Люди с платформы №5 - Клэр Пули

По мнению Марты, это не слишком вязалось с наработкой хорошей кармы. Но в щедрости Джейку уж точно отказать было нельзя.

— До встречи в спортзале, — попрощался он.

САНДЖЕЙ

День у Санджея складывался далеко не лучшим образом.

Ночью ему не спалось, и он просто лежал, глядя, как меняются цифры на дисплее электронных часов. Ну почему на дежурстве время пролетало мгновенно, и он даже не успевал заглянуть ко всем пациентам, а в середине ночи ползло еле-еле? Санджей чувствовал, что попал в порочный круг: чем больше он беспокоился, что слишком устал и не сможет прийти в форму к завтрашнему дню, тем дальше ускользал сон, отчего он переживал еще сильнее.

— Санджей, у вас найдется свободная минутка? — спросила Джулия. Медбрат заставил себя вынырнуть из мозгового тумана и сосредоточиться. — Я искренне надеюсь, что вы мне поможете. Если честно, мне очень неудобно вас обременять, но…

— Конечно помогу, — ответил Санджей и тут же мысленно отругал себя. И когда только он прекратит соглашаться, не узнав вначале, о чем его просят?

— Спасибо, — просияла Джулия. — Я знала: если к кому и обратиться, так только к вам. Мне эта охлаждающая шапочка лишь давит на голову, а проку от нее никакого. Волосы выпадают клочьями. После душа я постоянно вылавливаю их из сливной решетки. Сегодня утром проснулась, и такое ощущение, будто половина головы осталась на подушке. Санджей, я больше не могу носить эту шапочку. Настоящая пытка. Я решила обриться наголо.

— Джулия, я понимаю ваше состояние. Охлаждающая шапочка подходит не всем. У нас есть высококлассный постижер. Раньше работал у самого Видала Сассуна.

Джулия поморщилась.

— Я могла бы носить шляпки или тюрбаны, — сказала она. — Но я надеялась, что вы это сделаете.

— Сделаю… что?

Санджею было трудно удерживать нить разговора. Когда Джулия заканчивала фразу, он успевал забыть начальные слова ее реплики.

— Обреете мне голову. Конечно, это вовсе не входит в ваши обязанности, но обратиться к своей парикмахерше я не могу. Я просила ее подстричь меня совсем коротко. Она согласилась, стала мыть мне голову и, когда увидела выпадающие волосы, запричитала: «Бедные детки! Они ведь еще такие маленькие!» Можно подумать, что я умерла. Я убежала от нее в слезах, даже не смыв шампунь.

— А ваш муж не может этого сделать? — спросил Санджей.

— Я боюсь его даже просить. — Джулия содрогнулась. — Когда у тебя рак, и так-то трудно сохранять нормальные отношения, а это может оказаться последней каплей. Санджей, пожалуйста.

Молодой человек искал способ сказать «нет». Это действительно не входило в круг его служебных обязанностей. Можно было отговориться занятостью или сослаться на возможные последствия, ибо он явно переходил черту в отношениях с пациентом. Но Санджей слишком устал и к тому же не представлял, как отказать Джулии, и так уже потерявшей слишком многое.

— Санджей, я не знаю, кого еще попросить. А вы наверняка уже к таким занятиям привыкли, на вас это не подействует угнетающе. — Эх, знала бы она! — Я даже принесла ножницы и электробритву, — добавила пациентка, чувствуя его нерешительность.

— Хорошо, — сказал он. — Давайте поищем свободное помещение.

Встав сзади, чтобы Джулия не видела его лица, он максимально коротко обрезал ей волосы, глядя, как длинные каштановые пряди падают на пол. Напоминания о другой, счастливой жизни, когда Джулия зачесывала их наверх и шла танцевать или когда во время интимной близости в них зарывались руки мужа. Покончив со стрижкой, он наголо обрил ей голову. Шум и вибрация бритвы маскировали дрожание его руки. Вскоре голова Джулии стала лысой и гладкой.

Санджей обошел вокруг Джулии, затем наклонился и взял ее за руки.

— И как выглядит моя голова? — спросила она, вытирая слезы.

— Прекрасно! К счастью, у вас голова правильной формы. Вам бы многие позавидовали. Ни шишек, ни бугров. Такие головы без волос выглядят… сами понимаете как.

Джулия натянуто улыбнулась, достала мобильник и включила камеру, чтобы посмотреть на себя.

— Санджей, я стала похожей на Шалтая-Болтая. — Обхватив лысую голову, она разрыдалась. Медбрат догадывался, какой беззащитной чувствует себя женщина, лишившись волос — своего естественного защитного покрова. У Джулии не осталось ничего, кроме гладкой кожи на голове и этих слез. — И все равно я вам благодарна, — произнесла она, не отрывая мокрых пальцев. — Так лучше. Завтра я уже привыкну. Знаю, что привыкну.

— Адам приедет за вами? — спросил Санджей.

— Я встречусь с ним в кафетерии. Он обещал взять с собой Сэма, нашего младшего. Представляю, как они оба ужаснутся. Даже не знаю, как я это выдержу.

— Джулия, обождите здесь, — предложил Санджей. — Успокойтесь, постарайтесь улыбаться, а я схожу за вашими мужчинами и приведу их сюда. Здесь более подходящее место для встречи.

Взглянув на часы, Санджей выскочил на служебную лестницу и спустился в кафетерий. Он уже на целый час выбивался из графика и понимал, что ему никак не наверстать время. Адама и Сэма он заметил сразу. Отец с сыном сидели в углу, склонившись над книжкой-раскраской.

— Привет, — поздоровался он, опускаясь на корточки перед стулом Сэма. — Мама просила, чтобы вы с папой прошли к ней в палату. Но сначала я хочу серьезно поговорить с тобой.

Сэм посмотрел на него большими карими глазами, слишком взрослыми и понимающими для столь юного возраста.

— Мы сделали твоей маме новую прическу. По правде говоря, мы срезали ей все волосы, и она стала похожа на Дуэйна Джонсона[11]. Знаешь такого парня? У него еще прозвище Скала. — (Сэм кивнул.) — Но это только на время. Ты и оглянуться не успеешь, как волосы снова отрастут. И вот в чем сложность. Мама волнуется, а вдруг тебе не понравится. Однако я знаю: ты по-прежнему считаешь ее красивой, потому что она — твоя мамочка и самая красивая женщина в мире. Согласен?

Мальчишка снова кивнул.

— И потому, Сэм, ты уж как следует постарайся не хмурить лицо и не выглядеть печальным. И обязательно скажи маме, какая она красивая. — Санджей выразительно взглянул на Адама, понимавшего, что слова медбрата в равной степени предназначены и ему тоже.

— Сэм, мы ведь с тобой сумеем не подвести маму? — спросил Адам, беря сына за руку.

— Вот и хорошо, — сказал им Санджей. — А теперь, с вашего позволения, я пойду. Дел полно.

— Спасибо вам огромное! — крикнул ему вслед Адам.

На выходе его чуть не зашиб какой-то человек, идущий навстречу, который с силой толкнул дверь и буквально припечатал медбрата к стене.

— Извините, — пробормотал Санджей.

Он выбрался на гулкую лестницу, освещенную лампами дневного света,