Выбираю тебя - Настя Орлова

Исходящее от него бешенство вызывает во мне неприятное, похожее на стыд чувство, которое проникает в каждую клеточку тела и сдавливает горло так сильно, что становится трудно дышать. Внешне Алекс остается таким же расслабленным, но в серых глазах появляется что-то пугающее.

– Я не просила меня искать, – это все, на что у меня хватает смелости, прежде чем я юркаю в открытую дверь ванной и закрываю ее на замок.

Прислонившись к двери спиной на несколько долгих секунд, я жду, пока ко мне вернется душевное равновесие. Но тут мой взгляд цепляется за пачку прокладок, лежащих у раковины, и меня снова прошибает холодный пот. Алекс знает. Он знает, что я не беременная, потому что это невозможно было не заметить. Не то чтобы я собиралась это от него утаивать, но то, что все разрешилось таким банальным образом, еще сильнее выбивает меня из колеи.

Стянув с себя сарафан и купальник, я быстро принимаю душ. Надев свежее белье, снимаю с крючка единственную чистую футболку, которую прямо в раковине постирала накануне, и влезаю в короткие джинсовые шорты. Волосы собираю в хвост, косметикой пренебрегаю.

Алекс видел меня такой, какая я есть. Нет смысла прибегать к ухищрениям, стараясь выглядеть лучше. Он их, наверное, даже не заметит.

– Готова? – Он бросает на меня рассеянный взгляд, который лишь на мгновение задерживается на моих голых ногах, открытых короткими шортами. – Нас уже ждут.

– Кто ждет? – в замешательстве уточняю я.

– Машина, разумеется, – говорит он спокойно. – Какой бы привлекательной ни казалась мне идея провести с тобой время в этом богом забытом месте, тебя ждут дома, а у меня есть неотложные дела.

Пока он говорит это тоном, каким обычно отчитывают ребенка, он вдруг выуживает из стопки на столе мой паспорт и засовывает его к себе в карман джинсов.

– Это мое! – возмущенно говорю я.

– Вряд ли паспорт понадобится тебе в ближайшее время. А без него ты точно не сбежишь.

– Я не собираюсь сбегать, – с достоинством произношу я.

– А я не собираюсь предоставлять тебе такой шанс, – спокойно возражает Алекс. – Собирай свои вещи, Лиля. Нам надо успеть на самолет, а впереди несколько часов пути по загруженной дороге.

Схватив со стула толстовку, я закидываю на плечо сумку и, вызывающе вздернув подбородок, прямо встречаю его взгляд.

– Я готова.

На долю секунды в глазах Александра вспыхивает какое-то пугающее пламя, от которого у меня перехватывает дыхание, а короткие волоски на затылке встают дыбом. Но до того, как что-то успевает произойти, он берет себя в руки и коротко кивает:

– Пошли.

Первые полчаса пути в машине царит гнетущее молчание. Нас везет водитель, поэтому Александр сидит рядом со мной на заднем сиденье. Сейчас я была бы очень рада, чтобы он был за рулем и избавил меня от этого напряжения.

Глядя на однообразные пейзажи за окном, я вздрагиваю, когда раздается звонок телефона. Алекс снимает трубку и после короткого «Да» начинает бегло говорить на итальянском. Завершив разговор, он, впервые с того момента, как мы сели в машину, бросает на меня взгляд:

– Бабушке позвонить не хочешь?

– У меня нет телефона, – отвечаю я.

В ответ Алекс протягивает мне свой. И хотя мне крайне неловко звонить родным при нем, я все же принимаю из его рук телефон и послушно набираю номер бабушки.

– Александр, ты нашел ее? – раздается в трубке родной взволнованный голос еще до того, как я успеваю что-то сказать.

В горле застревает ком, я внезапно осознаю, сколько дополнительных ненужных тревог принесла бабушке, и испытываю ужасный стыд за последние три дня. Алекс прав, в той ситуации я повела себя как эгоистка.

– Ба, это я, – говорю тихо.

После короткой паузы слышу облегченный вздох, и бабушка произносит:

– Слава богу, Лиля!

– Ба, не волнуйся. Все хорошо. Я к вечеру уже буду дома.

– А Александр? Он с тобой?

– Он со мной, – говорю я, ощущая, как начинают гореть щеки.

– Куда же ты так бесследно исчезла, родная. Я не знала, что и думать, – причитает бабушка. – Хорошо, что Александр вовремя приехал и…

– Ба, давай отложим этот разговор до вечера, пожалуйста, – прошу я. – Со мной все хорошо. Извини за волнение, которое ты пережила из-за меня. Я не хотела этого, правда.

– Кирюша так обрадуется, что ты нашлась.

При упоминании имени брата я все напрягаюсь.

– Как он?

– Он дома сейчас. Его выпустили под залог и под подписку о невыезде, пока идет следствие.

– Правда? – недоверчиво уточняю я, вспоминая детали его задержания и то, что говорили мне о его ситуации дядя, Алекс и сам Кирилл.

– Правда. Он сам тебе все расскажет, когда ты вернешься. Он страшно волновался. Сказал, что ты уехала из-за него…

Завершив разговор с бабушкой, я протягиваю телефон Алексу, но отдаю не сразу, вынуждая его посмотреть на меня.

– Брат дома, – говорю я.

– И?

– Ты говорил, что его посадят.

– Я тоже могу ошибаться. А его все еще могут посадить.

Отвернувшись от своего спутника, я вновь таращусь в окно, размышляя о новостях из дома. Меня не было всего три дня, но события, случившиеся накануне моего отъезда из Москвы, кажутся мне затерянными во времени. Брат за решеткой, Алекс, мой побег…

– Я не беременна, ты знаешь? – внезапно произношу я, вызывающе глядя на Александра.

– Это я уже понял, – спокойно отвечает он.

– И что дальше?

– А дальше будет видно.

Весь путь до аэропорта Краснодара и потом во время перелета Александр погружен в молчание. Не то чтобы я торопилась о чем-то с ним разговаривать, но гнетущая тишина между нами со временем начинает оказывать на меня угнетающее действие. Мне хочется спросить у него, почему он искал меня, что стоит за его словами и взглядами, но я не решаюсь – очень уж закрытым и мрачным выглядит мой спутник.

Лишь однажды его взгляд задерживается на мне чуть дольше, чем на предмете окружающей обстановки – когда в аэропорту я собираюсь в туалет и беру с собой сумку. Создается ощущение, словно он думает, что я могу снова сбежать. Куда уж мне, когда у него мой паспорт, а дома меня ждут бабушка и брат, к которому у меня накопилось несколько фундаментально важных вопросов.

Родной город встречает нас пасмурным небом и моросящим дождем. В своих коротких шортах я выгляжу карикатурно, особенно рядом с Алексом, который надел пиджак.