Вдребезги - Кэтлин Глазго

Доктор Стинсон».

«Я не могу отвечать тебе так быстро, как хотелось бы». Я посмотрела на информацию, которую она нашла: общество анонимных алкоголиков для подростков, групповая терапия для совершивших покушение на самоубийство, женский приют. Общество анонимных алкоголиков для подростков? Я представила, как сижу вместе с другими парнями и девчонками и разговариваю о злоупотреблении алкоголем. О том, что происходит, когда мы выпиваем.

А потом я подумала: все, что со мной случилось, произошло из-за потери контроля над собой. Ребенок оказался на улице, без дома и прочее. Я не хотела сидеть в группе и быть той, кем они стараются не стать. Я посмотрела в Интернете на фотографии групповой терапии несостоявшихся самоубийц: люди сидят в кругу на траве, их лица грустны. Я даже не набрала сайт приюта, потому что теперь у меня есть где жить – пусть место и не самое замечательное.

Я начала писать ответ, но потом удалила сообщение. Что я могла ей ответить? Ныть по поводу моего провала с Майки? Каспер, вероятно, ответит: «Заведи нового друга». Посоветует мне посещать еще какую-нибудь группу. Я расстроенно кликнула на другое сообщение – от Блю. Пришло неделю назад.

«Молчаливая Сью,

куда ты пропала? Я скучаю по тебе, моя хорошая девочка. Кас-но твоего последнего сообщения: ага, мы сами себе злейшие враги. Но это не может так продолжаться. В последнее время я действительно внимательно слушаю, что происходит на групповых занятиях, и кое-что из того, что ДОК-ПРИВИДЕНИЕ говорит, не так уж плохо, особенно ее запреты!!!! Я как пружина!!!!! Не знаю, когда уже. Следовать правилам, поедать таблетки, планировать, как мы с Айсис займемся чем-нибудь в этой дыре под названием КАНЗАС. Может, мы выйдем отсюда и навестим тебя! Ты хорошо себя ведешь? ПЖСТА, поговори со мной. Все, кого ты здесь застала, их уже нет, кроме меня и Луизы, и я точно говорю тебе, с этой девчонкой НЕ все в порядке. С ней что-то происходит.

БЛЮ».

Я уставилась на сообщение. Она бы не вышла оттуда; Блю просто опять блефует. Так ведь? Я посмотрела на список сообщений от Блю в своей почте. Для человека, который вначале относился ко мне плохо в Крили, сейчас я ей, похоже, действительно понравилась. И мне вдруг пришло на ум, что она тоже чувствует грусть и одиночество. Я не знала, что мне делать с сочувствием, которое я испытывала к Блю.

Надо подружиться. Что плохого случится, если я отвечу Блю? Она единственная из тех, кого я знаю, кто сейчас, возможно, сумеет понять мою жизнь.

«Блю!

Хорошо, что ты прислушиваешься к советам Каспер. А что еще тебе остается делать, правда же? Пустыня похожа на жаркое месиво – если надумаешь сюда приехать, захвати топы с бретельками через шею, солнечные очки и много солнцезащитного крема, потому что кожа здесь горит как в огне каждый день. Я не знаю, что тут забыла, на самом деле, но вот я здесь, полагаю, что это мое место. Я работаю посудомойкой, и это не так уж плохо. Что происходит с Луизой? Скажи ей, что я скучаю по ней, перед тем, как тебя выпишут оттуда, хорошо? Может, ты сможешь передать ей мой электронный адрес или что-то в этом роде. И я не хорошая девочка, я вся насквозь плохая.

Чарли».

Несколько дней спустя сквозь грохот посудомоечной машины я услышала, как Райли громко крикнул мне:

– Я слышал, твой дружок уезжает на гастроли администратором той группы – большой тур по западному побережью. Ты не будешь чувствовать себя одиноко в следующие несколько месяцев?

Я дернула вниз рычаг машины.

– Что?

Я сдула пар со своего лица. На кухне сломался кондиционер, и на улице жарко, как при апокалипсисе. И, естественно, было около посудомоечной машины, фритюрницы и гриля еще жарче. Райли сказал, что обычно в июне здесь прохладнее. У нас установлены квадратные вентиляторы, и он прикрутил к стене вентилятор, который держался на соплях. Лицо Райли блестело от пота, а лоб и нос были покрыты красными прыщами. Под столешницей он прятал банку с пивом, с которой стекала вода, и курил сигарету, стряхивая пепел на пол. Он смахивал его в сторону ботинком.

Райли сделал вид, что подавился глотком пива.

– Упс. Я проболтался о том, чего ты еще не знала? Похоже, Майкл в опале.

Я поморгала.

– Майки?

– Майкл. Он мужчина, называй его мужским именем, милая.

Интересно, берет ли он Банни с собой и сказал ли ей уже об этом?

«Я на самом-то деле только что сюда переехала, – думала я, угрюмо окуная пластиковые стаканы для воды в мыльную кашу с водой. – А он уже уезжает».

Но я вспомнила, что говорил Майки: «По-прежнему уже не будет», – и решила: «В любом случае это теперь не важно». Мой единственный друг: он уходит.

Райли отскребал несколько драников от гриля, крутя в руках лопатку. Его сигарета лежала на краю пивной банки. Джули уехала до следующей недели.

– В Орей, – сказала Линус сегодня утром. – Изучает свои доши.

Кажется, Райли стал еще более беспечно, чем обычно, относиться к выпивке на работе с тех пор, как она уехала.

Райли докурил сигарету и бросил ее в банку. И встал, кинув банку через мою голову в мусорное ведро.

– И прекращай уже носить эти рубашки с длинным рукавом, Чарли, милая. Мне становится жарче от одного взгляда на тебя. Купи несколько дурацких футболок.

Я не ответила ему. Вместо этого вывалила остатки еды в мусорное ведро сверху на его банку из-под пива.

Я перебирала пальцами пачку наличных денег в кармане комбинезона, прогуливаясь между рядами магазина для художников рядом с кафе. Угольные грифели из ивы, воздушная и мягкая щетина кистей для акварели. Я трогала стопки скрепленной бумаги для рисования, чувствуя рельефные выступы под пластиковыми обложками. Изящные краски фирмы «Винзор и Ньютон» в безупречных бутылочках, выстроенные ровными рядами: багряный краплак, пурпурная марена, желтый ультрамарин. У них есть блокноты с готовыми шаблонами для комиксов; больше никаких линеек и острых карандашей, которые я использовала. Я увидела много холщовых сумок через плечо, брюк в армейском стиле с низкой талией и тонких шейных платков на девушках в магазине. Парни все выглядели как автослесари: сандалии, тонкая щетина на подбородках. Мне стало интересно: вдруг кто-то из них учится