Бегство к себе - Галина Леонидовна Одинцова

– Мы же хотели посидеть в номере…

– Без меня насидишься. Вот я уеду, останешься тут и будешь сидеть слёзы лить! Согласна?

– Не уезжай…

– На работу мне. Теперь только осенью отпрошусь на недельку.

Мы зашли в салон.

– Здравствуйте, девочки, а вот и мы! Мы идём в ресторан, и наши головы должны светиться счастьем!

– Проходите! Будет сделано. Вечерний макияж нужен? У нас прекрасный визажист.

– Конечно, нам нужен визажист!

– Ви-и-и-ка!

– Вначале капризной даме, а потом мне. Хорошо?

– Вика! Я откажусь.

– Роза! Сегодня никто ни от чего не отказывается. Сегодня у нас загул!

– Не переживайте, вы останетесь очень довольны! – пообещала девушка-администратор.

– Нам бы ещё платья вечерние! Чтобы убивать так убивать!

– Лео! – крикнула девушка. – Позвони Маргоше, она ещё у себя в салоне должна быть, узнай.

Лео, высокий и тонкий, словно кипарис, виляя задом, прошёл к окну и стал звонить неведомой Маргоше.

– Маргоша, это Лео… Привет, дорогая. Ой, не спрашивай! Сам обалдел, как увидел. Ты себе взяла? Девчонки взяли. Маргоша, ты где? В салоне? Ты за рулём? На ходу? Тут две обалденные дамы, прикинь, хотят убить всех в ресторане! Да нет, они на самом деле обалденные! Им не надо пайеток. Им нужен высший пилотаж. Их лица выслать? И фигуры? Сейчас, Маргоша, сделаю. И ценовой размер? Ха-ха-ха… Понял, Маргошка, давай, жди на Ватсап. Целую губки!

Лео был явно доволен состоявшимся разговором. С его лица не сходила улыбка.

– Дамы, привстаньте на секунду. Готово. К концу вашего сеанса Маргоша будет здесь! С нарядами. Озвучьте, на какие цены согласны…

– Вика! Я не согласна!

– Не согласна – иди в номер! Устала я, Роза! Отдыхать хочу, саксофон слушать, скрипку, пить шампанское, смотреть на людей…

– Женщины, живём один раз! – вмешалась в наш разговор администратор. – Берите от жизни всё что возможно! Посмотрите на Лео. Он уже третий университет оканчивает. Два красных диплома имеет, зарабатывает третий. Лео знает всё!

– Да, я такой! Скоро моя выставка картин. И книга стихов готовится к печати!

– Молодец, Лео! А сколько тебе лет?

– Тридцать три. Я ещё молод. И у меня всё впереди, да, девчонки? Хотите, я вам свои стихи почитаю?

– Конечно, Лео!

Молодой человек принял серьёзный вид.

Всю ночь поливал дождь:

Он так воспевал мой плач.

Бессонных деревьев дрожь

Уныло играл скрипач.

Сквозь полусон, полубред

Мне слышался этот стон.

Бился фонарный свет

В мокрую сущность окон.

Дождь часто менял интервал:

То реже, то вдруг зачастит.

Похоже, что он повторял,

Как сердце моё стучит.

Пронзительный унисон

Был ярче от молний и гроз.

Меня убаюкивал он

В мокрой постели От слёз…

– Браво, Лео, браво!

– Вы прочли мою душу, Лео!

Лео взял руку Розы, поднёс к своим губам, прикоснулся и произнёс:

– Роза, живите всей душой и телом! Не жадничайте. А то опоздаете!

– Добрый вечер! Кого тут принарядить?

– Марго-о-оша!

– Ле-е-е-о! Прекрасно выглядишь.

Одарив комплиментом молодого человека, женщина приступила к делу:

– Девочки, для вас отдельный пакет, посмотрите. Мерьте платья, пока Лео не занялся вами. Он подберёт под наряды макияж. Вам лучше вот этот цвет. А вам – вот это платье. Ух! Женщины! Как же я угадала! Глаз не оторвать. Да, можно на карту! Вот визитка, номер телефона там.

– Вика… я не смогу в этом… Оно слишком открыто…

– Дама, вы из Сибири?

– Тихо-тихо… Розалия, ты пойдёшь в этом платье. Ты его уже не снимешь. И пойдёшь в нём в ресторан. Поняла? Вот и хорошо. Не порти мне вечер. Я тебя неделю слушала. Послушай меня и ты!

– Я сама заплачу, Вика. У меня есть деньги.

– Я и не сомневаюсь, – отрезала я. И поинтересовалась у Маргоши: – Марго, бижутерию прихватили? Случайно…

– Конечно! Выбирайте. А вам лучше это! Скромненько и со вкусом! Вау, красота какая! Лео, посмотри!

– Марго, ты волшебница! Так, кто ко мне? Я так понял – эта дама, по имени Роза…

Внимание Лео привлёк молодой мужчина, появившийся в салоне.

– Пьер, хорошо, что ты зашёл. На вызове был? В випах? Возьми даму, а то они опоздают в ресторан.

– Лео, всегда рад помочь! Такую даму да не взять! А сделаем-ка из вас кошку! Этакую загадочную, гуляющую сама по себе, а?

– Делайте, Пьер!

Глава 20

В ресторане весь вечер звучала спокойная музыка: играли саксофон, скрипка, фортепиано. Прекрасным обслуживанием и отличной кухней наслаждалась интеллигентная публика, в том числе обходительные мужчины. Розалия светилась от счастья. Было заметно, что она впервые пришла в дорогой ресторан, поэтому чувствовала себя скованно. Но к концу вечера немного расслабилась и даже танцевала. В номер мы пришли далеко за полночь. Счастливые и отдохнувшие. Всё-таки ресторан есть ресторан, тем более если он достоин похвалы.

А я вспомнила одну историю, связанную с рестораном. Как-то нас с мужем пригласили на свадьбу. Свадьба была шумной. Отлично организованной во всех отношениях: работали профессионалы – кухня, зал, праздник. Невеста блистала: была весела, порхала, как бабочка, от одного гостя к другому, танцевала, танцевала, танцевала. Фата развевалась шлейфом, путалась под ногами, ко всем цеплялась, на неё наступали, смахивали её со своих потных раскрасневшихся лиц развеселившиеся гости…В общем, она совсем была ни к чему, эта фата. В конце концов невеста сей атрибут невинности сняла и небрежно бросила на спинку стула.

Жених же был похож на контрабас: огромен, неповоротлив, грузен, басист и малоподвижен. Или возраст делал его таким, или характер – это так и осталось загадкой для гостей. Невеста изредка к нему подбегала, целовала в лоб – видимо, это было его самое чувствительное место, – проводила хрупкими пальчиками по мелким костяным пуговицам на его белоснежной рубашке с бабочкой у самого подбородка, как смычком по струнам контрабаса, только снизу вверх, а не из стороны в сторону – и убегала к гостям.

«Не отрекаются любя, ведь жизнь кончается не завтра. Я перестану ждать тебя, а ты придё-ё-ёшь совсем внезапно…»

Мощный голос певицы усадил за праздничные столы уставшую от бурных танцев и игр публику. Вернулась с танцпола и невеста. Поцеловала хмурого, видимо, уже уставшего жениха в потный, без явных морщин, лоб и уселась рядом.

Певица продолжала петь. Гости накинулись на горячие блюда, уже не обращая никакого внимания на виновников торжества.

«Я перестану ждать тебя, а ты придёшь совсем внезапно. Не отрекаются любя…» – надрывалась артистка. Песня кончилась. Певица поклонилась и ушла