Расставание из ада - Энн Давила Кардинал

– Да. Они не могут ступить на Священную землю. Именно поэтому им пришлось заставить этих наркоманов вломиться в церковь Стоу.

Мой взгляд прикован к алтарю, и я спешно направляюсь вверх по боковому проходу, остальные идут следом. Я поднимаюсь на возвышение и провожу руками по резьбе.

– Тебя всегда завораживала эта резьба. Теперь я понимаю почему, – шепчет Зи.

– Думаю, на подсознательном уровне я всегда что-то подозревала.

– Так что будем делать? – шепчет она, встав рядом.

– Найдем замочную скважину. – Я вытаскиваю медальон из-под рубашки. Цепочка и ключ снова светятся.

– Так и должно быть? – спрашивает Рейдж.

– Думаю, да. – Но правда в том, что на самом деле я не знаю.

– Нашел! – восклицает Барри, указывая на потайное отверстие под особенно витиеватой резьбой.

Мы все подходим к алтарю со стороны, где обычно стоит священник.

– Я же читал Откровение, главу седьмую стих второй, и там сказано: «И видел я иного Ангела, восходящего от востока солнца и имеющего печать Бога живаго». И я заметил эту странную печать, вырезанную прямо здесь. Круто, да?

Он светится от гордости, и я встаю на носочки, чтобы поцеловать его в щеку.

– Отличная работа, Ба! – Рейдж слегка толкает его.

Я подхожу и протягиваю светящийся ключ. Мы затихаем, как будто являемся свидетелями священного ритуала, что, я думаю, является правдой. Однако у меня нет времени испытывать благоговение: я просто хочу выяснить, что там внутри, взять это и пойти за абуэлой. Я вставляю ключ и поворачиваю до тех пор, пока механический щелчок эхом не отдается под высоким потолком часовни. Я вытаскиваю ключ и смотрю на друзей.

– Так что, мы поднимем крышку или как? – спрашивает Рейдж, засовывая кончики пальцев под край.

Барри берется с другого края, а мы с Зи – за середину крышки.

– Раз, два, три! – Мы одновременно поднимаем, и алтарь сдвигается, но не поднимается.

Рейдж разминает шею.

– Давайте вложим все силы. Готовы?

Мы снова считаем и поднимаем. На этот раз мы снимаем весь алтарь с камня, я смотрю на друзей, и все ошеломленно замолкают. Думаю, силы у всех на исходе.

Когда становится ясно, что крышка не сдвинется с места, мы снова ставим алтарь на возвышение.

– Черт возьми, ребята! Суперсилы активированы! – Барри и Рейдж дают друг другу пять и начинают расхаживать с важным видом, разминая мышцы. Зи же изучает алтарь, ища способ проникнуть внутрь.

– Парни, вы можете похлопать друг друга по спине позже. Прямо сейчас нам нужно открыть этот чертов алтарь.

После еще нескольких рывков становится ясно, что этот метод не работает. Мы прислоняемся к алтарю, тяжело дыша.

– А абуэла не дала тебе подсказку, как его открыть после того, как ты используешь ключ?

– Нет, я… – Мысленно я вижу каракули бабушки на доске и на корешке Библии. Я обвожу друзей взглядом. – Подождите, кто-то знает, что написано в Евангелии от Матфея в главе седьмой, в стихе семь?

Барри фыркает. Зи печально качает головой.

Рейдж поворачивается и смотрит на алтарь.

– Просите, и дано будет вам; ищите, и найдете; стучите, и отворят вам.

Я чувствую жужжание в медальоне.

– Вот оно!

Я обнимаю Рейджа и целую его в губы.

– Спасибо!

Я подхожу к алтарю, делаю глубокий вдох и дважды стучу. Откуда-то изнутри доносится грохот, становящийся все громче и громче, пока не начинает казаться, что здание разваливается на части. Как раз в тот момент, когда я думаю, что больше не могу этого вынести, грохот затихает. Секунда тишины, затем раздается треск, похожий на раскат грома, и деревянные стены алтаря обрушиваются. Мы отпрыгиваем, чтобы избежать удара. Когда стены перестают с грохотом падать на каменный пол и пыль оседает, мы видим серебряную шкатулку с похожей резьбой, стоящую на возвышении.

– Это какая-то шутка, – говорит Барри.

– Похоже на матрешку, – предполагает Зи.

Я подхожу, чтобы поднять зеркальную крышку, но она не поддается.

– Она тоже закрыта. Вы видите еще одну замочную скважину?

Рейдж запускает руку под край крышки.

– Тут должна быть кнопка или защелка. – Он присаживается на корточки рядом со мной и осматривает заднюю часть, в то время как Зи и Барри обходят коробку, вглядываясь в поверхность. Я снова стучу, но ничего не происходит. Кажется, что мы ощупываем и толкаем крышку целую вечность, как будто пытаемся вытащить Экскалибур из камня.

Ничего.

Я в отчаянии хлопаю ладонью по крышке.

– Черт! Мы зашли так далеко, но нас остановила дурацкая коробка!

Зи кладет руку мне на плечо.

– Силой ты ничего не добьешься.

– Он схватил абуэлу! – всхлипываю я. Я вижу, что Рейдж все еще сидит на корточках и изучает резьбу, и меня охватывает нетерпение. – В чем смысл, Рейдж? Даже если мы откроем ее, я уверена, что мы не поймем, как использовать это оружие, и нет никого, кто бы мог научить.

– Тебе нужно верить, Ми, – говорит он, проводя пальцами по резьбе.

Я в отчаянии взмахиваю руками.

– Верить? Абуэла тоже говорила о вере, но до вчерашнего вечера я понятия не имела, кто такая! Может быть, если бы у меня было время подготовиться… – Я начинаю ходить взад-вперед. – Время натренироваться. Ты знаешь, что на это требуются годы. – Я резко останавливаюсь и поднимаю руки. – Я иду совершенно вслепую! Я никого не могу спасти! Я даже не хочу этого наследия!

– А почему нет? – спрашивает Барри. – Это, пожалуй, самая важная работа во Вселенной!

Я фыркаю в ответ:

– Никакого давления или чего-то в этом роде. Спасибо, Ба.

– Что именно говорилось в записке твоей мамы об оружии? – спрашивает Зи.

– Что Фуэго – это ключ.

– Что за Фуэго? – уточняет Барри.

– Я говорила! Какое-то оружие!

– Я знаю, капризная сеньора. Переведи это слово.

Рейдж все еще сидит на корточках перед коробкой.

– Фуэго – это «огонь», да?

– Да! Разве это важно?

Рейдж нажимает на резьбу – изображение пламени, танцующего на конце меча Михаила, – раздается громкий металлический щелчок, и крышка медленно поднимается, словно живая. Вокруг раздается коллективный вздох, и мне кажется, что внутренняя часть шкатулки освещается, когда я вижу сияющий серебряный меч, лежащий на ложе из красного бархата.

– Что ж, такое видишь не каждый день, – с благоговением в голосе произносит Зи.

– Фуэго – это меч, – шепчу я.

Рейдж наклоняется ближе, изучая резьбу по блестящему серебру.

– Ребят, думаю, это не обычный меч, он принадлежал святому Михаилу.

– Ого, – выдыхает Барри, благоговейно глядя на оружие.

На поверхности клинка выгравирована замысловатая резьба – извивающиеся языки пламени, поднимающиеся от рукояти к острому концу. Рукоять