

– А что с настроением? Ты такую работу проделала, могла и порадоваться.

– Не знаю. Как-то праздник не чувствуется. Ёлку мы уже поставили, а вот мандарины не купили. Может в этом причина? – она улыбнулась. – Всё у меня замечательно.

Утренник в детском саду прошёл двадцать седьмого. Павел уехал в деревню в пятницу после работы. Тридцатого Ксения встречала Марину с дочерью и племянниками. Рита и Вика оканчивали летом среднюю школу и готовились поступать в университет. Ксения занималась с ними английским два раза в неделю. Тридцать первого Артём привёз мать. Бабушка Света приготовила внуку подарок.

– Ты почему не в деревне?

– Павел приедет за нами после обеда.

– Замуж тебе пора, – язвительно сказал Артём.

– А ты готов на мне жениться? – Ксения посмотрела на него с вызовом.

– Я готов, да ты не пойдёшь.

– И не только за тебя, Тёма. Ты вспомни, как всё начиналось у нас десять лет назад. Поступки были вместо слов. А чем всё закончилось? Пустыми обещаниями. Я не хочу повторения. Да, годы проходят, но тратить их на очередного лжеца и лицемера я не хочу. Ты счастлив в браке?

– Нет. Можешь радоваться. А ведь мы были с тобой счастливы.

– Радоваться мне не чему, а то, что когда-то было, я не отрицаю. Только в этой квартире я живу уже седьмой год одна, а сколько ты сменил, наверное, и сам не помнишь. Да, у нас на площадке продают трёхкомнатную квартиру. Я ради любопытства посмотрела, и она мне понравилась. Вот думаю, продать эту и купить ту.

– Откуда у тебя такие деньги?

– А ты на что? Сын растёт. Скоро ему понадобится отдельная комната.

– А тебе двух комнат мало? Уступи ему спальню.

– Успокойся. Денег у тебя я не попрошу и свой жилищный вопрос с тобой обсуждать не буду.

– Завела богатого любовника?

– Пока нет, но я подумаю. Видишь ли, не все богатые люди легко расстаются со своими деньгами. Можно и промахнуться, – она шутила, а Артём уже выходил из себя.

– Ребята, я вам не мешаю? – улыбнулась мать Артёма. – Ты, Ксения, договоришься, что он решит приударить за тобой.

– Не переживайте, Светлана Васильевна. Ваш сын давно потерял ко мне интерес, но каждый свой визит пытается пощекотать мне нервы. Его раздражает моя самостоятельность и независимость. Он продолжает передавать мне подарки в день рождения с неизменной надписью «Матери моего сына». Я ему и спасибо не говорю и подарки не ношу.

– Спасибо особо говорить не за что, а подарки носи. Будь умнее. Что касается квартиры – решай сама. Не век же тебе жить одной. Я поговорю с Сашей. Пока он работает, что-нибудь придумаем.

– А меня не нужно спросить? Она будет жить с чужим мужиком в квартире, в которую мы вложим деньги.

– С тебя нужно было спрашивать лет тридцать назад. В нашем доме на наши деньги живёт тунеядка, которая тратит в месяц больше чем ты зарабатываешь. Вот за этим и следи. У нас кроме тебя есть и другие наследники. Мы о них и подумаем.

– Да делайте вы что хотите. Я жду тебя в машине.

– Ксюша, как я от всего устала. Послал же Бог сноху. Просили съехать, а он и разводиться не собирается, и съезжать не думает.

Проводив Светлану Васильевну, Ксения принялась за обед. Она всегда помнила о Никите и его возрасте, и ни разу не оставила ребёнка без нормального обеда или ужина. Она перебрала много детских блюд, прежде чем остановилась на тех, которые сын ел с аппетитом. Гостей не будет, а на двоих много не нужно.

– Никита, вымой руки и иди обедать, – позвала она сына, накрывая на стол, и услышала звонок в дверь. – Я открою, не отвлекайся. – Вы? Как вы меня нашли? – на пороге стоял Воронин.

– Привет! Пришёл извиниться за своё поведение, поблагодарить за чудесное спасение и поздравить с наступающим Новым 2018 годом.

– Входите, раз уж пришли. Мы обедать собрались. Составите нам компанию?

– Привет! – Воронин заметил Никиту. – Ты меня помнишь? Я Андрей. А ты? – он протянул свою ладонь.

– Никита, – мальчик подал свою ладошку.

– Не возражаешь, если я приму