И все небо для нас - Юлия Лим

– Куда наклеим? – спрашивает дядя.

– Сюда, – Мила тычет указательным пальцем на тыльную сторону правой ладони.

Тихон склоняется и отделяет защитную пленку от картинки.

– Мила, у тебя скоро день рождения. Что ты хочешь в подарок?

– Хочу увидеть маму, – честно отвечает сестра.

Мы с дядей обмениваемся растерянными взглядами. Он грустно улыбается.

– Что-то осуществимое, малышка.

Сестра вздыхает, по-взрослому понимающе кивает и после недолгих раздумий говорит:

– Тогда я хочу Голдея.

– Чего?! – возмущаюсь я.

Мила надувает губы.

– Вела постоянно его у меня кладет! Она не белет меня с собой к нему, хотя обещала… Я хочу, чтобы Голдей плишел на мой плаздник.

Прикладываю руку к лицу. Он всего лишь подарил ей шоколадку, а она сразу влюбилась.

– Ладно, мы его позовем.

Слышу в голосе дяди насмешку и кидаю в него убийственный взгляд. Улыбаясь, он смотрит на меня и спрашивает одними губами:

– Что, ревнуешь?

Отворачиваюсь, скрывая румянец.

* * *

Перед сном разглядываю фото родителей. Это уже традиция, некий ритуал, без которого не могу заснуть. На экране всплывает уведомление из мессенджера. Заметив имя, улыбаюсь и отвечаю:

Я: Как ты узнал про ее др

Я: Мы же тебя еще официально не пригласили

Дей: Полистал твои соцсети.

Я: Я вроде нигде не указывала

Д: Два года назад. Пост. Ты спрашивала, что подарить сестре.

Я: Ты прям сыщик, Дей…

Д: Соцсети – это оружие, Вер. Если я так легко нашел эту информацию, то ее сможет найти кто угодно.

Недовольно фыркаю и гневно набираю сообщение:

Я: Ну спасибо. Теперь мне с этим как-то нужно заснуть

Д: Спеть тебе колыбельную?

Если бы мы с Гордеем не были знакомы в реальности, я бы решила, что он занудный мрачный тип. Его манера переписки настолько отличается от улыбчивости и многословности в личном общении, что иногда меня посещают мысли, будто я с разными людьми общаюсь.

Я: Я спать

Немного подумав, высылаю ему стикер с высунутым языком и убираю смартфон на прикроватную тумбу.

Я так и не ответила на его вопрос. А все потому, что и сама не знаю, что дарить Миле. В этом году все привычное уходит от нас, словно кусочки, выпадающие из мозаики. Мамы рядом не будет, а ее не заменят ни любимая шоколадка, ни самый дорогой или оригинальный подарок.

* * *

Хоть дядя и дает мне деньги на подарок для Милы, я отказываюсь. Все, что я могу ей предложить, это рисунок платья. И когда мое отчаяние достигает глубин Марианской впадины, за окном появляется Гордей. Он стучит по стеклу гостиной на первом этаже и жестом зовет меня выйти.

– Ну, ты уже нарисовала? – спрашивает он.

– Что? – растерянно моргаю и оглядываюсь.

– Подарок для Милы.

– Чего вдруг интересуешься?

– Давай сделаем ей совместный подарок.

Ой. Больно осознавать, что я настолько недальновидна. А ведь действительно можно было прийти к Дею и попросить его помочь. Забавно, как близко иной раз находятся возможности, но без чужой помощи их не заметишь.

– Ты правда этим займешься? – разглядываю свою косу и трогаю вылезшие из нее волоски.

– А почему нет? Твоя сестра милашка.

Усмехаюсь. Да уж, милашка, пока ее не выведут из себя.

– Поехали, – Гордей протягивает мне шлем и садится за руль скутера.

– Куда?

– Выберем ткань для платья.

– А ты успеешь до ее дня рождения?

– Положись на меня. И возьми рисунок.

Надеваю шлем, открываю снаружи окно в гостиную и забираю лист с наброском со стола. Сворачиваю его, засовываю в нагрудный карман рубашки и сажусь позади Гордея.

Мы едем на невысокой скорости, и я стараюсь лишний раз не касаться его. Лишь иногда придерживаюсь за ремень его шорт или за края рубашки. Сегодня Дей пришел в обычной «мальчиковой» одежде. Похоже, он копирует меня, только цвета выбрал другие: рубашка зеленая в серую клетку с закатанными до локтей рукавами, а под ней светло-серая майка.

– У тебя что, одежда закончилась? – громко интересуюсь.

– Почему ты так решила?

– Ты сегодня какой-то слишком… обычный.

– Я довольно часто одеваюсь обычно.

Волосы Гордея выбиваются из-под шлема и тянутся вниз по шее. Кончики самых длинных прядей достигают его лопаток, слегка завиваясь.

Мы выезжаем на дорогу. Магазин тканей находится неподалеку от салона дяди. Пока я наслаждаюсь приятным ветерком и вдыхаю свежий воздух, нас останавливают сотрудники ДПС. От напряжения выпрямляю спину и подсаживаюсь ближе к Дею.

– Все в порядке? – взволнованно шепчу.

– Конечно, – он широко улыбается.

Сотрудник ДПС подходит к нам, представляется по фамилии и имени, называет должность.

– Ваши права, пожалуйста, – он смеряет Гордея взглядом, от которого у меня спину стягивает мурашками, и ждет, пока тот подаст ему документ.

На вид полицейскому за сорок, он полноват, а фуражка прикрывает лысину.

– Вот, держите, – Дей протягивает ему права.

– Так-так. Кузнецов Гордей Валерьевич, шестнадцать лет, – дпсник сравнивает внешность Дея с фотографией на правах, а потом улыбается.

Бр-р. Жуткий тип.

– Ты тот парень из приложения? Ну, где дети нынче сидят, – спрашивает полицейский.

Хлопаю ресницами в недоумении. Стоп, что…

– Ага.

– Как удачно я тебя остановил, – дпсник протягивает Гордею блокнот и ручку. – Напиши пару добрых слов моей дочке, она твоя фанатка.

– Как ее зовут?

– Арина.

Дей, сгорбившись, склоняется к блокноту и что-то пишет. Затем выпрямляется и оставляет размашистый автограф.

– Держите. Хорошего вам дня, – Гордей забирает права, и мы выезжаем на дорогу.

– Хорошего дня! – вдогонку кричит инспектор.

Когда мы останавливаемся возле магазина тканей, ко мне возвращается речь.

– Вау. Что это вообще было?

– Просто обычный день, – Гордей снимает шлем.

– Так ты, значит, местная знаменитость?

– Вроде того.

Хочу подколоть его еще раз, но в груди неприятно щемит. То, что я общаюсь с Гордеем лично, еще ничего не значит. Я появилась гораздо позже его фанатов, которые давным-давно наблюдают за ним в роликах.

– Ты идешь?

Дей стоит у входа в магазин тканей, а я зависла на сиденье скутера. Неловко слезаю и иду к другу.

– А шлем не хочешь снять?

– Мне и так хорошо! – разозлившись, открываю дверь и захожу.

Ну вот. Не хватало еще губы дуть из-за какой-то ерунды. Однако пасмурное настроение нависает надо мной невидимой тучей.

– Я знаю, что Мила любит розовый. Но, может, выберем ей что-то более свежее? – предлагает Гордей, игнорируя мою обиду.

– Может, – бурчу я.

Дей кидает на меня насмешливый взгляд и идет между стеллажами. Мое внимание привлекают светло-зеленые и светло-желтые оттенки. Надолго замираю перед ними, не зная, что выбрать.

– А давай сделаем для нее платье-трансформер? – Гордей появляется из ниоткуда, и я вздрагиваю.

– Как