Дневник доктора Финлея - Арчибальд Кронин

– Сразу видно, что тебе нужно тонизирующее средство, Боб. Но давай посмотрим тебя. Сними-ка рубашку.

Свет в комнате был не особенно ярким. Боб снял рубашку, доктор Камерон достал стетоскоп и тщательно прослушал сердце и легкие мальчика. Сердце билось довольно слабо, но легкие были в порядке. Убрав стетоскоп, он улыбнулся Бобу, который сидел красный, поскольку перенервничал.

– Не волнуйся, Боб. Ты здоров как бык. Просто немного устал и выдохся. Я дам тебе тонизирующее средство, которое быстро приведет тебя в порядок. – Выписывая рецепт, он добавил: – Это хорошо зарекомендовавшее себя средство для трудолюбивых учеников. Не скрою, я сам принимал его, когда учился в колледже на доктора медицины.

– О, спасибо вам, сэр, большое спасибо! Я закажу его у аптекаря мистера Блэра сегодня же утром.

– Молодец, парень! Имей в виду, что средство не сразу начнет действовать. Чтобы оценить его по достоинству, нужно время.

Когда доктор Камерон спустился вниз, мясник с тревогой посмотрел на него:

– Надеюсь, ничего серьезного, доктор?

– Он немного переутомлен, Боб. Но я выписал ему кое-что для восстановления. Имей в виду, что эффект будет не сразу, но пара флаконов должна сделать свое дело.

– Благодарю, доктор, от всей души. Я завернул вашу ветчину – выбрал ту, что вы любите.

– Спасибо, Боб. Я загляну к мальчику через неделю или, скажем, дней через десять.

С большим свертком под мышкой доктор Камерон гордо зашагал по Хай-стрит. Он не видел ничего зазорного в любви к хорошей ветчине, и густой аромат, шедший от завернутого деликатеса, выдал бы сей факт, даже если бы Камерон попытался скрыть его. В тот же день за ланчем он сказал Финлею:

– Сегодня утром я приволок кое-что от Боба Макки, чтобы тебе было чем завтракать весь следующий месяц.

– О, благодарю вас, сэр. А себе вы разве ничего не принесли?

– А когда я был в лавке, – продолжал доктор Камерон, не обращая внимания на вопрос своего ассистента, – Боб попросил меня взглянуть на его внука, который, как обычно, приехал на каникулы.

– О, отлично! Надо вытащить его на рыбалку. Но он что, нездоров?

– Немного подустал от учебы, но я прописал ему кое-что, отчего он вскоре будет с удочкой через ручей прыгать.

– Что вы прописали, сэр?

– Ты когда-нибудь слышал о тонизирующем препарате Макки?

– Нет… о нет, не могу сказать, что слышал, сэр. Какой там состав?

– Хорошо, я тебя просвещу, милорд. Это стандартное тонизирующее средство, которое мы, студенты, употребляли, когда были измотаны экзаменами и тяжелой работой в больничных палатах. Тонизирующий препарат Макки. Черт, это же знаменитое средство!

– Не могу сказать, что когда-либо слышал о нем, сэр. Но естественно, я верю вам на слово.

– Последи за Бобом Макфарлейном – и тебе не придется верить мне на слово. Вы, молодые врачи, думаете, что знаете все, но, по-видимому, никогда не слышали о докторе Макки.

После этого разговора Финлей решил присмотреть за своим юным другом. Весь следующий день он был занят, но затем, на следующее утро, после обхода, он поднялся к ручью Гиелстоун и там, как и ожидалось, нашел молодого Боба Макфарлейна.

Но Боб не ловил рыбу. Его удочка была прислонена к дереву, а он, понурившись, сидел на берегу.

– Ты что же не рыбачишь, Боб! – воскликнул Финлей, усаживаясь рядом с мальчиком и дружески обнимая его за плечи.

– О, я рад вас видеть, доктор Финлей. Я надеялся, что вы подниметесь сюда. Да, я попробовал пару раз закинуть удочку, но потом мне пришлось сесть.

– Ничего себе! Разве ты не пьешь свой тонизирующий препарат?

– Я попробовал несколько доз, сэр, но дело в том, что меня от него сильно тошнит. После двух последних доз меня рвало по-страшному.

– Тогда, Боб, ты должен прекратить его принимать. Таков мой приказ. Сиди-сиди. Не вставай. Дай-ка я тебя осмотрю.

Боб молча подчинился, и Финлей проверил его пульс, а потом вгляделся в бледное, напряженное лицо мальчика. Несколько минут Финлей изучал его глаза, особенно нижние веки и конъюнктиву, которая оказалась не красной, как положено, а бледной и бескровной.

«Мой славный старый босс упустил кое-что, – подумал Финлей, – а это и есть верный ключ к состоянию мальчика».

– Скажи, Боб, случалось ли с тобой что-нибудь перед каникулами?

– Да, сэр. В последний день семестра мы веселились в столярной мастерской, и один мальчик, совершенно случайно, воткнул острую стамеску мне в руку. Так что я, как свинья, истекал кровью, и, пока не позвали учителя, который перетянул руку жгутом, из меня на пол вылилась огромная лужа крови. Хотели вызвать врача, но я отказался, и меня отправили домой на такси.

– Боже мой, мальчик! И на следующий же день ты приехал сюда.

– Я не хотел никому говорить, сэр. Я чувствовал себя так глупо. Так что я просто приехал, но, признаюсь, в поезде чувствовал себя ужасно. И, по правде говоря, я все еще чувствую себя странно. Как сам не свой.

«И мой славный старый босс дал ему флакон препарата Макки», – подумал Финли, а затем вслух сказал:

– Боб, ты отправишься со мной в больницу, в лабораторию. Просто спокойно жди здесь, пока я не вернусь.

Финлей взял велосипед Боба и поехал вниз по долине к своей машине, стоявшей у входа в приемную. Оставив у бордюра велосипед, он сел в машину, вернулся и забрал Боба. Через пять минут они уже были в больничной лаборатории.

– Сними куртку и рубашку и ложись на кушетку. И не волнуйся, я возьму только одну крошечную каплю твоей крови на анализ.

Кровь, светлая и водянистая на вид, была набрана в шприц для подкожных инъекций, затем перенесена в пробирку, и через двадцать минут анализ был готов. Финлей издал удовлетворенный возглас и повернулся к мальчику:

– Послушай, дорогой, ты потерял так много крови, что тебе придется несколько месяцев страдать, прежде чем восстановишься. К счастью, у нас с тобой одна и та же группа крови, так что я собираюсь подарить тебе кое-что из того, что у меня есть. Лежи спокойно, а я придвину к тебе стул.

Через десять минут эта простая операция была завершена. Какое-то время Финлей молча лежал рядом со своим пациентом, а затем спросил:

– Как ты себя чувствуешь?

– О, сэр, дорогой доктор Финлей, вместо того чтобы чувствовать себя пустым мокрым мешком, я готов пробежать несколько миль, перепрыгивать через стены. О, слава богу, благодарю и благословляю вас, доктор! Я снова стал самим собой, лучше, чем обычно.

– Тогда расслабься. Ты должен полежать неподвижно в течение получаса. И я тоже буду отдыхать.

– Конечно. О, доктор Финлей, вам плохо?

– Скоро я буду как новенький. Кровопускание организму полезно. А теперь слушай внимательно, Боб. Никто не должен знать об этом, это касается только нас с тобой, иначе доктор Камерон будет очень уязвлен тем, что не смог определить причину твоей болезни. И еще хуже то, что я, его ассистент, заметил, что тебе не хватает крови, и тут же исправил ситуацию!