Одиночество Мередит - Клэр Александер

На уроке английского мистер Брукс посадил Сэди со мной, и после быстрого допроса (да, я смотрела «Твин Пикс», определенно предпочитаю «Домой и в путь» «Соседям», из группы New Kids on the Block больше всего люблю Донни, но Джордан тоже ничего) мы стали подругами.

— Ты прошла тест, — призналась она мне несколько лет спустя.

— А ты мой провалила, но я тебя пожалела, — невозмутимо отреагировала я.

— Мы как соль и перец. Абсолютно разные, но идем в паре.

Она навещает меня всегда, когда есть возможность, иногда вместе с детьми. Джеймс и Матильда проводят время поочередно с Сэди и ее бывшим мужем Стивом, гитаристом трибьют-группы Led Zeppelin, который бросил ее ради поклонницы через полгода после рождения Матильды. Характера Сэди не занимать. Когда в субботу за завтраком Стив сообщил о своем уходе, она лишь спросила: «У тебя правда есть поклонница?» А когда он смылся с потрепанным чемоданом, Сэди отправилась в гараж и выкрасила в розовый его дорогущую электрогитару. Сделала с ней селфи, показав средний палец на случай, если он не уловит интонацию, и отправила ему с подписью: «Будет напоминать тебе о дочери. Это цвет стен ее комнаты».

С тех пор прошел почти год, и теперь все в целом мирно, насколько возможно после измены и ухода из семьи. Поклонница Стива исчезла через несколько недель, и он побежал просить у Сэди прощения, но та уже сменила замки. Он попытался спеть ей через дверь серенаду, а она врубила Red Hot Chili Peppers и прокричала: «Джон Фрушанте — теперь он гитарист!»

Сэди только раз в месяц проводит выходные без детей и старается втиснуть в эти дни как можно больше. Однажды она заглянула ко мне между третьим и четвертым свиданиями (вопрос с завтраком, вторым завтраком, обедом и ужином был уже решен). «У меня очень мало времени, — сказала она в ответ на мои поднятые брови, — так что перестань меня осуждать, поставь чайник, и я расскажу тебе про Ларри, который до сих пор живет с мамой».

Я вовсе не осуждаю Сэди. Конечно, каждый человек как-то оценивает других, и я не исключение. Но меня даже восхищает ее личная жизнь. Я так давно не была на свидании, лет сто уже. «Надо тебе скачать приложение, — как-то посоветовала мне Сэди, — просто ради хохмы. Вдруг ты кого-то встретишь, и он вдохновит тебя рвануть из дома, проломив дверь. Я приеду и увижу только дыру в форме твоего тела».

Я неловко рассмеялась. Мы обе знаем: для того чтобы выйти, мне потребуется нечто большее.

Оставаться дома три дня, не говоря уже о трех годах, Сэди бы даже в голову не пришло, так что первый месяц она никак не могла поверить в происходящее. Пока однажды вечером не застала меня прячущейся под кухонным столом. В тот момент она наконец поняла, что все всерьез.

Сейчас Сэди ничуть не легче принять тот факт, что моя жизнь меня устраивает или, по крайней мере, что я чувствую себя лучше, чем в тот период, когда пряталась под столом. Жить «на троечку» не самый плохой вариант. Думаю, она все понимает, но время от времени заводит свою любимую песню.

— А как же люди? — спрашивает она.

— Какие люди?

— Разные! Те, которых встречаешь, когда выходишь из дома. Случайные люди, с которыми твоя жизнь становится интереснее.

— Моя жизнь никогда не становилась интереснее благодаря случайным людям.

— Помнишь вечер, когда мы встретили парня, который гадал нам по руке?

— Он сказал, что ты станешь шеф-поваром.

— Все еще возможно!

— Ну, не думаю, что у меня будет шестеро детей.

— Кто знает.

— Я знаю.

— Ладно, значит, он был никудышным предсказателем. Но разве ты не скучаешь по таким вечерам? По встречам с невероятными, увлеченными людьми?

— Сэди, половину из них я даже не помню. И они не были настолько уж невероятными.

Ее лицо мрачнеет, и мне становится не по себе. Люди — это только часть истории. Мы с Сэди всегда развлекали себя сами: ходили по барам, смеялись, танцевали, строили планы на жизнь.

— Разве ты не скучаешь по общению «глаза-в-глаза»?

Она говорит это тихо, словно боится, что я запла́чу.

— Я сейчас с тобой именно так и общаюсь, — мягко отвечаю я.

— Да, но тебя, наверное, уже тошнит от моих глаз.

— Конечно нет. У тебя красивые глаза. Меняют цвет в зависимости от твоего настроения.

Она корчит рожу и высовывает язык.

— А сейчас красивые?

Я улыбаюсь своей смешной подруге, которая готова ради меня на все.

Сэди так просто не сдается:

— А свежий воздух?

— У меня постоянно открыты окна, и я часто высовываю голову из задней двери, чтобы глотнуть чистейшего воздуха Глазго.

— Мередит, не издевайся.

— И не думаю.

Так продолжается до тех пор, пока одной из нас не надоедает и мы не переключаемся на другие темы.

— Не могу видеть тебя такой, — сказала она мне в канун прошлого Рождества, когда мы уже обменялись подарками, взорвали хлопушки и крепко обнялись.

Она собиралась забрать Джеймса и Матильду от Стива и пойти домой готовиться к завтрашнему семейному обеду.

Я сделала шаг назад и вздохнула:

— Какой?

— Такой… Ты совсем одна.

— Я не одна, Сэди. У меня есть Фред. — Всегда готовый прийти на помощь, мой кот громко мяукнул из кухни. — Я не страдаю от одиночества и не чувствую себя несчастной. Такое бывало, но сейчас все точно не так.

— Никто не должен быть один в Рождество, — заявила она сердитым тоном, за которым обычно прятала более сложные эмоции.

— У меня есть Фред, — повторила я. — Посмотрю «В джазе только девушки» и начну собирать новый пазл. Мне уже не терпится.

— Ох уж эти твои пазлы! — Ее голос звучал уже не так сердито.

Она легонько ткнула меня в плечо, прежде чем закрыть за собой дверь. Я постояла, касаясь ладонью дверной рамы. Иногда, когда она уходит, кажется, что из дома высосали все живое.

Сегодня у Джеймса насморк, у Матильды лезет новый зуб, а у Сэди похмелье.

— Мы ненадолго, — уверила она, пока они разбрасывали шапки, пальто и ботинки по всему коридору. Фред не очень любит детей, поэтому он спрятался под кроватью.

— Чем занималась? Ты какая-то измотанная. — Мы дружим всю жизнь, так что я могу позволить себе подобное замечание. — А вообще-то… — я вглядываюсь ей в лицо, — выглядишь потрясающе. Глаза аж сияют.

— Я кое-кого встретила, —