Софи - Юлия Эгерт

– Привет! Помнишь меня? – сказал парень, с улыбкой подходя к Софии. – Кстати, меня зовут Максим. А это мой друг Родион.

– Я София, – ответила немного смущённо девушка. – А это моя подруга Мария, – добавила она.

– О, а вы друг друга знаете? – удивлённо подняла вверх брови подруга.

– Да, – ответила София, мельком взглянув на Максима. – Познакомились недавно в супермаркете.

Было похоже, что Родиону сразу приглянулась Мария: он поспешил пригласить её потанцевать. Молодые люди удалились, оставив Максима и Софию молча стоять у столика.

– А ты вообще танцуешь? – спросил Максим.

– Э-э-э… я вообще, честно сказать, не любитель дискотек. Это Мария настояла, чтобы я пошла, – чуть покраснев, ответила она.

Тут заиграла медленная песня, и Максим взял Софию за руку:

– Пойдём потанцуем!

Он часто бывал на вечеринках и знал, что девушкам нравится, когда парни берут инициативу в свои руки. И хотя Софию абсолютно не интересовали парни, которые так далеко были бы от студенчества, все же она призналась себе, что ей приятно находиться в его компании.

Максим положил руки на тонкую талию Софии, а она слегка обняла его за плечи. От молодого человека приятно пахло каким-то свежим одеколоном. Его тёмные волосы были аккуратно уложены назад. Потанцевав, молодые люди вернулись назад к столику. Родиона и Марии все еще не было. “Наверно, они пошли заказать что-то”, – подумала София. Она посмотрела на спутника и решила спросить:

– Максим, а ты тут часто бываешь?

– Просто Макс, если хочешь, конечно. Именно тут – нет. Но вообще на дискотеки я часто хожу. А почему бы и нет?! А ты?

– Я не часто, много задают, – ответила София и испугалась, не выглядит она ли занудой.

– А ты сама вообще откуда из России? Страна-то огромная, – усмехнулся он.

– С Сахалина.

– О, как круто! Там, наверно, пингвины повсюду ходят.

София засмеялась. Максим отметил для себя, что у неё очень милая улыбка.

– Ну да, пингвины там и правда водятся. Только не везде, конечно, – пошутила девушка.

– Софи, давай я возьму нам ещё вина? – предложил Максим. – Тебя уже кто-то называл “Софи”? Мне просто кажется, что это звучит не так скучно, как “София”.

Софию смутил вопрос. Ей показалось, что он считает её скучной.

– Прости, но мне уже пора возвращаться. Очень рада была знакомству, – внезапно выпалила девушка и поспешила выбраться из-за столика, направляясь к выходу.

– Ты обиделась?

– Вовсе нет. Прости, Макс, но завтра у меня занятия с девяти утра до четырёх вечера.

Обычно девушки, с которыми Максим знакомился на дискотеках, так себя не вели, и это ещё больше подогрело его интерес. Он сразу же вызвался проводить Софию до комнаты, «а то мало ли, кто в это время по общаге ходит». Макс довёл её до комнаты и напоследок поцеловал в щёку. Заперев за ним дверь, София упала на кровать и отключилась.

Глава шестая

Максим Руди был на несколько лет старше Софии. Красивый, высокий, хорошо сложённый, он умел производить впечатление. У него были тёмные волосы, которые он аккуратно укладывал назад, карие глаза и обаятельная улыбка.

Родители Макса переехали в Германию из Казахстана и привезли с собой двенадцатилетнего сына. Мама Максима, чистокровная немка, происходила из семьи поволжских немцев. В начале двадцатого века они жили на территории России в специальной автономии, носившей название Республика Немцев Поволжья. Однако в 1941-м году, когда началась Великая Отечественная война, тысячи немцев сослали в Казахстан. Уже там мама Максима познакомилась с его отцом.

Мать с отцом были простыми людьми. В новой стране большого успеха они не достигли, но на жизнь им вполне хватало. Мама почти каждый день ходила убираться в дома состоятельных немцев. Отец работал на заводе – собирал автомобили марки Opel. В то время этот концерн считался самым крупным работодателем в Бохуме. Как-то раз отец взял с собой на завод маленького Макса, чтобы показать, как делают автомобили. Эта экскурсия произвела сильное впечатление на мальчика, и он твёрдо решил связать судьбу с автомобилями.

В Германии Максим пошёл в немецкую школу, не говоря ни слова на немецком. Он до сих пор помнил, каково это – сидеть на уроках и ничего не понимать. Часто он был готов провалиться сквозь землю, когда к нему обращалась учительница или одноклассники, а он ничего не мог сказать в ответ. К счастью, он познакомился с одним мальчуганом по имени Родион, чьи родители приехали в Германию из Украины по так называемой “еврейской линии”.

В отличие от Максима, Родион по-русски говорил с сильным акцентом, потому что приехал в Германию в возрасте двух лет. Именно поэтому он предпочитал общаться исключительно на немецком, хоть хорошо понимал русский. Родители Родиона были, в отличие от родителей Макса, людьми предприимчивыми и открыли небольшой магазин, где продавали “русские” продукты. С помощью друга немецкий Максиму с каждым днём давался всё легче.

После школы Макс пошёл в “бундесвер”. В то время служба была обязательной, но молодые люди могли выбрать между социальной работой и армией. Идея ухаживать за бабулями и дедулями Максиму, мягко говоря, не очень нравилась с самого начала, поэтому он выбрал армию. Там его научили ничего не бояться и, как он позже говорил полушутя-полусерьезно, сделали из него настоящего мужчину. После “бундесвера” Максим вернулся к родителям.

Частенько по вечерам после работы его отец выпивал, а после начинал рассказывать, что “как только он сына на ноги поставит, наконец поедет жить из этой дождливой страны на море в Крым”. Там якобы жили какие-то его родственники, которых, правда, никто из семьи никогда не видел. Пьяный отец, бывало, поднимал руку на мать, которая в силу мягкого характера всё прощала.

Не удивительно, что Максим хотел поскорее переехать в отдельную квартиру и думал, куда бы устроиться на работу, чтобы накопить денег. Поступление в университет он вообще не рассматривал, да и быстро поступить у него бы не получилось при всём желании. Дело в том, что он закончил “Реальшуле”7 – среднюю школу, а не гимназию, хотя учился в школе очень даже неплохо. А с аттестатом средней школы в Германии не берут в университет.

Макс мечтал в будущем открыть собственный автосервис и уже хотел было пойти учиться на механика. Однако его школьный друг Родион предложил